Елена Труфанова – Мертвому - смерть (страница 49)

— Чтобы побеждать, нужно быть хитрее врага, мудрее женщины и сильнее самого себя, так давайте поднимем наши… чашки за стремление к победе!

— Сильно! — Вадим чокнулся с ним и одним махом выпил свою порцию, Киса же продолжил неспешно смаковать напиток, отрешенно разглядывая что-то на стене.

Данила же только сейчас заметил, что так и продолжает сжимать в руках наполненную чашку. Странно, но пить перехотелось совершенно.

— Какой у вас план? — Киса заново соорудил свой коктейль и притянул к себе один из бутербродов.

— Идиотский.

— План довольно-таки рисковый, но другого у нас нет, — пессимизм Скворцова Данила не разделял, но и особенной уверенности в успехе у него тоже не было. — На завтра назначена переправка одного из волков на Рубеж.

— Хотите поменять нас местами? Есть его изображение?

Положа руку на сердце, сейчас эта идея казалась Даниле донельзя глупой и наивной, хотя вначале его переполняла гордость за такой план. С одной стороны, малолетний волк, который чисто по глупости попал под каток надзорского правосудия, с другой — аватар бога смерти, соблазняющий слишком многих воспользоваться его силой. Отпустить одного, чтобы выпроводить из мира другого — чем не отличная идея? Однако имелся в этом всем один серьезный изъян: оба волка имели весьма и весьма отдаленное сходство, разве что цвет волос и черты лица…

О чем он только думал? Их обоих Данила видел только мельком, да и то не в лучшем виде, плюс зрение у него далеко не идеальное. Но… тысяча демонов! Не смогут они выдать Кису за того юного паркурщика, ну никак.

Данила вытащил из кармана фотографию волка и протянул Кисе, тот пару минут внимательно ее рассматривал, затем перевернул вверх ногами и положил на стол.

— Хм… не самый идиотский план, я опасался худшего. В принципе, мы похожи, должно сработать.

— С этим задохликом? — Вадим по-прежнему воплощал собой скепсис, но сейчас он озвучил и Данилины опасения тоже.

— Изображение плохое, с ним можно многих соотнести, черты же в общем схожи. Охрана всегда невнимательна к документам, а я хороший актер. Опасно, когда вокруг приборы, людей всегда можно обмануть.

— Просто скромник года.

— Скромник? Это тот, кто стыдится, если в чем-то хорош? Нет, точно не про меня.

Вадим расхохотался, после чего легко толкнул Данилу в плечо:

— Данила Сергеевич, вы бы поучились у товарища Кисы.

— Да, вот именно такого начальника и не хватает пятой бригаде. Он бы вас научил нормально относиться к работе.

— Мы к ней хорошо относимся, — Вадим насупился.

— Бригада — это когда мало людей, да?

— Шестеро, — уточнил Данила.

Так вот озвучишь цифру и сразу чувствуешь себя полнейшим и беспросветным неудачником. Всего шестеро подчиненных, а он не может нормально ими управлять. Хотя, к чему сейчас это самокопание? Его отстранили, и теперь пусть Илья сам разбирается с этими раздолбаями. И Волковой. Волкова одна стоит целой бригады.

— Не понимаю цифр, — пожал плечами Киса.

А Данила всю жизнь стеснялся того, что носит очки! Киса словно бы ходячее несовершенство, но ведет себя, как наследный аристократ в любой ситуации. Укуси его лисица, но Данила и вправду хотел бы хоть немного походить на этого человека.

— А на поверку ты не такой уж и крутой перец, — заметил Вадим. Наверное, стоит отобрать у него бутылку, а то что-то осмелел младший сотрудник, как будто и не пытался остановить Кису пару дней назад.

— И это один из самых безобидных слухов обо мне, — хмыкнул их гость. — Из лучшего: трус, убийца, псих, насильник, импотент, совратитель девственниц, гей, педофил, идиот, переодетая женщина и искусственно созданная игрушка примов. Последнее появилось не так давно, но быстро завоевывает позиции, скоро гея обойдет.

Данила с сомнением посмотрел на Кису: довольно резкие черты лица, широкие плечи, мышцы на которых бугрились даже под одеждой, и руки с массивными костяшками. Чтобы принять его за женщину, нужно обладать богатой фантазией.

Тысяча демонов, да он сам бы и половины слухов не пережил! Кажется, честному воину при первом же подобном заявлении стоит либо вызвать клеветника на дуэль, либо пустить себе пулю в лоб.

— И как ты с этим справляешься?

— Слушаю, коллекционирую, запоминаю, пересказываю Кейташи. Но только до тех пор, пока шепчутся за спиной. В лицо мне редко осмеливаются такое говорить.

— Ха! Я же сказал!

Данила все же не выдержал и отобрал бутылку у Скворцова. Тот и так слишком много болтает.

— Поверь, если бы это было всерьез, ты бы уже об этом пожалел, — Киса улыбнулся, притянул к себе бутылку «Сливок» и продолжил пить прямо из горлышка. — Как-то мои подчиненные решили, что я слишком засиделся на своем месте, и вообще, они такие крутые мужики, а я как девица, и принялись распускать слухи. Ну вот кто в этом случае больше на женщин похож? Пока они между собой болтали, мне было все равно, но как-то раз во время совещания один из этих идиотов встает и говорит, что не собирается слушать приказы гея. Остальные тоже сложили руки и уставились на меня.

Данила внутренне содрогнулся от такого рассказа. Сам он ни разу не сталкивался с таким вопиющим неповиновением, но чувства Кисы представлял очень хорошо. В пятой бригаде тоже всякое бывало, но там подчиненные хотя бы знали меру.

— Я тогда тоже встал, похлопал его по плечу, затем выкрутил руку и потащил на выход. Пообещал вернуть его через два часа в относительной целостности. И добавил, что раз уж они теперь все обо мне знают, то больше можно не скрываться и предаться пороку с каждым, кто эту мысль озвучит. А по нашим законам я, как бы сказать, имею на это право. Вы бы слышали, как он извинялся, ммм… песня. И остальные тоже. В общем, отличный выдался день.

— Да ты псих! — Вадим произнес это настолько восхищенно, что Данила даже растерялся, — а если бы они поняли, что ты не всерьез это делаешь?

— Почему не всерьез? Никогда нельзя угрожать тем, что не выполнишь. Но, скажем так, я надеялся, что до этого не дойдет.

— А если бы дошло? — Данила сам не понял, как у него вырвался этот вопрос. Неудобно вышло, но теперь уже ничего не поделаешь. И к чему лукавить: ответ его весьма и весьма интересовал.

Киса же флегматично сделал еще несколько глотков, затем поставил бутылку на стол, и все с тем же непрошибаемым выражением лица, словно бы они говорили о погоде, ответил:

— Это был бы не самый неприятный момент в моей жизни. Правда, потом секретарь мне сказал, что два часа это достаточно долго, поэтому все так переполошились. Я-то во времени почти не ориентируюсь. Зато как на меня все смотрели… ммм… Ужас, пренебрежение, восхищение, зависть. В этот день родилось еще несколько страшных историй о моей гм…

— Низменной, падшей, греховной, — подсказал Данила.

— Да, именно такой натуре.

— А ты точно не гей?

Данила не выдержал и пнул Скворцова под столом. Что с ним такое? Вроде раньше был нормальным человеком. Киса же только хмыкнул:

— Добровольно — нет, мне женщин хватает. И будь уверен, если я решу метнуться в противоположный лагерь, твоя задница заинтересует меня в последнюю очередь.

Вадим с минуту таращился на него, затем заново разлил водку по кружкам, чокнулся с Кисой и озвучил тост:

— За нас, мужиков!

Тот коротко кивнул и выпил все залпом, а после — снова взялся за ликер.

— Вкусный напиток. Приеду домой, заставлю своих бездельников делать такой же. И, кстати, меня веселит данное вами прозвище «Киса», но собственное имя люблю больше, поэтому зовите меня Анрир. Ваши имена я и так знаю, можете не трудиться.

Данила уныло поболтал водку в чашке, затем поставил ее на стол. Кажется, в этом царстве безумия хоть кто-то должен оставаться трезвым. И готовиться к завтрашнему дню. А до этого у них оставалось еще одно незавершенное дело.

— Анрир, насчет нашего плана, — тот слегка повернул голову, обозначая свое внимание. Заметно было, что Киса редко смотрел собеседнику в глаза, и Данила был ему за это весьма и весьма признателен: от такого взгляда хотелось бежать, прятаться, по-звериному упасть на землю и оголить брюхо, лишь бы тебя не растерзал этот хищник. — Самое слабое место в этой затее — твоя внешность. В общем, мы с Вадимом подумали и решили тебя побрить. Налысо.

— Все призывники на одно лицо, — кивнул Вадим.

— Отвратительная идея. Я не стригу волосы короче определенной длины, к тому же, они ужасно медленно растут.

— Что, боишься, как Самсон, силу потерять? Патлы, как способ связи с космосом и все такое.

Анрир задумчиво посмотрел на Вадима, отчего тот смутился, поежился и пошел к холодильнику за новыми бутербродами. Да и сам Данила с удовольствием бы сейчас куда-нибудь вышел. Он ожидал разных неприятностей: споров, недоверия, драки с Кисой, но никак не того, что они споткнутся на вопросе о волосах. Сам Данила уже много лет ходил с вполне классической короткой стрижкой и ни разу не думал сменить ее.

— Патлы — как способ прикрыть уши.

Он криво улыбнулся, запустил пальцы в волосы и поднял несколько прядей справа.

Да он просто над ними издевается! Обычные уши, возможно, немного оттопырены и слегка великоваты, особенно — верхняя часть, но разводить из-за этого такую трагедию…

— Нет никакой трагедии, просто это неприятно. У вас есть какая-нибудь шапка?

Вадим кивнул и пошел в спальню — порыться в вещах Лучика, затем вернулся с тонкой черной шапкой — «чулком» и машинкой для стрижки волос.