Елена Тебнёва – Светлячок (СИ) (страница 17)

Но и с Эммой можно было договориться. Главное, чтобы зелья хватило на время пребывания в замке. И чтобы здесь не появился тот, от кого зелье не спасет. Хотя этого опасаться не стоило — с Грайвенами он давно не общался и вряд ли решит в ближайшее время возобновить родственные связи. Эван искренне надеялся, что судьба не подкинет ему такую подлянку.

Он проверил содержимое шкатулки и окончательно утвердился в решении остаться. По крайней мере до тех пор, пока ему не станет лучше… или же он вновь не почувствует игрунью. И тогда она от него не уйдет. Так или иначе, но они наконец-то встретятся лицом к лицу.

А после ужина Эван действительно что-то почувствовал. Сначала — необъяснимое желание убраться отсюда подобру-поздорову и как можно скорее, которое, впрочем, очень быстро сошло на нет, а чуть позже — зуд в месте, кое в приличном обществе чесать недопустимо, даже если очень хочется. Приличного общества в спальне не наблюдалось, и Эван с удовольствием поскреб копчик. Который тут же зачесался еще сильнее, так, что все прочие мысли из головы просто выбило. Шипя сквозь зубы, Эван поспешно задрал рубашку и скользнул ногтями вниз по позвоночнику… да так и замер, нащупав там то, чего у человека, будь он хоть трижды магом, быть не должно.

— Вот ведь… ведьма! — потрясенно прошептал он, не зная, ругаться или смеяться, и окончательно понял, что именно настораживало его в Эмме.

Она выглядела взрослой и большую часть времени вела себя соответственно. Но была еще и меньшая, когда поведение ведьмы совершенно не вписывалось в ее образ. Словно она старательно, но не слишком умело играла чужую роль, которая ей не нравилась. И в любой другой ситуации он бы охотно порылся в ведьминых тайнах, но…

Казалось, в копчик вгрызлась стая оголодавших комаров, и Эван, позабыв обо всем, выбежал в коридор, одержимый одним желанием: найти ведьму, которую столь опрометчиво выловил из озера. Найти — и утопить. Даже если придется тащить ее прямиком в тот демонов лес и отбиваться от русалки! Да что там отбиваться — он на коленях готов молить хвостатую нечисть о том, чтобы побрала неблагодарную ведьму и во веки веков не отпускала!

Бежал Эван быстро, подгоняемый нескончаемым зудом чуть пониже поясницы, но, когда свернул к лестнице, понял, что безнадежно опоздал. Ведьма лежала на полу, бледная и тихая, и выглядела на диво беззащитной и мирной, а над ней склонился человек, коего Эван считал самым страшным кошмаром своего детства.

ГЛАВА 9

Вокруг была ночь, и ночь наполняла меня, словно вода — пустой сосуд. Я растворялась в ней, становилась ее частичкой — и чувствовала себя единым целым с другими бесчисленными частичками пронизанной мягким лунным светом тьмы. Я летела сквозь бесконечность, как никогда, свободная и счастливая, и даже не вспоминала о том, что сутью моей силы всегда был свет. Я не помнила, что это такое, а если бы и помнила, то вряд ли смогла бы представить, что в мире есть еще что-то, кроме восхитительно-бархатной ночи. Она укрывала землю и становилась небом, она парила на крыльях ночных птиц и звенела голосами невидимых под ее пологом рек. Она входила в каждый дом, в сердце каждого спящего человека, и одним только шепотом, мягким, обволакивающим, подчиняла себе мысли и волю. Она манила, звала, смеялась звонче хрустальных колокольчиков, влекла за собой, ласкала кожу нежнейшим шелком, приникала к иссохшим губам, даря им свежесть и улыбку… и одним движением разрывала грудь, обнажая заходящееся от восторга сердце. И оно лежало в ее ладонях, все еще живое, бьющееся, мерцающее алой кровью и магией жизни в неверном лунном свете, вуалью окутывающем хрупкую фигурку, воплотившую в себе свободную от оков тьму…

Я распахнула глаза и долго не могла понять, где нахожусь, вглядываясь в полумрак, пока не рассеялся туман в голове и перед мысленным взором не мелькнули пригрезившиеся картинки. Подскочив на постели, я поднесла ладони к лицу и длинно выдохнула, в мягком свечении настольного светильника удостоверившись, что крови на них нет. Вот только пальцы покалывало, словно они до сих пор ощущали биение чужого, вырванного из груди сердца. Передернувшись, я вытерла ладони о платье и заметила, что лежу поверх покрывала в одежде, в которой ходила на ужин. Только туфли и сбросила. А вот как я добралась до спальни и почему не разобрала постель и не разделась сама, вспомнить не могла.

Я спустила ноги на пол и отметила еще одну странность, взволновавшую сильнее жуткого сна: рыжика в комнате не было. Взбудораженная, я зажгла свет и обыскала комнату, но котенка так и не нашла. Зато обнаружила, что невероятно слаба и меня шатает при каждом движении. Да что же такое со мной случилось?!

Упав на кровать, я призадумалась. Сначала был ужин. Потом явился гость, которого Деррек не слишком-то хотел привечать. Потом я за каким-то демоном отправилась к Нейвару. Припомнив, за каким именно, я застонала и прикрыла вспыхнувшее жаром лицо ладонями. Сейчас моя выходка казалась особо глупой и постыдной, но исправлять что-либо было поздно. Наколдованное уже успело отрасти и теперь должно было отвалиться само. Со временем. И при определенных условиях, которые еще придется озвучить господину поверенному. И при этом умудриться выжить… Хотя, если не озвучить, будет хуже, так что признать свои ошибки и повиниться за них придется. А может, я уже расплатилась? Ведь нагнал же меня кто-то в коридоре. Но вот кто? Помню лишь чужие жесткие пальцы на руке и шепот… Я нахмурилась. Нет, голос принадлежал не Нейвару Карти. Определенно не ему. И не Дерреку Грайвену, а больше в замке никого и не было.

Никого, кроме таинственного гостя, посмотреть на которого не вышло. Что ж, видимо, он сам решил на меня взглянуть. И испугать до обморока.

Стало еще горше. Какая постыдная для ведьмы реакция на неожиданность! Постыдная — и странная. Я вовсе не нежная барышня и постоять за себя умею. Достаточно вспомнить, в какой веселой семейке я родилась и выросла, чтобы представить, с чем мне приходилось сталкиваться. И в обмороки я никогда в жизни не падала.

И во тьме, позабыв о свете, не растворялась.

Я с силой потерла виски. А ведь это уже не первый мой подобный сон. И разгадать, к чему он, никак не получается.

Но сны снами, а реальность реальностью. Что скажет Деррек Грайвен, узнав, что наставница его сестры склонна лишаться чувств по любому пустяку? Или он уже знает? Не сама же я попала в спальню, и уж точно меня принесла не Илина и не загадочный гость, который не мог знать, где я живу.

В третий раз за столь короткое время накатила волна стыда. В хорошем же свете я выставила себя! И перед господином поверенным, и перед лордом Грайвеном. Жаль, что изменившее внешность зелье никак не влияет на умственные способности! Хоть прямо сейчас собирай вещички и с позором возвращайся домой под крылышко озабоченной моим личным счастьем матушки. Может, права она, и на большее я, как ни старайся, не гожусь?

Я окончательно приуныла и даже покосилась на стоявшую в углу сумку, которую полностью так и не разобрала. Захотелось сбежать прямо сейчас, чтобы не смотреть в глаза лорду и господину поверенному, но, во-первых, вряд ли я сумею улизнуть из замка посреди ночи незамеченной, а во-вторых, моего рыжика наверняка забрала Илина, чтобы не мешать мне приходить в себя, а без него я никуда не уйду.

И в тот момент, когда я храбро решила дождаться утра и действовать по обстоятельствам, каковыми бы они не были, дверь в комнату тихо приоткрылась. Совсем чуть-чуть, будто кто-то проверял, что творится внутри. Зачем-то натянув покрывало едва ли не до самого носа и затаив дыхание, я напряженно следила, как медленно отворяется створка, являя моему перепуганному взору Деррека Грайвена собственной босоногой и по-домашнему растрепанной персоной. Над его плечом завис крохотный, но яркий светлячок, который вызолотил макушку и зажег в глазах солнечные искорки.

— Вы в порядке? — отчего-то шепотом спросил окруженный таинственным сиянием лорд, разглядывая взлохмаченную, замотанную в покрывало ведьму, страстно желавшую прямо сейчас провалиться сквозь землю.

Вот и дождалась утра… Что же некоторым по ночам-то не спится?!

— Вроде бы, — так же тихо отозвалась я, гадая, что неприличнее: держать Деррека на пороге или же пригласить его в комнату. Второе в итоге перевесило, и лорд так и остался тактично топтаться в коридоре.

Молчание затягивалось. Хозяин замка уходить не спешил, и я все глубже закапывалась в покрывало, словно надеясь, что оно спасет от неудобных вопросов и высочайшего недовольства.

Но спасения не потребовалось.

— Отдыхайте, сколько понадобится, вас никто не побеспокоит, — окинув меня еще одним задумчивым взглядом, наконец выдал Деррек. — И о котенке не волнуйтесь, Илина присмотрит за ним.

— Спасибо, — растерянно пролепетала я, и этот чудесный во всех отношениях мужчина кивнул и ушел, аккуратно прикрыв дверь.

Кажется, выгонять меня не собираются. По крайней мере прямо сейчас, да и потом, думаю, тоже. Уже неплохо. А что касается господина поверенного… Разберусь как-нибудь. Пора вспомнить, что я ведьма и старшая сестра настоящего мелкого кошмара — и вести себя соответственно. Чтобы и боялись, и уважали, и за дурочку больше не держали. И навек запомнили, что даже благодарную ведьму обижать не рекомендуется, ибо благодарность из ведьминой души выветривается куда быстрее обиды.