Елена Тебнёва – Неправильная сказка (СИ) (страница 17)

В груди привычно пекло от горечи и злости, но он снова промолчал. Пусть. Выплеснет яд и уйдет.

Лишь бы вместе с ней не ушла и Ана.

Он сдержался, не обернулся. И вздрогнул, когда она высвободила свою ладонь из его… Лишь для того, чтобы встать перед ним, оттеснив немало удивленную этим Дилу.

— А ты, собственно, кто такая? — строго вопросила Ана.

А капюшон не сняла. Умница. Если бы и остальную часть его просьбы мимо ушей не пропустила — совсем бы замечательно было!

— Спроси у своего дружка! — презрительно скривилась Дила. — Хотя он не ответит. Хочешь, расскажу?

Йонто напрягся. Что, если действительно расскажет? Но вмешиваться не стал. Когда-то он поклялся, что и словом больше с этой девицей не обмолвится, а клятвы срока годности не имеют и от обстоятельств не зависят.

— Хочу, чтобы ты убралась с дороги, — осадила ее Ана таким тоном, что даже его пробрало. — Терпеть не могу сплетников. И да, ты же так интересовалась… Может, я и страшная, но ты гораздо страшнее, уж извини. И никакие косметические ухищрения тебя не спасут. И пластика тоже. Даже хирургия бессильна исправить такую мелкую и злобную душонку!

С этими непонятными словами она сделала шаг, и Дила отшатнулась, едва не запутавшись в юбках. И, пока та хватала ртом воздух, Ана вцепилась в рукав Йонто и потащила его вперед с такой скоростью, что он едва поспевал за ней. Спешить было незачем, Дила и не думала их преследовать, но сейчас он бы не отважился спорить с Аной. Да и не хотелось, если совсем уж честно.

— Вот ведь стерва! — возмущенно пыхтела она. — Язык что жало, оторвать да выбросить! А ты! Почему ты ничего не сделал?!

Они остановились, и тонкий пальчик обвинительно уперся в грудь Йонто.

— Надо было с ней подраться? — растерялся он.

— Нет конечно же, — убавила пыл Ана. — Но ты мог бы ей ответить… Ну вот чего ты улыбаешься, а?! — вновь вспыхнула она.

— Я не… — А ведь и в самом деле улыбается. И в груди уже почти не жгло. И дышать можно было нормально. — Что, даже ничего не спросишь? — не выдержал он.

— Это не мое дело, — передернула плечами она, и капюшон тут же сполз на нос.

Ана смешно зашипела, высвобождаясь, и вновь пришлось стирать с губ непрошеную улыбку.

— А вдруг твое? — возразил он. — Ты же ничего обо мне не знаешь! Кто я, чем занимаюсь… Вдруг я опасен?

— Вот уж нет, — фыркнула она. — Захочешь — сам все расскажешь. Тебе я верю. Этой мымре — ни капли.

От таких откровений Йонто замер. И пришел в себя только тогда, когда перед ним оказалось яблоко.

— У тебя стресс, — сочувственно сказала Ана. — Тебе необходимо успокоительное. Ешь!

Он взял яблоко и даже куснул за сочный бок, скривился и хотел было выбросить, но наткнулся на строгий взгляд и передумал.

Может, яблоки и в самом деле успокаивают, а ему сейчас это точно не помешает.

Будучи человеком спокойным, в конфликты я обычно не вступала, чаще предпочитая промолчать, чем ответить, но тут просто не выдержала. Хватило одного взгляда на Йонто, на его словно закаменевшее лицо, чтобы все мое миролюбие бесследно испарилось. Если бы та белобрысая зараза полезла в драку — убегать бы не стала. Красавица, черт бы ее побрал. Насквозь фальшивая. И Йонто хорош! Нет, драться с ней, конечно, не стоило, но и покорно сносить все гадости — тоже так себе идея.

Сейчас он шел рядом, задумчиво грыз яблоко и уже не выглядел беззащитным и потерянным, а из глаз ушло столь напугавшее меня выражение. Я так и не поняла, что это было, но увидеть подобное еще раз совершенно точно не хотела.

Он спросил, не боюсь ли я. А я не сумела объяснить, что мне невероятно страшно. Чужой мир, жизнь, превратившаяся в запутанный сон, полная неопределенность… Да, я боюсь. Но не тогда, когда он рядом.

Ну вот как такое вслух сказать? Я и сама-то от себя в шоке.

Кажется, этот мир странно на меня действует. Очень странно.

Или не мир вовсе, а один конкретный лохматый и полный загадок парень?

Пока я уныло размышляла о собственном нелогичном поведении, противоречивых эмоциях и не поддающихся контролю чувствах, мы добрались до лесной опушки. Но далеко продвинуться не удалось…

Треск ломающихся веток я услышала уже после того, как оказалась за спиной Йонто. И только потом увидела четверых мужчин самого что ни на есть разбойного вида. Особенно меня поразило сочетание длинных, заплетенных в косы волос и небритых физиономий. Ну это конечно же если не считать здоровенных кинжалов, направленных в нашу сторону…

— Шли бы вы дальше, добрые люди, — посоветовал Йонто обманчиво ленивым тоном.

Я бы на их месте не то что пошла — побежала бы. Но то я. Люди, которые на поверку оказались совсем не добрыми, предупреждению не вняли и, опустив приветственные речи, дружно рванули вперед. Йонто, скинув на землю мешок, шагнул им навстречу, а я испуганно застыла, не зная, что предпринять. В таких драках я никогда в жизни не участвовала. Я вообще ни в каких драках не участвовала! Прекрасно сознавая, что толку от меня все равно не будет, прижалась спиной к огромному дереву и во все глаза наблюдала, как ловко Йонто крутится по полянке, уходя от ударов и не позволяя разбойникам вспомнить обо мне. Каждый раз, когда он бросался на очередного противника, сердце замирало — и пускалось в галоп, когда я понимала, что все обошлось.

Пока что обошлось.

Наверное, на самом деле прошло не больше нескольких минут, но для меня время превратилось в тягучую карамель. Все, что я видела, — худощавую фигуру, чудом уворачивающуюся от смертоносных росчерков стали. Все, что слышала, — грохот собственного сердца, готового выпрыгнуть из груди. На миг в глазах потемнело, а когда пелена спала, двое разбойников мирно лежали на травке, Йонто отражал атаки третьего, а четвертый, отойдя в сторонку, готовился метнуть кинжал.

Вот тут-то оцепенение с меня и слетело. Подхватив ветку, удачно оказавшуюся достаточно толстой и увесистой, я подскочила к злодею и без малейшего проблеска сочувствия опустила импровизированную дубинку ему на голову, благо что ростом, в отличие от бесчестности, природа разбойника не наградила. Удар получился что надо — даже не пикнув, мужчина осел к моим ногам.

Я потрясенно уставилась на него и не заметила, как Йонто расправился с последним противником.

— Испугалась? — подобрав мешок, обеспокоенно спросил он.

— Н-нет, — мотнула я головой, не отводя взгляда от собственноручно успокоенного разбойника.

Не то чтобы сожалела о содеянном, но… Раньше как-то не доводилось вырубать кого бы то ни было. И не скажу, что новый опыт привел в восторг.

— Вот и умница, — подозрительно ласково улыбнулся Йонто и накрыл мои ладони своей. — Тогда выкинь уже эту деревяшку, пока сама не поранилась.

Я с трудом разжала пальцы. Левая ладонь противно заныла — все-таки ссадила о похожую на каменные наросты кору.

Ветка шлепнулась рядом с телом. Тело шевельнулось и невнятно застонало…

— Иди сюда, — протянул руку Йонто, и я без раздумий ее приняла. И лишь когда он прижал меня к себе, осознала, что он задумал, и протестующе выдохнула:

— Стой, тебе… — Запнулась, сраженная букетом ощущений, и беспомощно закончила: — …нельзя.

Мы стояли на лесной полянке. На совершенно другой лесной полянке! А через миг Йонто осел на травку, уткнувшись в нее лицом.

— Мамочки… — прошелестела я, падая рядом.

— Не бойся, — глухо отозвался он, — все хорошо. Мне нужна минута…

— Тебе нужны мозги! — выпалила я, зло вытирая рукавом успевшие выступить слезы.

Нет, с ним мне никакие яблоки не помогут! Да и средство Мирины, подозреваю, тоже.

Минута превратилась в пять, а Йонто все не приходил в себя. Я начала беспокоиться. Вернее, паниковать, потому как беспокоиться сильнее было невозможно. Огляделась растерянно, заметила мешок, о котором уже забыла, и обрадовалась. Мирина ведь что-то о лекарствах говорила! Жаль, не расспросила лекарку, что и как нужно применять. И в мыслях не было, что это пригодится, да еще так скоро!

Я отыскала в недрах сумки мешочек поменьше, вытряхнула его содержимое на траву, и по ней рассыпался добрый десяток пузырьков. Парочка подкатилась к ногам, и отчего-то именно на них пал мой выбор. Одинаково пузатые, различались они лишь цветом содержимого. И какой нужен?

Я растерянно прикусила губу, переводя взгляд с одного на другой, и в итоге решила воспользоваться синим. Просто потому, что он приглянулся мне больше желтого.

Так себе обоснование, но другого не имелось.

С трудом перевернув Йонто на спину и устроив его голову на своих коленях, вытащила плотно притертую пробку и осторожно влила в него несколько капель снадобья.

Откуда-то пришло четкое понимание: больше не надо.

— Надеюсь, поможет… — прошептала я, с тревогой всматриваясь в бледное лицо Йонто.

Даже если пузырек не тот, не отрава же здесь. Хуже все равно не будет. Подожду немного и повторю то же самое с желтым. А если не сработает, придется и другие снадобья попробовать…

Но ждать не пришлось. Разве что самую малость. Веки парня дрогнули, и он открыл глаза.

— Очнулся! — с облегчением выдохнула я.

— Что за гадость ты мне дала? — вместо благодарности выдал Йонто, шустро — для только что находившегося в обмороке так даже чересчур — поднявшись.

— Понятия не имею, — ответила я, чувствуя, что ноги меня не удержат, а потому не торопясь вставать. — Но оно помогло. А ты… Э-э-э, ты чего?!