Елена Теплая – Когда-то много лет назад… (страница 2)

По кругу на небольшом расстоянии друг от друга стояли каменные валуны. На одном из них восседала крупная, мускулистая женщина. Она перебирала еловые шишки, только какие-то мелкие, и что-то искала в них.

Одета она была богаче всех. Сверху на ней красовалась шкура с интересным рисунком: похожа на тигра, но какого-то светло-серого цвета и со слабо прорисованными полосками, местами они отсутствовали совсем. Валерия никогда не видела животного с подобным окрасом, поэтому не смогла понять, кто это. На женщине была такая же юбка, как у Валерии, а ноги обуты в сделанные из шкуры полусапожки. Они были обмотаны крест-накрест полосками кожи, так и держались. Глядя на них, Валерия тоже захотела себе такие. На пояске из кожи у нее сбоку висел большой каменный нож, как у поваров. Из какого именно камня он был сделан, Валерия не разбиралась.

Недалеко от этой женщины, прямо на полу возле костра, на покрывале из шкуры спала молодая женщина. Валерия увидела у нее торчащий живот и поняла, что она беременна. Рядом с ней на валуне сидела старуха, и перед ней лежали засохшие колосья каких-то зерновых. Стебли были очень длинные, непохожие на обычную пшеницу или рожь. Старуха перебирала их, по-видимому, искала зерна. Еще одна молодая женщина сидела недалеко на полу, на натянутой для сушки шкуре, и чем-то ее скребла.

Мужчин не было, не считая маленького мальчика у костра.

«Амазонки местного разлива», – подумала Валерия и хмыкнула вслух, чем обратила на себя их внимание.

– Я хочу пить. Где можно попить? – пролепетала она.

Но никто ей не ответил, все занимались своими делами. Тогда она подошла к старушке, потрясла ее за плечо и повторила вопрос. Та подняла голову и удивленно на нее посмотрела:

– Бука, что ты хочешь от меня? Так упала, что забыла, где вода? Там в пещере, ты ж пошла за водой, – она показала туда, откуда пришла Валерия, и продолжила заниматься своими делами.

– Я не Бука, а Валерия.

Старуха внимательно посмотрела на нее, покачала головой и, ничего не ответив, занялась своими делами.

Валерия взяла из костра палку, которая поярче горела, и пошла, освещая себе дорогу, назад к тому месту, где она слышала, как капает вода. Пройдя то место, где лежала, она отчетливее услышала звук капель. В глубине пещеры увидела небольшое озеро между сталагмитами. Здесь было темновато, щель в потолке, из которой лился свет, очень мало что освещала. Та палка, которую она взяла с собой, практически потухла, и какая глубина у озера, было не видно. Поэтому Валерия не стала рисковать и входить в воду, чтобы обмыться, тем более, тут было очень холодно. Она наклонилась, набрала в ладонь воды и попила ее. Вода была ледяная, что зубы от холода сводило, но очень вкусная. Напившись, Валерия умылась и протерла чуть-чуть тело, чтобы хоть немного чувствовать себя чистой. Набрать воды с собой было не во что. Видимо, каждый раз придется приходить сюда заново. Нужно поискать посудину: кружку или миску, чтобы набрать воды и погреть ее на костре. Чая или травок для него не видно, а нужно согреться, чтобы не заболеть.

Пол в пещере был каменный и холодный. Валерия вспомнила сапожки на ногах у той крупной женщины и решила, что нужно будет себе такие же где-то раздобыть, а то ходить тут очень холодно. К тому же под ногами попадались камешки, кости, а возле воды камни были влажные и от этого казались еще холоднее. Идти приходилось медленно, чтобы не поранить ноги.

В какой-то момент с той стороны, где был костер, она услышала громкие мужские голоса и внутренне сжалась от страха и неизвестности.

* Владимир Леви «В этой вечнозеленой жизни».

2 глава

Валерия возвращалась к костру, стараясь не создавать шума и не наступить на палки. Головешка потухла и еле тлела в руках, но она была горячая, и ею можно ударить в случае нападения, а это даст время на оценку ситуации и дальнейших действий.

Она увидела, как двое мужчин занесли на палке привязанного за ноги оленя с большими ветвистыми рогами и понесли его к крупной женщине. Она похлопала по плечу рослого мужчину, у которого из одежды была только юбка из меха и на ногах меховые сапожки и меховые гетры на голени, обвязанные тонкими полосками кожи. В одной руке он держал длинное копье с каменным наконечником, в другой – каменный топор, лишь отдаленно напоминающий те, которые Валерия встречала в учебниках или мультфильмах. Каменное оружие было больше похоже на современное, только ручка намного длиннее.

От входа отделились еще трое мужчин. Один был очень похож на этого охотника, только тоньше и моложе. Парень держал копье, и в другой руке у него была горящая палка. Он кинул ее в костер и пошел в сторону Валерии. От неожиданности, что тот направился прямо к ней, Валерия отступала назад, сжимая крепче палку.

Парень снял с пояса маленькую лисицу с серым мехом и протянул Валерии.

– Бука, смотри, я смог ее поймать.

Валерия боялась протянуть руку. Она стояла и смотрела на убитое животное и думала, что можно с ним сделать, ведь она никогда не разделывала тушки. Для нее это было новое и странное занятие, но так необходимое для выживания здесь.

– Я не Бука, я Валерия.

Парень опустил руку с добычей и с интересом посмотрел на девушку, потом он улыбнулся ей и сказал:

– Ты решила поменять свое имя? Зачем?

– Я не меняла, – Валерия задумалась и представила, как странно это выглядит со стороны, когда человек просит себя называть по-другому. Но ей не нравилось, как ее здесь называют, и она решила оставить свое прошлое имя, к которому она привыкла еще там, в прошлой жизни. – Мне так удобнее, понимаешь? Называй меня Валерией.

– Хорошо. Эта лисица тебе. Я ее поймал специально для тебя. Помнишь, ты увидела этого зверька, когда мы ходили наверх, и попросила меня словить его. Вот, возьми.

Валерия взяла тушку в руки, покрутила ее. Девушка видела, как в детстве резали поросят, и бабушка потрошила уток и гусей. Она помогала бабушке общипывать птиц, потому что та говорила, что нужно готовить себе приданое и учила выбирать пух. Две большие пуховые подушки, которые Валерия получила на свадьбу, так и лежали на кровати там, в той жизни. Воспоминания вернули ее в дом к бабушке: вот старушка открыла огромный деревянный сундук с коваными полосками, которые опоясывали его по кругу, и показывала разные ткани всех расцветок, кружева, целыми рулончиками навязанные крючком, для украшения постельного белья и полотенец, рушники с вышивками разных цветов. Тут же были платки, обувь и шкатулка с украшениями, в которой хранились бусики, броши, заколки, ленты. Она перекладывала все это и в конце доставала постельное белье с белой вышивкой и кружевом на простыне, наволочках и пододеяльнике. Поглаживала накрахмаленное белье и говорила:

– А вот это я приготовила на твою свадьбу, на брачное ложе. Посмотрят сваты, что ты у меня не бесприданница. И посуда, и подушки, и одеяла – все бабуля твоя уже собрала!

Она умела вышивать, и стены ее дома украшали вышивки, а одна, самая большая, как раз над этим сундуком висела в золоченой резной раме. На ней была изображена девушка у ручья, обнимающая оленя. Очень большая и кропотливая работа, полностью вышитая мелким крестиком в ярких цветах.

– Откуда у тебя такая красивая рама, бабушка?

– Ох, внучка. Висел у нас на работе портрет Сталина, потом его приказали снять и убрать. Вот я и припрятала его портрет, так и досталась мне эта рама, – поглаживала она красивые, резные, покрытые позолотой завитки.

Стук упавшего копья вернул Валерию из детских воспоминаний в этот мир.

Крупная женщина и старуха прямо на камнях, возле костра, разделывали тушу большого оленя. Двое мужчин стояли у входа с горящими палками и отгоняли шакалов от пещеры. Девушка молодая и высокий паренек-инвалид, у него что-то было с ногой, раскладывали ветки у входа для костра, чтобы дикие животные не могли войти в пещеру.

Валерия подошла к парню, что принес ей лисицу, и попросила его нож.

– Ух, какого красавца Уга поймал для Буки, – прицокнула языком беременная женщина. – Маха, глянь, какая шерсть у этой шкурки, такая мягкая и пушистая.

– Да, красивая, только маловата, – ответила крупная женщина, глянув на животное, которое держала Валерия, и продолжила заниматься тушей оленя.

Старуха срезала с одной стороны шкуру, а Маха с другой. Они старались, чтобы шкура была целая, без порезов. Валерия догадалась, что крупная женщина была женой вождя клана и имела право делить добычу на свое усмотрение.

Девушка села недалеко от них, чтобы следить за их работой и не упускать деталей, и, повторяя за ними, занялась разделкой лисицы. Сначала она так же старалась по чуть-чуть аккуратно срезать шкурку. Каменный нож, несмотря на то что он не из железа, был очень острый и тяжелый, так как рукоятка у него была сделана из этого же камня. Он был шероховатый, плохо обработан, и на руках от него очень быстро появлялись натертости, но девушку это не останавливало. От запаха крови и вида мяса в животе заурчало, и рот наполнился слюной. Видно было, что та, в теле которой она находилась, давно не ела, и голод почувствовала и Валерия. Она ускорила движения, и ей хотелось уже впиться зубами в свежее мясо.

Маха выпотрошила оленя и, нарезая мясо небольшими кусочками, разложила его на разные кучки, которые старуха разнесла по соплеменникам: мужчинам и жене вождя досталось больше всех, остальным поменьше. Валерия тоже получила небольшую кучку мяса. Она положила на плоский камень несколько полосок свежей оленины и поставила его в костер между горящими головешками.