Елена Трифонова – Три стороны одной медали (страница 9)

Максим переступает порог, я не собираюсь отступать, смотрю ему в глаза. Он закрывает дверь. Стоит слишком близко, возбуждающе близко, адреналин бьет в голову, поднимаю подбородок выше, и он, наконец, целует меня, глубоко, страстно, так что я начинаю задыхаться. План приведен в действие, отступать нельзя. Обхватываю его шею руками и притягиваю к себе ближе, хочу больше, хочу глубже. Чувствую бедром его эрекцию. Хватает меня за задницу, и я запрыгиваю на него, его член упирается мне прямо в промежность, от этого соприкосновения я совсем слетела с катушек. Макс несет меня на стол, я скидываю все, что можно, очищая место для нас. Быстро раздевает меня, все лишнее на пол, к черту прелюдии. Ласкает мою грудь, нежно, слишком нежно, издаю тихий стон. Слышу, как он расстёгивает ремень, молнию и шелест фольгированной упаковки от презерватива вырывает меня из безумной неги, и я широко распахиваю глаза. Боже мой, что я творю?! Лежу на художественном столе голая, раздвинув ноги перед малознакомым парнем! Что с тобой, Елена, ты кто такая вообще?! Надо это остановить пока не поздно. Смотрю на Ржевского, голубые глаза потемнели от возбуждения, теперь напоминают грозовые облака, во рту разорванная упаковка от презерватива, опускаю взгляд ниже, вдыхаю воздух глубоко, закрываю глаза. Открываю, нет, это не видение. Максим без футболки, джинсы расстегнуты, и он надевает презерватив на свой эрегированный член. Смотрю на него заворожённым взглядом. Он такой красивый, невозможно оторвать взор.

– К черту, – шепчу себе под нос и качаю головой, – Один: Один.

– Что? – смотрит на меня в недоумении. Ничего не отвечаю, притягиваю его ближе к себе, целую глубоко проталкивая язык, он отвечает. Член касается внутренней части моих бедер, от чего возбуждаюсь еще сильнее.

– Хочу…Ну же, входи…– зажигаю ему зеленый свет на светофоре. Он направляет головку своего члена прямо к моему входу, я уже мокрая, готова принять его, и проталкивается туда резко, быстро. Я вскрикиваю от неожиданности, прижимаясь ближе к его груди. Он остановился, тяжело дышит, дает мне привыкнуть.

– Не сдерживай себя, – стону я, – пожалуйста…– Максим начинает двигаться во мне, наращивая темп, я держусь за его плечи, впиваясь в них ногтями и царапая. Он негромко рычит, придерживая меня за ягодицы, но при этом сжимает их. Хочу сильнее, хочу, чтобы было почти больно. Я вот-вот кончу.

– Макс, сильнее, сильнее, – кричу, уже не сдерживая себя. Он срывается, начинает вдалбливаться в меня. Я наклонила голову назад, но Ржевский притянул меня своей рукой и впился в губы, не останавливая свои движения. На пике удовольствия я схватилась снова за его плечи, слишком хорошо, слишком сладко, слишком, все слишком…Когда оргазм настиг меня, громко простонала в его губы и, кажется, сильно прикусила. Максим кончил следом за мной. Несколько минут мы находились все в той же позе, обнявшись и дыша друг другу в губы, соприкоснувшись лбами, не открывая глаз. Пытались перевести дух.

– Так и знал, что будет охуенно. – Макс первый нарушает молчание и это возвращает меня к действительности. Я открываю глаза.

– Я опять испачкала тебя в краске, – замечаю я, осматривая его голый торс и шею. Видимо, в пылу страсти, на столе задела руками тюбики и сжимала их, пока Макс ласкал меня. Вспоминая, начинаю снова возбуждаться. Так, Лена, остановись.

– Мне это опять понравилось, даже больше, чем в прошлый раз, – улыбается и смотрит на меня.

– Может ты уже выйдешь из меня? – поднимаю левую бровь.

– Не знаю, мне тут нравиться.

Я смеюсь и легонько толкаю его, он по инерции выскальзывает из меня. Быстро встаю, поднимаю футболку и убегаю в душ. Торопливо ополоснулась, стараясь смыть с себя и краски, и его порочный запах, который будет мне теперь везде казаться. Выхожу в зал, Ржевский расселся на диване. С голым торсом, в краске и расстёгнутым ремнем. Хорошо, хоть, ширинку застегнул. Голову облокотил на спинку, но она слегка завалилась и его кадык сильно выпирал, руки в разные стороны. Бог. О мой Бог. Качаю головой. Какая уже разница, все равно упала уже на самое дно. Хотя бы запомню эту ночь на всю жизнь.

Подхожу к нему сзади, кладу руки на плечи и начинаю мягко массировать, обращаю внимание, что плечи ему расцарапала знатно. Ну и ладно. Заживет. Это не дыра в душе, размером со вселенную. Все боль. Все пыль. Зажмуриваюсь, чтобы отогнать от себя плохие рваные мысли. Макс тихо стонет от приятных прикосновений, я наклоняюсь к его уху.

– У тебя еще презервативы есть? – шепчу я, он сразу открывает глаза. Поворачивается ко мне, хватает за талию и перекидывает через спинку дивана, подминает под себя.

– А без них слабо? – с вызовом смотрит на меня.

– Мне не восемнадцать лет, что бы ты брал меня на слабо. – пытаюсь скинуть его с себя, но не тут-то было. Кабан. Прижимается еще сильнее, чувствую, как его член упирается мне в бедро. Я уже тоже готова снова принять и обнять. Молча достает презерватив и демонстрирует мне.

– А сколько?

– Решил поинтересоваться мной? Не поздновато ли? – Макс медленно ведет рукой вверх по моей талии до правой груди и начинает сминать ее, ласкать сосок, потом наклоняется и втягивает его, я охаю, стону от невыносимого возбуждения. Опускает руку ниже, по бедру, разводит ноги, запускает пальцы между половых губ и начинает медленно кружить вокруг клитора. Стону громче и выгибаю спину навстречу его пальцам, хочу, чтобы он был внутри, хочу его внутри. Начинает быстрее водить по клитору то надавливая, то еле лаская. Я сейчас взорвусь.

– Еще, – стону я, – еще…Внезапно он убирает руку, надевает презерватив. Когда он успел снять штаны? Вот это вообще не хорошо, как можно не заметить, как мужик снимает штаны перед тобой? Ой, ой, надо бежать. Но вместо этого я шире раздвигаю ноги и одну закидываю ему на плечо. Макс одним движением входит в меня, по телу растекается приятное тепло. Наклоняется ко мне и целует, нежно и глубоко одновременно. Продолжает поступательные медленные движения, приятно, очень. Двигаюсь в его темпе, ускоряемся, он близок к финалу. Кончаем одновременно. Снова лежит на мне, и во мне. Целуемся. Так нежно и мило. Через некоторое время ласк мы принимаем по очереди душ и устраиваемся на диване. Спать, как ни странно, совсем не хочется. Сидим болтаем о том, о сем.

– Так сколько тебе лет? – о, решил перевести разговор из пустого в более серьезный.

– Тридцать пять, – не собираюсь скрывать, да зачем это нужно. Удивленный взгляд уставился на меня. – Что ты так смотришь на меня? Думал я одна из твоих фанаток- малолеток? – грубо, зато ставит на место.

– Нет. Просто ты выглядишь максимум на двадцать восемь. Неожиданно было услышать такую цифру.

– Какую, на фиг, цифру!? – делано оскорбляюсь, понимая, что он шутит. Толкаю его в плечо, – Если перепихнулись пару раз, это не значит, что обязательно надо общаться теперь. – Мы смеемся, Макс притягивает к себе и целует, крепко так. Не хочется, чтобы останавливался.

– А тебе лет двадцать небось? – подтруниваю, хотя про его возраст даже не задумывалась, а надо было бы брать во внимание.

– Двадцать пять. – отвечает и смотрит на меня с уже более серьезным видом.

Я молчу, а что тут скажешь? Ну, бывает?

– Максим, ты любил когда-нибудь? – вдруг спрашиваю я, внимательно смотрит на меня, я отворачиваюсь. Не знаю сама, зачем задала этот вопрос, но продолжаю, – Так, знаешь, что бы дух захватывало. Чтобы безрассудно отдаться в огонь страсти и сгореть там заживо, не думая о последствиях и будущем. Просто жить одним днем и кайфовать, не возвращаясь в бытие. Всепоглощающая, готовая разрушить целый мир. А потом, понимать, что ни осталось ничего. Только пыль и тлен. И дыра в груди, размером с галактику.

Уткнулась взглядом в свои руки, боюсь посмотреть на Ржевского, не могу найти объяснений почему, возможно не хочу услышать ответ «да».

– Нет.

– Вот и я нет. – поворачиваю к нему голову, мельком касаюсь серьезных, затуманенных голубых глаз. Гляжу на часы, позади него. 4.50.

– Скоро рассвет. – Максим взял мою руку и переплел пальцы.

– Ну так давай посмотрим, как восходит солнце.

– Ты встречал с кем-нибудь рассвет?

– Нет. – лжет, знаю, что лжет. Пусть лжет. Я тоже лгу. Все мы лжем.

Мы сидели на диване, а перед нами сквозь огромные панорамные окна загорался новый день. Меня ужасно клонило в сон, облокотившись на его плечо, сильно измотанная и уставшая, уснула.

Елена.

Выхожу из ванной, обернутая в одно полотенце, обращаю внимание на телефон, пришло сообщение. Так поздно мог написать только один человек. Миша. Смотрю в экран, читаю текст смс: «Вечером буду дома. Поговорим?». С меня стекают капли воды, вместе с ними блаженство от сегодняшнего вечера. Смс приводит в чувство, что пора все заканчивать. Слишком все быстро началось, надо все быстро и закончить. У нас нет будущего, много придумала. Нет смысла. Ищу глазами где разбросаны мои вещи, одеваюсь. С Максимом так легко, просто, нет напряжения, даже не знаешь, что ожидать от него, это заставляет дрейфовать и получать удовольствие от чувств. Но свалилась тяжесть бытия, и вся легкость была расплющена правдой.

Сижу на кровати, сжимая сотовый в руке, пытаюсь найти силы уйти.

– Что случилось? – Макс стоит в дверях, с подносом в руках. Поднимаю на него голову, не могу смотреть в глаза. Отвожу в сторону, ненавижу лгать. – Елена, что случилось? – более решительным тоном спрашивает Ржевский.