Елена Тебнёва – Светлячок (СИ) (страница 45)

— Смею! — вздернула подбородок Вира. — Говорю и буду говорить, пока ты не услышишь! Пока не поверишь.

— Почему же ты сразу не пришла ко мне? Почему обо всем не рассказала?

— Именно потому, что продолжала тебя любить, — горячо проговорила Вира. — Я боялась причинить тебе вред. Боялась… увидеть в тебе Инара, потерять голову и…

— Довольно, — поморщился Атон, отступая.

— Не веришь, — вздохнула Вира. — Знаешь, что не лгу, и все равно не веришь. Я понимаю тебя. Но все же молю дать мне шанс. Я докажу свою любовь! Я… Я оставлю в покое Вальдера, — с отвращением выплюнула она, — пусть живет. Я ради тебя на все готова!

— На все? — уточнил Атон.

— Да!

— Тогда отпусти Каю, — потребовал он.

— Что? — словно не расслышав, переспросила Вира.

— Отпусти Каю, — четко повторил Атон. — Ты же хочешь, чтобы я был счастлив? Без нее ничего не выйдет.

— Ты… — Захватчица тяжело задышала, сжимая и разжимая кулаки. — Ты издеваешься? Я хочу быть с тобой!

— А я хочу быть с ней, — прямо заявил мой дракон, и от этих слов даже тьма отступила. — Я люблю ее, Вира. Ее, а не тебя.

На Виру было страшно смотреть. Маска Эммы Марен пошла рябью, ее перекосило, а потом по лицу пошли трещинки, и иллюзия разлетелась на кусочки, обнажая мое собственное лицо, почти до неузнаваемости искаженное яростью. Не знаю, на что рассчитывал Атон, выводя из себя бывшую невесту, но получил он злющего призрака в теле не самой слабой ведьмы. Издав невнятный возглас, она воздела правую руку, кою тут же охватило сияние, и, ослепленная злостью, рванулась к магу. Который, в отличие от нее, трезвости рассудка не утратил. Он с легкостью перехватил окутанную чарами руку, развеял их и, крутанув Виру, прижал ее спиной к себе.

— Отпус-с-сти! — шипела, извиваясь в крепком захвате, она. — Ты! Будь ты проклят! Как ты мог! Как…

— Кая, — не слушая ее, тихо-тихо позвал Атон, но этот шепот я слышала так, словно он кричал. Ощущала всей душой, которой сейчас и была. — Кая, я знаю, ты все еще здесь. Борись. Слышишь? Борись! Ты сильная, ты сможешь. Не сдавайся. Ради себя. Ради меня. Я люблю тебя, Светлячок. И если я тебе нужен… Прошу, вернись. Вернись ко мне.

Вернуться? Но как?! Я отчаянно того желала, но понятия не имела, что делать!

Атон продолжал подбадривать меня, перемежая призывы вернуться приятными словами и признаниями, а я металась возле собственного тела, не имея ни малейшего представления, как к нему подступиться.

Словно во сне отметила, что Вальдер пришел в себя. И оценив ситуацию, теперь шустро ползет к выходу. Правильно, нечего ему здесь прохлаждаться. Долго Атон Виру не удержит, и если я не соображу, что и как делать, здесь будет жарко. А так и себя спасет, и нас, если догадается ищеек позвать. Они же должны знать, как остановить спятившую игрунью! А если очень повезет, то и мне вернуться в собственное тело помогут.

Шепот заполнял спальню, давил на виски, от него темнело в глазах и нещадно мутило. Эван даже с кровати встать не мог, не то что куда-то идти. Казалось, призыв шел отовсюду, и ясным было лишь одно: игрунья здесь. Заявилась в замок как ни в чем не бывало, и кто знает, кого она убьет, пока Эван борется с собственной слабостью? В любом случае эта кровь будет на его совести.

Последняя мысль придала сил. Он скатился с кровати, полежал на полу, стараясь выровнять дыхание, и все-таки поднялся на ноги. Сосредоточенность на цели помогала, и Эван даже смог надеть брюки и рубашку. На то, чтобы обуться, время тратить не стал. Считая вдохи и выдохи, ровные и глубокие, совсем как на занятиях по медитации, он добрался до двери и почти выпал в коридор. Пол оказался неожиданно холодным, и это бодрило. А может, то и не холод вовсе, а магия темного источника, что скрывался под замком и щедро делился силой с тем, кому ее отчаянно не хватало. Не важно. Важно другое — с каждым шагом Эван шел все увереннее, хотя шепот и не стихал. Даже дышалось намного легче, и это обнадеживало, вселяло веру, что на сей раз все непременно получится, и тому, что не давало ему покоя целых десять лет, придет конец.

Но уже спустившись с лестницы, ступени которой, несмотря на поддержку источника, казались почти неприступными, он внезапно понял, что не желает идти на шепот. Интуиция звала его совершенно в другую сторону. Туда, где витал аромат вишни, шоколада и… страха.

Колебался Эван всего мгновение. Но внезапное осознание, что именно оно, мгновение это, может все решить, заставило его окончательно забыть о слабости, и в подвал, куда дорогу помнил еще с детства, он почти бежал.

Закрытая дверь преградой не стала. Нетерпеливый пасс — и створка смялась, точно лист бумаги. И снова лестница, узкая и крутая, один неверный шаг на которой мог обернуться очень долгим падением с почти гарантированным смертельным исходом. Об этом Эван, перепрыгивая через несколько ступеней сразу, не думал. Он вообще ни о чем не думал, прислушиваясь к нарастающей тревоге, что учащала пульс, заставляла дрожать руки… и напрочь заглушала шепот, который до сего момента ничто не могло одолеть. Но это тоже не имело никакого значения. Не сейчас, когда лестница все же закончилась, а вишнево-шоколадная нить, поплутав по длинным извилистым коридорам, освещаемым лишь летящим впереди магическим светляком, привела к очередной запертой двери. Здесь холод ощущался особенно сильно, так, что Эван вдруг отчетливо почувствовал, что бос и вообще не слишком-то одет. И разливалось в воздухе нечто странное, неуловимо знакомое, успокаивающее и одновременно будоражащее, нечто, от чего хотелось кричать, смеяться и плакать, а еще — обнять весь мир, зная, что при желании способен его уничтожить одним лишь усилием мысли.

И Эван понял, что скрывается за этой дверью.

Темный источник.

Раньше он никогда не находил к нему дорогу, хотя и пытался неоднократно, пару раз даже с Илиной, которой вопреки надеждам источник тоже не пожелал явиться. Теперь-то понятно почему. Понять бы еще, отчего сейчас неведомый путь оказался столь простым.

Повинуясь недремлющей интуиции, Эван прижал ладони к створкам, опалившим кожу ледяным холодом, навалился на них всем телом… и оказался в просторном каменном зале, в центре которого над увитым черным плющом постаменте пылал, окруженный фиолетовыми искрами, шар темного пламени. Завороженный, Эван простоял бы целую вечность, созерцая источник во всей его красе и удивительной мощи. Но, увы, атмосфера в зале не способствовала любованию прекрасным, ибо творилось здесь нечто такое, что никоим образом не одобрялось законом, но однозначно пришлось бы по вкусу давно уже сгинувшим Темным богам.

ГЛАВА 21

Время шло, а я все никак не могла вернуться. Злилась, чувствовала себя слабой и никчемной, что отнюдь не помогало… Но отчаяться не успела.

— Кая, иди сюда, — глядя прямо на меня, позвал Атон. И ладонь протянул, удерживая брыкающуюся Виру одной рукой. — Просто доверься мне, ладно?

Ему довериться было легче, чем себе, и я, не сомневаясь ни мгновения, положила свою ладонь на его. Он тут же сомкнул пальцы и, прикрыв глаза, дернул меня вперед. От неожиданности я поддалась и с размаху влетела в собственное тело. Вдохнула резко, закашлялась, забившись в стальной хватке, и увидела — собственными глазами, казавшимися сейчас на диво непривычными, — как от меня отделяется что-то темное, бледнеющее на глазах, а вскоре и вовсе слившееся с воздухом.

Я обмякла в руках мага, и он, развернув меня, пристально вгляделся в мое лицо.

— Кая? — настороженно позвал он, словно опасаясь, что это все еще не я.

— Ага, — всхлипнула я и совершенно неромантично шмыгнула носом. Смутилась, покраснела и еще раз всхлипнула.

— Кая… — с явным облегчением выдохнул Атон и порывисто прижал меня к себе. — Прости, если сможешь…

— А я и не злюсь больше, — призналась я, не стремясь вырваться из тесных объятий. Было хорошо. Настолько, что хотелось навеки остановить мгновение и безраздельно наслаждаться им.

Но оставалось еще одно незаконченное дело. Атон отпустил меня, развернулся чуть правее и, вытянув руку, перебрал пальцами. Воздух в том месте сгустился, принимая очертания женской фигуры, и полупрозрачная Вира зашипела злобной кошкой, уставившись почему-то на меня. Будто это я ее сюда притащила!

— Ты же не думала, что я дам тебе уйти? — спокойно поинтересовался Атон.

Не думала? Да она была в том уверена! Вон как личико перекосило. Полный ненависти взгляд вновь достался ни в чем не повинной мне. А вслед за взглядом в меня полетела и сама Вирана…

Я охнула, вскинула руки и зажмурилась, но ничего не случилось. Вообще ничего! Открыв глаза, я увидела злющую Виру, наворачивающую возле меня круги. Похоже, ни на что иное она больше не была способна.

— Бесполезно, — подтвердил мои выводы Атон. — Условия не те, место не то, да и компания, как ты должна бы понимать, неподходящая. Я, конечно, не некромант, но кое в чем разбираюсь неплохо и даже могу применить это на практике. Сейчас покажу…

Всего лишь несколькими движениями руки он заключил Виру в мудреную фигуру, которая, вспыхнув, сжалась, опалив призрака. Вира зашипела еще отчаяннее, пытаясь увернуться, и простерла тонкие руки к Атону, будто моля о помощи.

— Подожди! — крикнула она. — Еще ничего не закончилось! Тони!..