Елена Тебнёва – Академия Грейс (СИ) (страница 65)

Очень и очень призрачный, эфемерный, как утренний туман. Меня повалили на землю, выбивая воздух из легких, тут же дернули вверх, поднимая. Я брыкнулась в тщетной надежде вырваться и задохнулась от обжегшей щеку боли.

— Не искушай судьбу, Грейс-с-с, — прошипел на ухо разъяренный Марк, сжимая меня так, что на миг показалось — все, это конец, раздавит и не заметит.

— Убери от нее руки, тварь, — не менее злобно потребовал вибрирующий от гнева голос, и Марк резко развернулся, отчего перед глазами потемнело.

Но мужчину, застывшего в нескольких шагах от нас, я узнала. И едва не разревелась от нахлынувшего облегчения.

Пришел. Успел. Не бросил.

— Даниэль, — беззвучно прошептала я, но он все равно услышал. Я знала, чувствовала это.

— Стой на месте! — рявкнул Марк, прижав меня к себе еще сильнее, и я закусила губу от прострелившей ребра боли. — Клянусь силой, Иридайн, если ты хотя бы пошевелишься, она никому не достанется!

Я ему сразу поверила. Маркус Эрван достиг той самой степени безумства, когда подобные угрозы воплощаются в жизнь легко и просто. Дан тоже проникся, замер, показалось даже, что дышать перестал.

— Чего ты хочешь? — спросил отрывисто.

— Ты дашь нам уйти, — озвучил желаемое Марк.

— Нет, — отрезал Дан.

— Ты дашь нам уйти, — с нажимом повторил безумец. — Грейс не пострадает, если ты проявишь благоразумие и смиришь свою гордость. Иначе…

Он не договорил, зато вновь сжал меня, сорвав с губ болезненный стон. Дан дернулся, как от пощечины, но, памятуя об обещании Маркуса, с места не сошел.

— Нет, — упрямо прошелестела я, впившись в Дана взглядом. — Не отдавай меня!

— У тебя нет выбора, — продолжал напирать Марк. — Отпусти нас. Ну же!

— Ты же понимаешь, — медленно сказал Дан, не спуская с него глаз, — что, если с Грейс что-то случится, ты тут же умрешь? Ты же понимаешь?

— Понимаю, — спокойно отозвался Марк. — Как и то, что от моей смерти легче тебе не станет. Ты сможешь с этим жить, а, Дан? Сможешь жить с мыслью, что кровь любимой девушки — на твоих руках?

Лицо Дана словно закаменело. Он бессильно сжимал и разжимал кулаки, смотря уже не на Марка — на меня. И столько всего было в этом взгляде невысказанного, несбывшегося, что сердце защемило.

— А ты… ты понимаешь, — прошептала я, запустив ногти в удерживающую руку, — что моя освободившаяся тьма первым делом тебя же и удавит?

За спиной скрипнули зубами… и неожиданно тонко взвизгнули. В следующий миг меня отшвырнули в сторону, и сразу же рядом оказался Дан, в которого я накрепко вцепилась, зажмурившись, глотая наконец-то покатившиеся по щекам слезы.

— Грейси… — выдохнул Даниэль, осторожно, едва касаясь, обнимая меня. — Все… Все хорошо. Теперь уже все хорошо. Он больше тебя не обидит. Клянусь.

Я кивала, еще крепче цеплялась за него и продолжала реветь не в силах остановиться. Все напряжение последних часов, все страхи, все дурные мысли, успевшие отравить душу, выплескивались вместе со слезами. Дан не мешал. Он сидел на земле, устроив меня на своих коленях, и терпеливо ждал, когда я успокоюсь. Теплые ладони осторожно скользили по моему лицу, волосам, спине, рукам и ногам, снимая боль, согревая. Губы легко коснулись виска, скользнули ниже…

Глухой рык разрушил хрупкий момент. Я вздрогнула, неосознанно вжалась в Дана и лишь потом оглянулась.

Странно, но до сего момента о Марке я даже не думала. Дан обещал, что тот меня больше не тронет, и этого хватило, чтобы расслабиться и забыться. И сейчас я с удивлением рассматривала лежавшего навзничь Марка, над которым, щеря клыки, стояла Лира. Душу переполнило облегчение. Жива! Я боялась, что с ней что-то сделали, а то и вовсе уничтожили, чтобы она не пришла на помощь. Как же иной раз приятно ошибаться!

Рычала, кстати, вовсе не кошка… Господину помощнику ректора — полагаю, теперь уже бывшему — надоело столь опасное соседство, и он решил продемонстрировать зубастой кисе собственные клыки. Я впечатлилась. Даниэль и Лира — ни капли.

— Иллюзии на тени не действуют, неуч, — недобро усмехнулся Дан. На месте Марка я бы пожалела, что привлекла его внимание… Даниэль осторожно, придерживая меня, поднялся, убедился, что я твердо стою на ногах, и шагнул к противнику. Поморщился брезгливо и спросил: — И что теперь с тобой делать?

— Ты меня не убьешь, — с завидной уверенностью сказал Марк. — Я тебя знаю.

— Плохо знаешь, — нехорошо улыбнулся Дан. — Я не прощаю тех, кто причинил зло дорогим мне людям. Доказательств твоей вины более чем достаточно. Уже все в курсе, кто подбросил видение магистру Драмму и кто пытался убить его, чтобы скрыть следы. Кто подал идею со скорбянками аспиранту. Кто начертил схему вызова в моем кабинете. Кто прикрывал иллюзией кладбище, оно же — место сбора вашего культа. И никто не станет спрашивать, куда ты делся, когда я верну Грейс в академию. Никто, Маркус. И мне это очень нравится.

Марк побледнел и шумно сглотнул. Ему, в отличие от Дана, сказанное совершенно не понравилось.

Мне, впрочем, тоже. Может, Маркус Эрван и заслуживает смерти, вот только Даниэль — не убийца. И я не хотела, чтобы он запятнал душу кровью этого ничтожества.

— Дан, не надо, — попросила я, подобравшись ближе.

— Грейс! — тут же переключился Марк, впившись в меня безумным взглядом. — Еще не поздно передумать!

Отвечать я не стала. Вцепилась в Даниэля обеими руками и прошептала:

— Не стоит он того, ты же сам знаешь.

Несколько долгих мгновений казалось, что Дан все же сорвется, но обошлось. Короткий кивок, и Лира скользнула ко мне, потерлась пушистым боком о ноги, басисто замурлыкала. Внутри разлилось тепло, и я, опустившись на колени, спрятала ладони в мягкую шерсть.

Дан тем временем приказал Марку встать и вытянуть вперед руки, намереваясь лишить его возможности сбежать. Вот только что-то пошло не так…

Я заметила это случайно, просто скользнув рассеянным взглядом поверх Лириных ушек. Марк словно раздвоился: один по-прежнему стоял, послушно вытянув руки, и вокруг его запястий обвивалась толстая силовая нить, второй же, плавно отступив, явно сплетал какие-то чары.

— Дан! — сдавленно крикнула я, подхватилась с места — и застыла не в силах отвести глаз от призрачно-зеленого шара, летящего на меня.

С целью я ошиблась. Кажется, угроз на ветер Марк бросать не привык…

Время сделалось густым и тягучим. Странное состояние, когда меж двух ударов сердца проходит целая вечность. Шар приближался, делаясь все ярче и ярче; медленно поднималась, разворачиваясь к опасности, Лира; преодолевая такой же вязкий, как и этот бесконечный миг, воздух, пыталась отклониться я… Все закончилось внезапно, когда между мной и смертельным заклинанием встал Дан. Шар с грохотом разбился о наспех созданный щит, который, не выдержав, рассыпался сияющими искрами. От второго шара, прилетевшего почти одновременно с первым, пришлось уворачиваться, благо что я и так уже на земле лежала — под защитой Лиры. Третий шар Дан отбил, успев атаковать в ответ. А вот четвертый, пущенный под прикрытием иллюзии, не заметил, покачнулся, зажав плечо, но не опустив вновь созданный щит, ненадежный даже на вид. Слишком много сил Дан потратил. В том числе и когда залечивал мои царапины и прогонял холод.

А в Марка словно демоны вселились. Он стоял, окруженный призрачным сиянием, и тот же огонь горел в его глазах. Возможно, он черпал силы в безумии, а может, сами Темные боги протянули из небытия руку помощи своему верному слуге. Заклинания яркими вспышками срывались с его ладоней, Дан едва держал щит, а я даже крохотный огонек создать не могла, хотя и пыталась. Лира сунулась было за пределы щита, но тут же, вздыбив шерсть, вжалась в меня. Я и сама это чувствовала. Разливалась в воздухе чуждая сила, такая, от которой в душу заползал ужас, а тело сковывала слабость.

Похоже, не так уж и далеки были от истины мои предположения, и мы нарвались не просто на сумасшедшего сектанта, а на посвященного жреца, в полной мере наделенного мощью своих богов.

Надо было все-таки придушить Марка, пока была возможность!

Дан не терпящим возражений тоном приказал Лире уходить, и она с тоскливым стоном исчезла. Столь концентрированная сила Темных богов убивала теневую кошку, и все, что она могла бы сейчас сделать, — погибнуть вместе с нами. Бессмысленная жертва.

Даниэль тяжело и хрипло дышал, было видно, что он вот-вот упадет — и уже не встанет. Чудо, что держится еще… и держит щит, без которого мы давно бы уже пропали. И вовсе не по вине заклинаний. Древняя сила растворила бы нас гораздо быстрее, чем мы почувствовали бы боль от какой-нибудь ледяной молнии.

Не зная, что еще предпринять, я с трудом подползла к Дану, обхватила его, прижалась щекой к спине, позволила своей силе, которой все еще не могла дать выхода, стать его. Ни на что особо не надеялась, но все получилось на удивление легко. От слабости замутило и в глазах потемнело, но я лишь крепче сжала зубы. Так мы продержимся дольше. А там, может быть… Сама не знала, чего ждала. Наверное, чуда.

И все-таки дождалась.

Наше личное чудо мерцало в лунном свете блестящей насыщенно-изумрудной чешуей, совершенно не боялось древней злобной магии и виртуозно плевалось огнем.

Золотисто-алое пламя объяло Марка, окутало его жарким коконом, и от жреца Темных богов даже пепла не осталось, лишь опали на траву безобидные, быстро погасшие искорки.