Елена Трифоненко – Возьми меня на поруки (страница 6)

– Почему ты не сказал, что мне звонили? – спросила я, возвращаясь на кухню.

Глеб пожал плечами. Он безуспешно пытался отчистить джинсы от микса каши и пюре. Я проворно накатала для Антона успокаивающее сообщение, а потом стала вытирать пол бумажными полотенцами.

– Мне кажется, девчонок не мешает умыть, – пробормотал Глеб, отчаявшись спасти джинсы.

– Вот и займись, – хмыкнула я.

– А давай соревнование?

– Что, опять?

– Проверим, кто быстрее уберет за собой и приведет в порядок свою подопечную.

– Так и скажи, что просто захотел перевалить на меня половину работы.

Он вдруг стал невероятно серьезным, заявил:

– Ставлю тысячу рублей на то, что ты проиграешь.

Мне до чертиков захотелось запустить в него размокшим полотенцем. Я поднялась на ноги, сложила руки на груди.

– Я выиграю!

– Нет, я выиграю. – Глеб снисходительно усмехнулся.

Я против воли заразилась его азартом, потребовала:

– Поклянись, что на этот раз все будет честно, без мухлежа!

– Клянусь!

– Идет! – улыбнулась я. – Только мне надо сначала в ванную заскочить.

– Хорошо, я подожду.

Я юркнула в ванную и, с трудом сдерживая хихиканье, перекрыла в квартире воду, потом достала из ящика пачку влажных салфеток и затолкала их в карман на животе. Что же! Посмотрим, кто кого.

В кухню я вернулась преисполненная надежд на легкую и быструю победу.

– На счет три, – сказал Глеб, вооружаясь рулоном бумажных полотенец.

Я оценила его предусмотрительность и сгребла со стола пачку салфеток, после чего скомандовала:

– Три!

Мы ринулись к девчонкам, пихаясь и подставляя друг другу подножки.

– Мы же договаривались без мухлежа! – завопила я, таки прорываясь к детскому столику.

– А где ты видишь мухлеж? – Глеб, даже не присаживаясь, стал елозить полотенцем по счастливому личику Саши.

Я сорвала с Дашки слюнявчик и ловко протерла ее щечки бумажными салфетками, после чего достала влажные.

Глеб посмотрел на меня с завистью.

– А ты подготовилась!

– Эта пачка у меня всегда с собой, – пробормотала я, ни на секунду не отвлекаясь от «клининга». – С детьми, знаешь ли, влажные салфетки – незаменимая вещь.

– Не думай, что победа теперь у тебя в кармане, – буркнул он, проворно закидывая банку в мусор, а тарелку в мойку. – Я, между прочим, мастер импровизации.

– Это тебе девчонки из клуба сказали?

– И они тоже.

Он скомкал несколько бумажных полотенец и поспешил к крану, приговаривая:

– Сейчас, Сашок! Секунда – и ты будешь как новенькая.

Кран издал странный звук, напоминающий отрыжку.

– Блин! – Глеб даже немного оцепенел. – Воду отключили.

– Какая жалость! – ехидно посочувствовала я. – Наверное, авария на водоводе.

– Ах ты, маленькая свинка! – возмутился он, догадавшись о моей причастности к этой аварии. – Значит, дай мне несколько салфеток.

– Вот еще! – фыркнула я, покончив с «полировкой» Дашиного личика и переходя к гигиене крохотных ручек. – Выкручивайся без них!

– Ну уж нет! – рявкнул он и, рванувшись вперед, попытался салфетки у меня выхватить.

– Да ты совсем обалдел? – я подскочила на ноги и отбежала метра на два. – Играй честно. Не подготовился – сам виноват.

Он прыгнул на меня, но я увернулась и выбежала в коридор. Впрочем, там Глеб почти сразу меня настиг и оттеснил к стене. Я торопливо спрятала салфетки за спину.

– Не дам! Даже не надейся.

– Дашь, – проскрипел он, почти вжимая меня в стену. – Дашь как миленькая.

И в этот момент из прихожей раздался знакомый голос:

– Что, черт возьми, здесь происходит?

Это был Антон. Он смотрел на нас такими глазами, будто застукал за чем-то нехорошим.

– Дорогой, я думаю, это совсем не то, чем кажется, – из-за плеча мужа выглянула совершенно красная Алина.

Глеб отшатнулся от меня и уставился на родственников с легкой тревогой, спросил:

– А чем это кажется?

– Где мои дети? – вместо ответа закричал Антон.

– В кухне, – отозвалась я. – Мы только закончили их кормить.

Алина скинула пиджак и поспешила к двойняшкам.

– Руки не забудь помыть, – напомнил Антон. – В этих твоих кинотеатрах знаешь сколько бактерий?

Я побежала в ванную, чтобы открыть воду. Глеб ринулся туда же вслед за мной.

– Ага! Значит, это все же твоих рук дело.

– Это не имеет значения! – огрызнулась я. – Гони тысячу, лузер!

Меня все еще переполняла странная злость на этого пингвина. Я быстро открутила нужные вентили, после чего уставилась на Глеба с видом королевы.

– Умей проигрывать достойно!

Он сложил руки на груди.

– Интересно, и на что ты потратишь свой выигрыш. Дай угадаю. На ящик влажных салфеток?

В дверь ванной решительно забарабанили. Я поспешно распахнула дверь. На пороге стояла Алина.

– Ребят, у вас все нормально?

– У нас все отлично. – Я улыбнулась так широко, что чуть скулы не свело. – А у вас как дела? Чего так рано вернулись?