Елена Тебнёва – Академия Грейс (СИ) (страница 10)

Да, я задержалась, да, пренебрегла простейшими правилами безопасности и свернула с освещенных людных улиц в подворотни, хотя уже однажды едва не поплатилась за такую беспечность… Ох. Ладно, я виновата. Безо всяких «почти» виновата. Но зачем же об этом столь красноречиво… молчать?! В любом случае я же не специально! И мне стыдно. Да, мне стыдно, что из-за моей легкомысленности едва не пострадала Лира. И что Даниэлю пришлось разыскивать и защищать меня. Стыдно! Вот только сказать я об этом не могу. Потому что не знаю, как подступиться к ожившей ледяной статуе, шагающей впереди и делающей вид, что знать меня не знает.

Было уже гораздо больше восьми, когда мы добрались до академии, но ограничение, похоже, касалось только студентов. Перед деканом ворота открылись немедленно, мне, погруженной в невеселые раздумья, показалось даже, что никакого пропуска ему не понадобилось.

Когда створки бесшумно закрылись за нами, мои нервы не выдержали.

— Дан… Ну скажи хоть что-нибудь! — вцепившись в рукав его куртки, взмолилась я.

Территория академии — от самых ворот до крыльца главного корпуса — была пуста. Тишину нарушал лишь шелест ветра, запутавшегося в кронах парковых деревьев.

Даниэль остановился, резко выдохнул и обернулся ко мне. Щелкнул пальцами, и шум ветра тотчас стих, а мир за пределами пары шагов слегка расплылся, словно огражденный дождевой завесой. Защитный полог. Теперь нас никто не услышит и не увидит. Что ж… Я сама хотела поговорить, начисто позабыв, что не слишком разумные желания имеют противную привычку сбываться. Я сглотнула и едва не попятилась, а господин декан протянул руку и спокойно потребовал:

— Пропуск.

— Что?.. — растерянно переспросила я.

— Отдай пропуск, — повторил Дан.

Очень хотелось уточнить зачем, но… Я не рискнула. Молча сняла цепочку с шеи и опустила амулет в его ладонь. Дан провел по кусочку металла кончиками пальцев, что-то прошептал — и вернул мне.

— И что это было?! — не выдержала я, потому как объяснять что-либо мне не торопились. — Что все это значит?!

— Это значит, что отныне ты сможешь выйти за пределы академии лишь в сопровождении преподавателя или лица, назначенного твоим сопровождающим лично мной, — все так же тихо и спокойно пояснил Даниэль. — В городе тебе делать совершенно нечего. А если вдруг что-то понадобится — скажи мне, я все улажу.

— Ты… Да это же… Это что же — домашний арест?! — выдохнула я, от возмущения едва подобрав слова. Все мысли о собственной вине и о том, чтобы искренне попросить прощения, исчезли, и памяти о себе не оставив.

— Академический, — бесстрастно поправил Даниэль. — Тебя что-то не устраивает?

Он еще спрашивает?!

— Я не твоя пленница! — буркнула я. — Ты не имеешь права…

— Ты моя студентка, — перебил он. — И я имею право. Что-то еще?

— Студентка, да не твоя! — из чистой вредности уточнила я. — Сначала зачисли на свой факультет, а потом уже командуй, сколько влезет!

Фокус не удался. Господин декан, чтоб его демоны гоняли, даже бровью не повел! Зато не преминул напомнить:

— Студентка, может быть, и нет. А вот невеста — да.

Лучше бы молчал, честное слово!

— Ошибаетесь, господин Иридайн, — сложив руки на груди, прищурилась я. — Сами же дали понять, что здесь я вам — никто.

— О, так вот в чем дело, — хмыкнул Дан, и столь пугающая ледяная маска наконец-то треснула, осыпалась колким крошевом. — Не думал, что это тебя так сильно заденет.

Что? Да что он вообще о себе возомнил!

— Не думал, что ты так стыдишься моего общества, — вернула шпильку я.

— Я не стыжусь твоего общества, — усмехнулся он. — И если ты того желаешь, завтра же о наших отношениях будут знать все в академии — от ректора до последнего первокурсника. Уверен, внимание, коим тебя непременно окружат, тебе понравится. Отчего же ты побледнела, Грейси? Неужели я ошибся в своих предположениях?

Он уже откровенно смеялся! Но, стоит признать, в его словах имелся смысл. Всеобщего внимания, тем более связанного с моей личной, какой бы она ни была, жизнью, совершенно не хотелось. Я прикинула, сколько безответно влюбленных в декана студенток, а то и преподавательниц обитает в этих стенах, и содрогнулась, представив, какую сладкую жизнь они способны мне обеспечить. Нет уж! Пусть лучше остаются в неведении! И им спокойнее. И я живее. Да.

— Так что, Грейс? Я жду твоего решения, — напомнил о себе Даниэль.

У-у-у, прекрасно ведь все понял! Это я не могу его раскусить, в то время как для него являюсь открытой книгой. Читай — не хочу…

Я досадливо прикусила губу и с вызовом посмотрела на жениха:

— Спасибо, не надо. Пусть это останется нашей маленькой, почти семейной тайной.

— Рад, что наконец-то мы поняли друг друга, — кивнул он, на сей раз без издевки.

Ох, если бы. Если бы я могла тебя понять! Но, похоже, мне этого просто не дано.

— Я пойду, — неловко передернув плечами под его пристальным взглядом, сказала я. — Провожать не надо. Здесь же безопасно, так? И… где Лира? — нахмурилась я, только сейчас заметив, что кошки нет. Более того, я не помнила, чтобы она входила в ворота! — Мы забыли Лиру! — испугалась я. — Дан!

— Успокойся, с Лирой все в порядке, — не разделил моей тревоги он.

— Но она осталась там! — махнула я рукой в сторону ограды.

— Она вошла, — возразил Даниэль. — Просто ты не заметила. А я все-таки провожу тебя. — И добавил тихо-тихо, но так, чтобы я наверняка расслышала: — Вдруг еще чего-нибудь не заметишь… Вытаскивай потом из очередной передряги. Или академию заново отстраивай…

Я скрипнула зубами, но смолчала и послушно зашагала рядом с Даном к восточному крылу. Ну вот почему он такой? Только я чуть-чуть расслаблюсь, как он тут же выпускает свои колючки! Интересно, он сам-то замечает, что наши отношения порчу не только я?

Взрослый, умный… Ну да, как же!

— В городе сейчас опасно, — заговорил он, когда мы почти дошли. — Нападения нечисти участились, несмотря на усиление патрулей. Возможно, введут комендантский час. Я не следил за тобой, Грейс. Я просто… волновался.

От такого признания я сбилась с шага. Остановилась и недоверчиво взглянула на Дана, но, вопреки подозрениям, в его глазах не было ни следа насмешки. А вот серьезности — хоть отбавляй.

— Все так плохо? — заволновалась я.

Слухи по Террее всякие ходили, но я, поглощенная работой и мечтами об академии, пропускала их мимо ушей, не задумываясь, очередная ли это выдумка или же правда. В который раз уже понимаю, что слишком невнимательна… И в который раз уже эта невнимательность играет против меня!

— Пока трудно сказать, — пожал плечами мой спутник. — Но осторожность еще никому не повредила. Надеюсь, сегодня ты в этом убедилась… И больше не злишься за то, что я ограничил действие твоего пропуска.

Я вздохнула. Пожалуй, да, не злюсь. Что вовсе не означает, что меня все устраивает.

— Дан, — решившись, начала я. — Ты прав — сегодня я поняла, как важна осторожность. И, поверь, впредь не допущу подобной ошибки… Но такое ограничение — уже чересчур! Я… Мне надо в город. Я обещала помогать мастеру Нарраю до начала занятий, и он будет ждать…

— Я оповещу мастера Наррая о том, что ты не сможешь прийти, — не дослушав, перебил Даниэль. — Ты слишком увлекаешься, Грейс. Всем, что делаешь, не замечая ни времени, ни опасности. С одной стороны, это замечательное качество, с другой же… Я верю тебе. Верю, что специально ты рисковать не станешь. Но вот случайно… Случайно забудешь о времени, с головой окунувшись во что-то интересное или полезное. Готовя чай заработавшемуся мастеру. Засидевшись над бумагами. Или же занося в каталог готовые артефакты. Или… Сколько таких «или» может быть, Грейс? Из-за какого из них ты вновь столкнешься в очередной темной подворотне с очередной тварью, от которой, вполне возможно, тебя уже никто не спасет?!

Я с трудом сглотнула вставший в горле горький комок. Богиня милостивая, да за этот день, долгий, как несколько жизней, я видела Дана — вредного, насмешливого и успевшего стать привычным — таким, каким не видела никогда. Холодным и отчужденным, словно стальной клинок. Нежным и заботливым, будто я и в самом деле что-то для него значила. Непреклонным и решительным, как отец, когда речь заходит о моей безопасности.

И теперь меня мучил вопрос: маски ли это или же настоящий Даниэль именно такой?

— Я не пойду в город одна, — выдавила я из пересохшего горла. — Обещаю.

— Вот и умница, — заметно расслабился он. Улыбнулся даже, но в свете фонарей улыбка эта показалась бледной и неестественной. — Доброй ночи, Грейс.

— Доброй ночи, Дан, — вздохнула я и, преодолев ступеньки невысокого крыльца, отгородилась тяжелой дверью от осенней ночи и слишком задумчивого и усталого взгляда моего спасителя.

Мои соседки еще не спали. Лэн, забравшись на кровать с ногами, листала толстую книгу; рядом с ней лежали разноцветные мешочки, перевязанные ленточками. Судя по наполнившему комнату аромату, там находились сушеные травы. Радиша крутилась перед зеркальной дверцей шкафа, разглядывая себя в новом наряде — узких темных брючках и алой рубашке, и, надо признать, наряд ей очень шел, о чем я и сообщила, к вящей радости девушки.

Ужинать не хотелось, хотя Лэн и предложила разогреть лежащий в холодильном шкафу мясной пирог. В мастерской я пила чай, да и волнения никогда не шли на пользу аппетиту, а волнений этих за один только вечер выпало столько, сколько, пожалуй, и за всю жизнь не выпадало. И это если забыть о том, что случилось днем. Ох, если бы я только могла забыть…