Елена Тебнёва – Академия Грейс (СИ) (страница 15)
Одарив нашу примолкшую компанию благостным взором синих глаз и широко улыбнувшись, парень бесцеремонно выдвинул стул и уселся напротив. Лэн икнула и отложила вилку, коей только что вяло ковыряла рыбную котлету.
— Грейс, — положив руки на стол и склонив голову к плечу, протянул он.
— Карл, — скопировав его позу, мимику и тон, отозвалась я.
Кажется, мне удалось его удивить.
— Знаешь меня? — приподнял бровь Рингтэй.
— Недальновидно и глупо не знать того, по чьей милости едва не свернул шею, — сдержанно ответила я, гадая, какого демона ему понадобилось.
Карл поморщился, будто от зубной боли, и, растрепав пятерней волосы, совершенно обезоруживающе улыбнулся:
— Злишься? Не стоит. Тебе не идет.
— Может, ему вилку в ухо воткнуть? — мрачно спросила Лэн, в то время как я безуспешно подбирала приличные слова. — Вдруг мозг, получив дополнительный стимул, заработает!
— Лэнис, солнце, я тоже тебя люблю, — хмыкнул ничуть не впечатленный парень. — И вообще я за мир во всем мире. Без вилок, тыканья оными в головы ни в чем не повинных окружающих и без затаивших обиду девиц. Я не хотел тебя обидеть, клянусь. Все вышло случайно.
— У него все всегда выходит случайно, — кровожадно прищурилась Лэн, дотянувшись-таки до вилки и многозначительно вертя ее в пальцах. Я вспомнила, что сказала целительница на крыше, и вздохнула — так вот почему «еще одна». — И да, Грейс, он извиняется. Тоже всегда. Поверь, если бы тебе не повезло, он бы проникновенно извинился над твоей могилой. Кстати о могилах. Ты как выжил-то, чудовище? Я думала, магистр Иридайн тебя прямо на месте прихлопнет.
Щекам стало жарко, и я испугалась, что мой яркий румянец заметят все… Но Лэн сверлила взглядом Карла, Карл же не спускал глаз с вилки, словно опасался, что целительница в состоянии исполнить угрозу. Хотя, может, и в самом деле в состоянии. Что я вообще знаю о своих соседках по комнате?
— Было сложно, — скромно отозвался парень. — Декан раздраконился до предела, мое счастье, что я быстро бегаю.
— Твое счастье, что она, — Лэнис ткнула вилкой в мою сторону, и я на всякий случай отодвинулась подальше, — не пострадала.
— И это тоже, — легкомысленно пожал плечами Карл и перевел взгляд на меня: — Ну так что, мир?
Я задумалась. Злиться отчего-то не получалось, как я ни старалась. Более того, в его присутствии было легко и просто, словно мы знакомы всю жизнь, и даже Лэн, теперь я ясно видела, злилась напоказ, будто лишь для того, чтобы парень окончательно не распоясался.
— Перемирие, — осторожно кивнула я. — А там посмотрим.
Глупо заводить врагов в первые же дни. С друзьями, впрочем, тоже нужно быть осторожнее. Отец всегда говорил, что слишком уж просто их спутать.
— Отлично! — обрадовался Карл.
Он вскочил, едва не опрокинув стул, подмел перьями воображаемой шляпы пол в шутовском поклоне и, стянув котлету у Лэн, ретировался из столовой.
— Убью паршивца, — скрежетнув вилкой по опустевшей тарелке, сквозь зубы прошипела целительница.
— Сколько раз уже обещала, — хмыкнула Кэсс.
— Угу, — мрачно кивнула Лэн. — Этот демон как улыбнется, так рука не поднимается, хотя разум и твердит, что нужно действовать, пока снова не смылся… — Она резко обернулась и в упор посмотрела на меня. — Поздравляю, Грейс. Теперь главное несчастье академии считает тебя своей подругой. Твои шансы выжить в этих стенах только что стремительно уменьшились.
— Не бери в голову, — рассмеялся Мартин, увидев, как вытянулось мое лицо. — Лэн слишком предвзята. Он безобидный и немного… хм…
— Сумасшедший, — ввернула до сих пор молчавшая Радиша, и целитель согласно усмехнулся.
— А что у него с магистром Иридайном? — осторожно осведомилась я. Нужно же понять, во что умудрилась влипнуть и насколько Дан будет зол, когда об этом узнает.
— Тот его не любит, — поморщился Мартин. — Как до сих пор не отчислил — ума не приложу.
— Еще бы он его любил, после того как этот… псих жизнерадостный дважды от замка чуть камня на камне не оставил, — добавила Лэн. — Рингтэй, может, и безобиден сам по себе, но находиться рядом с ним опасно. Помни об этом, — покосилась на меня она.
Я рассеянно кивнула. Вот еще, нашли проблему. Карл Рингтэй казался весьма легкомысленным и безответственным, не удивлюсь, если на следующий день он обо мне даже не вспомнит. Да и вообще… Каюсь, соблазн позлить Дана общением с Карлом был велик, но не хотелось бы стать той самой, переполнившей чашу терпения декана последней каплей, из-за которой парень может вылететь из академии.
Ненастным вечером освещенные мерцающим золотистым светом коридоры казались особенно таинственными и немного пугающими, и путь из столовой в комнату общежития превратился в маленькое приключение. Так легко было представить себя в заколдованном замке, охраняемом свирепым драконом, где за каждым поворотом ждет опасность, а каждый шаг может стать последним, и потому нужно ступать осторожнее, мягче, вслушиваясь в тишину, ловя любой шорох, зорко вглядываясь в даль… Я так погрузилась в придуманную мною же игру, что едва не выпрыгнула из ботинок, когда из темного угла под ноги кинулась тень, на глазах обретая плотность и очертания.
— Л-лира, — заикаясь, выдавила я, вжавшись в шедших позади и не успевших среагировать подруг.
Довольная кошка, растянувшаяся посреди коридора, прищурила мерцающие глаза и басовито мяукнула.
— Вот же демон бесстыжий! — хрипло выдохнула Лэн, когда рядом с кошкой, словно соткавшись из воздуха, появилась еще одна тень, которая, откинув капюшон темно-синей мантии, превратилась в магистра Арто.
— Доброго вечера, девушки, — загадочно, аки сказочный злодей, улыбнулся он, не хуже своей кошки сверкнув желтыми глазами.
— Видали и добрее, — процедила целительница и выступила вперед. — Алек, если ты все-таки доведешь кого-нибудь до сердечного приступа — а я все больше верю в то, что тебе это удастся, — тебя выкинут из академии и на прежние заслуги не посмотрят!
— Не докажут, — усмехнулся темный маг, не обращая внимания на более чем панибратский тон Лэн. — Так что можешь не волноваться. Грейс, — перевел на меня взгляд он, — держи.
Я нахмурилась, но руку протянула, и на ладонь тотчас же упал увесистый мешочек.
— Это что? — опасливо спросила я. Повода не доверять магистру не было, но сердце после его эффектного появления все еще бешено колотилось о ребра, что не способствовало возникновению более добрых чувств.
— Надеюсь, не проклятие, — проворчала Лэн. — Хотя я бы не удивилась.
— Обижаешь, я давно уже отвык столь бездарно тратить силу, — ослепительно улыбнулся магистр Арто и вновь обратился ко мне, едва успевшей проглотить едкое замечание насчет правдивости его реплики: — Я был в городе и заглянул к мастеру Нарраю. Он передал это тебе вместе с пожеланиями удачной учебы. Еще он сказал, что будет рад, если ты когда-нибудь сможешь его навестить.
— Спасибо, — от души поблагодарила я, прижимая мешочек к груди. На сердце стало легче и теплее, все же я не могла не думать о мастере и о том, как он воспринял нарушение данного обещания.
— Да не за что, — пожал плечами маг. — Знаешь, с тобой в мастерской было намного веселее. И чище.
Не сомневаюсь. Кто еще угостил бы его чайком так, чтобы долго из памяти не стерлось?
Лира раскатисто мурлыкнула, перевернулась на спину, потянулась и, грациозно вскочив на лапы, потерлась о мои ноги — под задумчивое хмыканье Лэн. А потом, шагнув в ту же тень, из которой вышла, исчезла.
— Про запрет покидать эти стены все помнят? — сурово вопросил ее хозяин и, дождавшись двух кивков — моего и прячущейся за мной Радиши — и одного недовольного фырканья от Лэн, последовал примеру Лиры.
— Позер, — вздохнула целительница. — А еще преподаватель.
— А что, второкурсникам позволено вот так запросто общаться с магистрами? — поинтересовалась Радиша, когда мы все-таки добрались до комнаты. Слава богине, без новых потрясений.
— Ну, в официальной обстановке я себе такого не позволяю, — откликнулась целительница, перебирая лежащие на ее кровати мешочки с травами. — Но неофициально — почему бы и нет?
— Потому что он старше и вообще преподаватель! — недоумевала Радиша. — Почему он позволяет тебе такое?
— Преподавателем он стал гораздо позже, чем моим братом, — рассмеялась Лэнис.
— Магистр Арто — твой брат?! — не поверила я. — Но ведь вы совершенно не похожи! Более того, он — темный, а ты — светлая!
— Ну и что? — пожала плечами она. — Сходство еще ничего не значит. Вы с Радишей почти как две капли воды, хоть и не родственники. А мы с Алеком… У нас один отец, но разные матери. Я пошла в свою, он — в свою. Вот и весь секрет. Кстати о секретах. Грейс, что он тебе дал?
Потрясающий талант переводить разговор на другую тему, ничего не скажешь. Но мне и самой было интересно, что же передал мастер Наррай, а потому я, развязав тесемки, заглянула в мешочек. Нахмурилась и вытряхнула его содержимое на покрывало.
В ярком свете среди россыпи монет — моего жалованья — мягко сиял серебряный медальон. По его окружности, едва заметно мерцая, складывались в завораживающий узор незнакомые символы. В середине распростерло лучики-стрелы стилизованное солнышко. Осторожно подцепив кончиками пальцев затейливо сплетенный кожаный шнурок, я перевернула кругляш. Те же символы на сей раз окаймляли тонкий серп месяца.