Елена Свободная – В тихом омуте черти водятся (страница 8)
- То есть только таскаться за вами весь день и записывать, что скажете? - уточнила я, чтобы потянуть время, когда молчать дальше стало уже неприлично.
- В общем и целом, - подтвердил Лыков.
- А не проще записать все на диктофон?
- Возможно, придется выполнить пару-тройку мелких поручений, но они больше про подержать сумку, сходить купить воду...
Ага, на секретаре хочет сэкономить. Никогда не понимала, почему эта работа считается чем-то... непрестижным, что ли? Тем, что может каждый? Ты попробуй держать в голове сто дел руководителя, его вкусовые предпочтения, день рождения жены и любимой собаки! А поручения в стиле: "Пойди туда, не знаю, куда, принеси мне голову прекрасного принца!"? Это ж вообще, подчас, чистый поток сознания, который еще предстоит перевести на нормальный человеческий язык... А вдобавок к этому - все то же самое для себя, с поправкой на пол, возраст, наличие или отсутствие семьи. Нет-нет-нет, в жизни бы даже не стала пробовать! Секретарь должен быть серьезен и сосредоточен на своем руководителя, не то, что я.
Но решение было принято. И я, кивнув, озвучила его Мстиславу Ярославовичу.
Он вышел из машины, я - следом, соблюдая профессиональный этикет. Профессор одобрительно кивнул и, видимо, на радостях, что я согласилась, доверительно сообщил:
- А еще я очень не люблю общаться с глупыми людьми. Но приходится.
- Сочувствую, - равнодушно бросила я, глядя сквозь него. - Не так-то просто найти достойного собеседника в наши дни.
Хамло лысое, понятно, что камень и в мой огород тоже. Такие, как он, простых смертных за людей не считают. Но мне тоже "приходилось", несмотря на то, что на подобных снобов у меня сразу начиналась аллергия, и я вся покрывалась сарказмом. В такие моменты даже Ирка старалась не отсвечивать, хотя прекрасно знала, что я потом сто раз извинюсь, причем, совершенно искренне!
Лыков, прищурившись, глянул на пробивающееся между облаков солнце, как будто пытался определить погоду и медленно проговорил:
- Был у меня коллега... Очень приятный молодой человек, и неглупый, но... сейчас его уже никто не помнит.
- Так давно был? - спросила я, чувствуя, как бешено заколотилось сердце от невнятной догадки.
И невероятной, чего уж там!
- Так недолго, - подчеркнул он, снова переводя холодный взгляд на бизнес-центр. - Ждите меня здесь, чтоб не пропасть без вести, как профессор Рейгаль...
Я проводила ошалевшим взглядом широкую спину в дорогом черном пальто. Филя же совершенно ясно сказал, что драконья магия стирает память у всех людей?..
- Ну, а Агриппина Павловна утверждала, что переходы между мирами - редкость... - нервно хихикая, пробормотала я себе под нос.
Буквально рухнув на свое сиденье, с размаху захлопнула ни в чем не повинную дверь машины и быстро набрала так и не внесенный в телефонный справочник номер.
- Лисецкий, слушаю, - раздалось в трубке, когда я уже тихонько материлась сквозь зубы на некстати занятого оборотня.
Блин, голос у него прям очень даже! Может, он и под всеми этими своими безразмерными свитерами тоже вполне себе "да"?.. Ну, Виктория свет Николаевна! О чем ты только думаешь?!
- Вика?.. Что-то случилось? - похоже, мой номер мужчина все-таки сохранил.
- Случилось, Филь, - собрала себя в кучу я. - Как узнать, кто такой... - я вчиталась в сопроводительные документы. - Доктор кучи наук и академик всея академий М. Я. Лыков? Имя-отчество не выговорю, язык сломается.
- Мстислав Ярославович? - Филя как-то невесело усмехнулся. - Что-то и я могу рассказать. А почему ты спрашиваешь?
- Потому что я с некоторых пор прямо-таки мечтаю увидеть нормального обычного человека, - язвительно ответила я. - А вместо этого мне весь день катать по городу какую-то очередную неведому зверушку!
Я нервничала, потому что хоть в тайминге и стояло сорок минут, пассажир мог вернуться в любую из них. Филарет как-то смущенно фыркнул в трубку.
- Откуда дровишки?..
- Он Рейгаля упомянул, - коротко пояснила я.
А что скрывать, раз я уже вляпалась в эти сказочные приключения по самую макушку? Точнее, оборотень меня в них и втянул, так что пусть чувствует ответственность и вводит в курс дела.
- Ну, что ты, - тем временем хохотнул собеседник. - Профессор Лыков вовсе не зверушка, он...
Очень жаль, что я это не узнаю прямо сейчас. За секунду до того, как задняя дверь распахнулась и в машину проскользнул мой пассажир, повинуясь какому-то интуитивному импульсу, я незаметно сбросила вызов. Обернулась я уже с профессиональной невозмутимостью на лице.
- В клинику "Орлиный глаз", - бросил сквозь зубы Мстислав Ярославович, протягивая визитку с адресом.
Выглядел он как-то мрачновато для человека, чьи переговоры прошли успешно. Поэтому я молча вбила адрес в навигатор и, стараясь не отсвечивать, вырулила с парковки.
Маловероятно, что он слышал с кем, а главное, о чем я разговаривала, но от одной мысли стало как-то неуютно. Усилием воли выровняла дыхание и постаралась думать быстро и четко, как будто я лечу километров сто пятьдесят в час по пересеченной местности. Или двести с лишним - по трассе, такой опыт у меня тоже был.
Агриппина Павловна утверждала, что в академии они все собрались случайно. Но я скорее поверю в то, что место, на котором стоит злосчастное учебное заведение проклято, чем в такие "случайности"! Хм... А это неплохая мысль. Надо будет ее подумать в более подходящей обстановке.
Скользнув взглядом по зеркалу заднего вида, я обнаружила, что Лыков не мигая, в упор смотрит на меня. На мгновение встретившись с почти черными глазами пассажира, я вопросительно приподняла брови и снова уставилась на дорогу.
По спине пробежал холодок, но пальцы на руле не сжались, да и скорость я переключила твердой рукой. На какую-то долю секунды мне показалось, что у Мстислава Ярославовича вертикальные зрачки, и это было жутковато. Или не показалось?
Не умеющие держать тело под жестким контролем адреналинщики до сорока с лишним лет не доживают. Поэтому если странный пассажир рассчитывал смутить, напугать или как-то иначе вывести меня из душевного равновесия, он крупно просчитался.
- Виктория, - проговорил он, когда молчание затянулось, - Вам ничего не показалось странным?
- В смысле? - равнодушно бросила я, заворачивая на парковку пафосного медицинского центра.
- Вокруг вас последнее время не происходило ничего необычного? - вкрадчиво уточнил он.
Я пожала плечами, демонстрируя полную невозмутимость, хотя от его тона сердце заколотилось как бешеное.
- То, что я подменяю сегодня некстати заболевшего коллегу вряд ли можно считать таковым, - хмыкнула я, чувствуя, как бледнею под его пристальным взглядом.
Правда, на мне такой тщательный боевой раскрас, что хоть красней, хоть бледней - незаметно. Мстислав одобрительно хмыкнул, бросил ноутбук рядом на сиденье и кивнул:
- Отлично. Сейчас вам нужно будет пойти со мной.
После его слов ощущение какой-то потусторонней жути схлынуло, а сердце вернулось к привычному ритму, продолжив, как ни в чем ни бывало поставлять кровь во все сосуды. Я почувствовала, как скулам потеплело.
- Господин Лыков, - преувеличенно-вежливо обратилась я, выходя из машины и пикая брелоком сигналки. - А вы по идеологическим соображениям не пользуетесь услугами секретаря или он так же внезапно... занемог?
- Виктория, - хищно усмехнулся он. - Если носителем идеологии является один единственный человек, то это не идеология, а, скорее, диагноз. А секретари у меня долго не задерживаются... ритм жизни, видите ли, не тот.
Он развернулся и направился в сторону высоченных стеклянных дверей, даже не удостоверившись, что я последовала за ним. Ладно, будем надеяться, что в кабинет за собой он меня не потащит, а там уж я смогу хотя бы сообщение написать Филарету.
- Рад видеть вас, Мстислав Ярославович, - с ласковой улыбкой прокряхтел старый ушастый пень, поджидавший нас на ресепшене.
Честно признаться, я несколько иначе представляла себе офтальмологов в подобных медучреждениях. Как? Ну, уж точно не горбатым стариком с седой порослью на оттопыренных ушах и лысиной формата "озеро в лесу"! На здоровенном горбатом носу сидели очки с такими запредельно толстыми стеклами, что я невольно посочувствовала Лыкову. Интересно, врач ему в глаза на ощупь капать будет?
- Взаимно, Виктор Сергеевич, - скривился Лыков, покосившись на меня.
- О! У вас новая очаровательная спутница!
- Это не моя, - кажется, смутился мой пассажир. - Мне ее подкинули... вместе с машиной.
Я еле успела проглотить смешок, а вот Виктор Сергеевич не отказал себе в удовольствии посмеяться, увлекая нас в боковой коридор.
Перед дверью кабинета доктор замешкался и, глядя на Мстислава снизу вверх, проникновенно прошептал:
- Мстиславушка, может, оставим девчонку здесь? Жалко все-таки... молоденькая совсем...
Терпеть не могу вот это "молоденькая совсем"! Мне нравился мой возраст, я совершенно его не стеснялась, и уж тем более не вздыхала "где мои шестнадцать лет". Да, выглядеть молодо мне нравилось, но это другое.
- Она согласилась, - недобро улыбнулся Мстислав Ярославович, оборачиваясь ко мне. - Все же по-честному, Виктория?
Тем временем врач коснулся пропуском мигающей панели, магнитный замок приветливо пискнул, разблокировав вход. Судя по напряженному взгляду, я либо согласилась на что-то другое, либо мало попросила. С другой стороны, вряд ли они меня сожрут прямо здесь - Мстиславу еще в академию ехать, а все остальное... выхода нет только из гроба.