Елена Тебнёва – Неправильная сказка (СИ) (страница 59)
Угроза сработала, и мы с Вэйнарой получили самого послушного пациента во всех мирах. А то, что пациент старательно закрывал глаза и вообще притворялся мертвым, лишь бы не видеть лекаря… Об этом мы еще поговорим. Ибо стройные ряды его гордых тараканов меня бесповоротно достали!
Наконец все необходимое было сделано, и Йонто уже ничто не угрожало. Попутно Вэйнара обработала длинную царапину на моем плече, которую я не заметила. Так вот о какой ране говорили чиновники. Ерунда, не болит даже. Особенно если сравнить с тем, что досталось Йонто…
Когда он, все же напоенный еще одной порцией противоядия и обезболивающим настоем, уснул, мы с Вэйнарой добрели до гостиной и рухнули на диванчик. Сил не было вообще, словно я не зелья готовила, а всю ночь бревна таскала. Шэти выглядела не лучше. Она ссутулилась, закрыла глаза, возле которых залегли глубокие тени, и я заметила, что у нее дрожат руки.
Бедная… Чего же ей стоило сохранять спокойствие?
А кое-кто вместо благодарности ее обидел… Я видела, как Вэйнаре было больно, когда он просил, чтобы она ушла. И эта боль не исчезла.
— Не нужно меня жалеть, — перехватив мой взгляд, слабо улыбнулась шэти. — Все, что он сказал… Я заслужила.
— Вы…
— Я его мать. Мать, потерявшая право называть его сыном.
А ведь можно было догадаться… Что-то мне давно покоя не давало, и сейчас я поняла, что именно. Они же просто невероятно похожи.
И одинаково сломаны.
Я коснулась крепко сцепленных ладоней шэти. Захотелось поддержать ее, ободрить. В то, что она и в самом деле не имеет нрава называть Йонто сыном, я ни на миг не поверила. Кроме горечи в ее душе была и любовь. И эта любовь только что спасла ему жизнь.
Вэйнара плакала. Сжимала мою руку дрожащими пальцами, глотала слезы… и говорила.
А я слушала.
Нам обеим это было просто необходимо.
Ей — снять с души неподъемный груз. Мне — узнать, что случилось с Йонто.
Вэйнара давно свыклась с мыслью, что рано или поздно ей придется выйти замуж за того, на кого укажет отец. Для блага Прайго. Вся ее жизнь с рождения была подчинена этому благу, и она даже не задумывалась о том, что все могло бы быть иначе. Ровно до того дня, когда во дворце появился племянник Паллира.
Токрэй перевернул мир Вэйнары. Впервые она задумалась о собственном благе. Впервые решилась пойти против воли отца.
Майро-шан не пожелал смириться с выбором дочери. Всего-навсего человек! Охотник с не самыми выдающимися магическими талантами! Что мог дать такой союз? И вероятность рождения ребенка, особенно — истиннокровного, невелика. А Майро-шан нуждался в наследнике. В сыне он разочаровался, женить его отчаялся, вся надежда была на дочь. А глупая девчонка нарушила тщательно лелеемые планы!
Чтобы все исправить, владетель не гнушался никакими средствами. Токрэй избежал гибели лишь чудом, а потом… Потом взбунтовался Канро.
Он благословил влюбленных. И даже провел обряд, на что, как единственный наследник, имел полное право. Как же разъярился отец, когда узнал! Но было поздно: соединенные Великим предком сердца не под силу разлучить даже шэт-шану. В то время Майро-шан все еще чтил законы Небес…
Через какое-то время Канро тоже женился. На чистокровной шэти, чем немало порадовал отца.
Впрочем, на этом радости Майро-шана и закончились.
Ребенок у Вэйнары и Токрэя все же родился, причем истиннокровный. А это означало, что венец по праву старшинства и силы получит тот, чьим отцом являлся обычный человек. Одна мысль об этом приводила Майро-шана в ярость.
Токрэй долго не прожил — владетелю не пришлось пачкать руки, помог случай. Но его гибель не решала проблемы с происхождением наследника.
Еще хуже стало, когда жена Канро родила сына… Слабого, болезненного, с почти погасшим ийталем. За последующие пять лет, на которые владетель возлагал огромные надежды, искра силы в мальчике не только не разгорелась, но окончательно угасла. Его ийталь умирал. Вместе со своим хозяином…
Майро-шан обезумел. Однажды ночью он забрал обоих внуков и увез их в неизвестном направлении. Они отсутствовали несколько дней; по возвращении Тайро был здоров и полон сил, и его ийталь сиял. А Йонто… на его руках расцвели семилучевые звезды, лишившие его и силы, и права на венец.
Токрэя уже не было в живых, а Вэйнара, сломленная двойным горем, не сумела защитить сына.
Тогда она потеряла его в первый раз.
Во второй же, напротив, потеряла его, защищая.
Уже не от отца, а от Канро, который, лишившись жены и заполучив власть, мало чем от него отличался.
Вэйнара сделала все, чтобы Йонто не зависел от нового владетеля, строившего в его отношении свои планы. Пришлось пожертвовать самым дорогим: любовью сына, которого она дважды жестоко оттолкнула — в надежде, что он никогда не окажется во власти очередного безумца, что он будет свободен и по-настоящему счастлив.
Тогда она предпочла не размышлять, какой болью все это рано или поздно обернется…
Глубокой ночью, когда Вэйнара уснула прямо на диване, я сидела рядом с Йонто, вслушивалась в его дыхание… и думала, как бы поступила на его месте. И на месте насмерть перепуганной шэти… Выходило плохо. От одного только предположения, что это могло случиться со мной, становилось дурно. И осуждать их я просто не имела права.
А значит, будем разговаривать. Очень долго и обстоятельно. И на сей раз никуда-то ты от меня не денешься. Не закроешься, не сбежишь. Хватит, набегался уже.
Я потянулась к Йонто, чтобы проверить, нет ли жара, и наткнулась на его взгляд. Такой растерянный и беспомощный, что сердце кольнуло.
— Спи, — прошептала, понимая, что он в полусне и мало осознает реальность. — Все хорошо, засыпай.
— Не уходи…
— Не уйду, — отозвалась я. Посижу здесь тихонько, пока не уснет. Пусть глаза и слипаются, но еще немного продержусь.
Но оказалось, что речь шла о другом…
— Не уходи, — едва слышно повторил Йонто. — В свой мир. Не уходи… Ты нужна мне, Ана. Ты так мне нужна…
Он затих, вновь погрузившись в глубины сна. Я же смотрела на него и беззвучно глотала слезы, не в силах успокоиться, потому как ясно понимала: в здравом уме он никогда не попросит об этом. А я… Согласилась бы я? Зная, во что превратится его жизнь, если он будет вынужден постоянно меня защищать?
В тот день, возле Древа владетелей, Йонто был прав. Иногда любовь губит вернее ненависти…
ГЛАВА 10
Ночь распростерла черные крылья, скрыв звезды и луну. Душная тьма наполняла кабинет, и пара светильников еле теплилась под ее напором, грозясь вот-вот погаснуть.
Но для Канро и этот свет казался слишком ярким. Болела голова. То ли перед приближающимся ненастьем, на которое откликалась сила, то ли из-за самой силы, не столь давно едва не вырвавшейся на свободу… То ли от пережитого ужаса. Сначала он узнал, что Анну увели из дворца, затем она появилась в коридоре, в компании окровавленного Йонто.
И принялась его защищать. Никогда еще владетель не видел ее такой — сильной и бесстрашной, способной бросить вызов кому угодно. И, возможно, при иных обстоятельствах увиденное ему непременно бы понравилось…
— Что там произошло на самом деле? — спросил владетель привычно скрывающегося в тенях Агрийо.
— Мой господин, свидетели утверждают, что Йонто унес госпожу Анну… По теневой тропе. Также я слышал, что госпожа видела… — Звездочет запнулся и неуверенно продолжил: — Вряд ли слухи заслуживают доверия, но говорят, она видела, как вы… наказали Араю.
Канро закрыл глаза и мысленно застонал. Вот только этого не хватало! Как такое вообще могло случиться?!
— Они были у Древа, — постаравшись выкинуть лишние мысли и переживания, протянул шэт-шан. — Анна сказала, что сначала там появились псы, а потом — двое чужаков. Кто-то пробил защиту дворца, потревожив псов, которые бросились вовсе не на нарушителей, а на тех, кто имел полное право находиться на этой территории… Какого порождения Грани здесь происходит?!
— Все указывает на то, что защиту сломали изнутри, мой господин, — склонился звездочет. — Возможно, Йонто сам предоставил им проход, оттого и псы новели себя столь странно…
— Это последнее, во что я поверю, — зло усмехнулся Канро. — Он бы ни за что не подверг Анну опасности… Тропу за пределы дворца он открывал бы наверняка, в наиболее слабом месте, так, чтобы не потревожить псов. Сил и умений хватило бы. Нет, Йонто здесь ни при чем.
— Тогда… шэт-шан Таныл? — нахмурился Агрийо. — В его свите наверняка отыщется умелый взломщик. Мой господин… Кому было бы выгодно исчезновение госпожи? Разве не шэт-шан Таныл сказал вам, что хочет забрать ее себе?
У мальчишки вполне хватило бы наглости. Сломать защитные чары при наличии большого желания пусть и сложно, но вряд ли невозможно. И хвала Небесам, что рядом с Анной был Йонто. И что он сумел отбиться и от псов, и от незваных гостей, которым, увы, удалось сбежать.
— С Танылом я разберусь, — резко поднявшись и поморщившись от прострелившей затылок боли, сказал Канро. — А ты… Пожалуй, ты единственный, кому я сейчас могу доверять. Разузнай все об Арае. Не верю, что эта девица действовала в одиночку.
— Будет исполнено, мой господин, — низко склонился Агрийо и бесшумно исчез.
Вот бы так исчезли и все свалившиеся на больную голову владетеля проблемы…
В гостевое крыло Канро шел в гордом одиночестве, отпустив маявшуюся под дверями кабинета свиту. Обычай всегда и всюду таскать за собой толпу с каждым годом раздражал все сильнее. Стоило бы вообще их разогнать… Пользы никакой, лишь под ногами путаются да причитают.