Елена Тебнёва – Неправильная сказка (СИ) (страница 36)

И это невероятно пугало.

— Позволь узнать твое имя? — спросил владетель.

— Анна, — хриплым от долгого молчания голосом отозвалась я.

— А-на, — протянул он, прищурившись.

Уже привычное сокращение больно царапнуло. Не хочу, чтобы шэт-шан называл меня так!

— Анна, — упрямо повторила я.

— Хорошо, Анна, — усмехнулся владетель, и от сердца отлегло.

Мелочь, да, но было бы… неприятно.

Впрочем, неприятной была вся эта нелепая ситуация. Зачем я здесь? К чему церемонии, улыбки и недавнее представление? С меня хватит. Сейчас же выясню, что ему нужно!

Вот только как к нему обращаться? В тонкости дворцового этикета меня никто не посвящал.

— Господин, вы… — наконец-то решившись, начала я.

— Канро, — поправил шэт-шан. — И я бы предпочел обращение на «ты».

Угу, конечно, сейчас бы называть по имени и тыкать целому владетелю! Не то чтобы его статус рождал во мне трепет и неконтролируемое уважение, вовсе нет. Просто сокращать дистанцию я не намеревалась. Ни в коем случае.

— Это неприемлемо, господин, — покачала я головой.

— Канро-шан, — проскрипел мой сопровождающий. — Теперь вы входите в ближний круг владетеля, и вам дозволено так к нему обращаться.

Надо же, теперь он ко мне на «вы»… Прелесть какая.

И когда это я успела куда-то там войти?

Ну да ладно, если дозволено, то пусть. По крайней мере, это звучит гораздо вежливее, чем просто имя.

— Канро-шан, — послушно повторила я, — зачем я вам?

— Не любишь ходить вокруг да около? — усмехнулся владетель. — Что ж, тем лучше: Ты нужна мне, Анна. А я нужен тебе.

— Вот как? — не сумела сдержать изумления я. И почему же за все время, проведенное в этом мире, я ни на миг не ощутила потребности в шэт-шане?

— Ты оказалась в чужом мире. Одна, потерянная, растерянная, напуганная, — мягко улыбнулся он, сжав мою ладонь в своей. Горячая. Как бы и вовсе не вспыхнула… вместе со мной. — Тебе нужен дом.

Я закусила губу, чтобы ненароком не выдать, что дом у меня уже есть. Дом, из которого меня забрали силой и в который я отчаянно хочу вернуться.

— И как же вы о том узнали? — спросила вместо этого.

— Я позвал тебя сюда, — признался шэт-шан.

Так вот кто виноват во всех моих злоключениях! И на что он надеялся? Что я воспылаю благодарностью? Да зачем я ему вообще сдалась?

— Я сюда не хотела, — потянув ладонь из горячей хватки, мрачно сообщила я. — Вы выдернули меня из моего мира в этот… Для чего?

— Это твой мир, Анна, — возразил владетель. — Там тебе не место. Там ты погибала, лишенная возможности пользоваться своим даром, раскрыться в полной мере, осознать себя…

— Так вы из чисто благородных порывов спасли меня от верной гибели? — недоверчиво хмыкнула я. — Спасибо вам большое, никогда об этом не забуду… Можно мне уйти?

— Куда, Анна? — явно забавлялся шэт-шан. — В мир, который тебя убивает?

— Можно и в этот, но подальше отсюда, — выпалила я, под осуждающее хмыканье из-под капюшона запоздало прикусила язык и обреченно сжалась. Кажется, я все-таки договорилась…

— Ты боишься меня? — удивленно спросил владетель, заметив-таки мой страх.

Боюсь? Да я в ужасе! Этим ужасом полнится каждая клеточка моего тела, а каждый нерв натянут как струна, что вот-вот лопнет. Отчаянно хотелось к Йонто. Уткнуться лбом в его плечо, зажмуриться, вдохнуть знакомый, дарящий спокойствие запах, вновь ощутить себя в полной безопасности…

Но его здесь нет. И не будет. А мне пора вспомнить, что я не маленькая беспомощная девочка, и начать самой решать свои проблемы. И отвечать за собственное безрассудство.

— А стоит? — расправив плечи и прямо взглянув шэт-шану в глаза, спросила я. И голос, вопреки опасениям, не дрогнул.

— Конечно же нет, — улыбнулся Канро-шан. Улыбка была теплой, обволакивающей и вроде бы искренней, но… Мешало что-то окончательно поверить в его добрые намерения. — Я не причиню тебе зла. Никогда. В тебе — мое спасение и спасение Прайго. Моя сила… Ты же чувствуешь, что с ней происходит?

Я кивнула. Чувствую. Но не понимаю.

— Хорошо, — оживился владетель. — Значит, я не ошибся. Я дам тебе все, Анна. Ты ни в чем не будешь нуждаться. А взамен я молю о помощи. О том, чего никто, кроме тебя, не в состоянии мне дать. — Он помолчал, словно подбирая слова, и признался: — Твоя сила способна сбалансировать мою, вновь сделать ее послушной. Унять жажду, которую ничто больше не может утолить. Ты… позволишь?

Шэт-шан просил. Только под бархатом просьбы все равно чудился приказ. И я уже хотела отказаться, но… Что тогда будет? Если его сила выйдет из-под контроля… Если разрушительный огонь обретет свободу… Уцелеет ли Прайго? Люди, здесь живущие? Я лишь на миг представила себе это… и, содрогнувшись, вновь кивнула.

Владетель тут же сжал мою ладонь, и я застыла в ожидании. Прошла минута, другая… Канро-шан хмурился, а в моей душе расцветала надежда, что он все-таки ошибся, что я вовсе не та, кто ему нужен, и меня наконец-то отпустят.

— Ты должна разрешить мне, — нарушил напряженное молчание шэт-шан. — Добровольно отдать силу.

— Как? — не поняла я.

— Представь, что ты — ручей, впадающий в реку. Закрой глаза, расслабься и просто представь.

Ну… ладно. Я зажмурилась и вообразила себя звонким ручейком, бегущим по гладким белым камешкам. Сначала ничего не происходило, и я уже было обрадовалась, но потом ощутила, как сила — нечто теплое и свежее одновременно — тем самым ручейком льется от меня к владетелю. А из земли, воздуха… мира — ко мне. Поначалу я даже испугалась, что меня выпьют досуха, но быстро поняла: скорее шэт-шан лопнет.

А если и правда лопнет?

Дурацкая мысль сбила настрой. Я дернулась, и ровный поток силы взбурлил, завертелся водоворотом. Вместе с ним завертелась и я. Или всего лишь моя голова? Миг назад переполненное энергией тело ослабло, и я бы непременно упала, не подхвати меня владетель.

Она боялась. Канро чувствовал ее страх остро, будто свой собственный. И то, как она скрывала его, пожалуй, было даже забавным. Шэт-шан видел, как, пусть и едва заметно, дрожат ее губы, как беспомощно сжимают ткань юбок тонкие пальцы. Но смотрела она прямо, говорила уверенно и в обморок падать не собиралась. Смелая. И Канро это нравилось. Он завоюет ее доверие, и страх уйдет. Останется лишь преданность, которая подарит ему силу. Много силы.

А для начала хватит всего нескольких ее капель. Агрийо, конечно, предупреждал, что не стоит торопиться, что Анна ничего не умеет и нужно бы раскрыть ее потенциал, но удержаться от соблазна было невозможно. А потому, не обращая внимания на многозначительно сопящего у дверей звездочета, Канро осторожно коснулся запястья Анны. Хрупкое. Почти прозрачное. И голубоватые венки просвечивают сквозь тонкую кожу.

Да, Анна совершенно ничего не умела. Но при том быстро училась. Канро не особо рассчитывал на успех и хотел уже остановиться, когда наконец-то получилось.

Ее сила оказалась не такой, как он представлял. Реальность превзошла самые смелые ожидания, и, опьяненный, Канро не ограничился несколькими каплями. Он пил щедро даруемую ему силу, жадно, взахлеб, словно в последний раз. И кто знает, что бы произошло, если бы Анна сама не разорвала контакт. Лишь взглянув на нее, бледную, почти опустошенную, Канро осознал, что заигрался.

— Ты обедала? — нахмурился он, вглядываясь в белое лицо лежавшей на его руках девушки, и сам себе ответил: — Конечно же нет. Агрийо, проследи, чтобы Анне подали сытный ужин. Сейчас же.

Звездочет поклонился и выскользнул в коридор.

— Полагаю, ты предпочтешь поесть в своих покоях. Ничего, у нас еще будет время поговорить.

Анна тихо вздохнула и закрыла глаза, явно намекая, что говорить она не в состоянии. Как и идти. И возражать против того, чтобы Канро отнес ее в покои.

Подданные испуганно шарахались от шэт-шана, когда он шествовал по коридорам со своей наконец-то обретенной драгоценностью на руках. Сегодня его совершенно не заботили и не злили шепотки за спиной. Сегодня он был готов простить что угодно и кому угодно. И подаренная сила, укротив силу собственную, текла по венам, наполняя сердце умиротворением.

Я все-таки покаталась на шэт-шане. И даже осознавая недопустимость подобного, возразить не могла — не было сил. Все оттого, что я не умею контролировать себя. Так сказал владетель, когда тащил меня в мои комнаты. И заверил, что я обязательно научусь. Мои надежды не оправдались, я оказалась полезной, и теперь меня точно никогда никуда не отпустят. Как бы я ни просила. Что бы ни делала.

Когда шэт-шан сгрузил меня на диванчик в моей гостиной, столик был уже накрыт. Исходила паром глубокая тарелка с горячим густым супом, а на тарелочках поменьше расположились холодные блюда. Вкусные, наверное. И посуда красивая. Тонкая, изящная, белая. Расписанная занятными узорами. Вот только аппетита по-прежнему не было.

— Тебе нужно поесть, — наставительно произнес владетель, и я испугалась, что сейчас меня еще и с ложечки кормить будут.

Нет, такого моя психика точно не выдержит!

— Я поем, — пообещала я и схватила ложку, выказывая готовность прямо сейчас приступить к поздней трапезе.

— Не буду мешать, — к моему непередаваемому облегчению сказал шэт-шан. — Если что-нибудь понадобится, воспользуйся этим. — Он указал на хрустальный колокольчик, примостившийся на краю столика.

Я рассеянно кивнула, и владетель наконец-то направился к выходу.