Елена Свободная – Ангелы Вита: ночью все волки серы (страница 4)
– Спасибо, дружок. Удачи тебе.
– И тебе, – медленно улыбнулась она уголком рта, подхватывая свою сумку.
– Беги, тебя там муж заждался, – я с усмешкой забросила реликвию целого рода в бардачок, к коньячным бокалам, которыми были укомплектованы все наши машины в обязательном порядке.
А выезжая с парковки, заметила, как невысокую блондинку сгреб в объятия любимый мужчина, и даже немножко позавидовала. У оборотней все было го-о-ораздо сложнее…
– И что это за хрень? – нахмурилась я, глядя на мужчину, стоящего рядом с Кайей.
Ярко-рыжий, с легкой россыпью веснушек на скулах, шее и ключицах, видневшихся в широком вырезе футболки с длинным рукавом, черты лица резкие, глаза вызывающе-зеленые. Толстовка, повязанная на талии, штаны цвета хаки и высокие ботинки завершали образ этого нелепейшего персонажа.
– Мой аспирант, – просипела Кайа. – Талантливый и не в меру одаренный. Практику нарабатывает для диссертации.
– А причем тут я?
– Шеф сказал присмотреться.
– Мне?! – я, не стесняясь, присмотрелась к аспиранту, приоткрыв рот. Он ответил широкой наглой улыбкой.
– Нам, – поправила Кайа, выразительно приподняв бровь с продетой в нее сережкой. – Бери.
– Я?!
У меня в голове не укладывается абсурд происходящего. Кого брать? Куда? На задание?
– Будешь оспаривать распоряжение Шефа? – некромантка посмотрела с жалостью.
На меня. На аспиранта она кидала исключительно злорадные взгляды.
– В моей вводной такого не было, – одними губами, злобно прищурившись, проартикулировала я и добавила уже свистящим шепотом: – Что за бред?!..
– Мое дело вас познакомить. А там хочешь – сожри сама, хочешь – друзей накорми, мне без разницы.
– Так ты до сих пор нас и не познакомила, – озадаченно вспомнила я.
– А, точно! – скривилась Кайа. – Мариам Крикерли. Но я зову его Номер Три.
– Почему? – у меня вырвался нервный смешок. – У тебя три аспиранта?
– Нет, – фыркнула подруга. – Один. Просто он настолько болтливый, что мне иногда кажется, что их несколько.
Мужчина с ироничной улыбкой слушал нашу перепалку, не вмешиваясь, чем наглядно демонстрировал предвзятость своего научного руководителя. Но, даже несмотря на то, что он искренне пытался смотреть поверх моей головы, ощущение пристального изучающего взгляда не покидало.
– Он же темный, – принюхалась я.
– Я некромант, Гарта, – с усталым вздохом развела руками Кайа. – Где я тебе светлого возьму?
– Я на юг еду, Кай! Там источников Света целых три!
– Уже два, – возразила она, как будто это имело принципиальное значение. – Тот, который был рядом с Фебрусией, уже не существует.
– А ему плохо не станет? Остальные источники тоже недалеко, там же светлый треугольник, рядом с Соколом. Был…
– Ну доктор Тени́ как-то справляется, – равнодушно пожал плечами она. – Глядишь, и этот не помрет. Наставник одобрил.
– И как выглядело его одобрение? – скептически поинтересовалась я.
– Как мерзкое хихиканье и напутствие: "Присмотрись, ага", – очень похоже передразнила она магистра Гроттернбергского.
Я закатила глаза и сделала несколько глубоких вдохов-выдохов:
– Зверь-Прародитель, дай мне терпения!
Глава 3
Человек ко всему привыкает, а оборотень – и подавно. Мариам Крикерли болтал, кажется, даже на вдохе, видимо, компенсируя молчание во время нашего разговора с Кайей. Пока мы дошли до машины, я дважды оборачивалась, ловя на себе сочувственный взгляд некромантки.
– Магистр Эрихто́ сказала, что ты – оборотень, это правда? И в полнолуние превращаешься, и когда захочешь? А парень у тебя есть? Тоже оборотень?
Я резко затормозила у пассажирской двери своей машины. В стекле отразилось хмурое выражение моего лица и широкая грудь аспиранта. Почему Шеф мне ничего не сказал об этой "нагрузке"? Не оборачиваясь, достала из кармана телефон. Ах, нет… сказал. Что концепция поменялась. Сообщение от Вита пришло ночью, пока я мчала в сторону столицы с максимально возможной скоростью, не до телефона было.
"Гарта, ситуация изменилась, Кайа тебе все объяснит. Возьмешь с собой ее аспиранта. Очень перспективный молодой человек, не обижай его".
Слова "Кайа" и "объяснит" смотрелись в одном предложении просто нелепо. Иногда мне казалось, у нее встроен ежедневный лимит на произносимые слова. Еще и молодого человека не обижать? Да запросто! Это я умею, это я могу… Верхняя губа сама приподнялась в волчьем оскале.
Я снова перечитала сообщение. В последнее время многое изменилось в привычном течении жизни. Слишком давно не случалось ничего глобального. Отвыкла, оборотниха. Забыла, как без малого двести лет назад, в войну с Перерожденцами, пробиралась по заснеженным перевалам, ведя младших к родственникам в Лес обходными звериными тропами. Забыла, как преследовала остатки вражеской армии по тем же горам в составе королевской гвардии. И как страшно было, что мир не вернется в равновесие и никогда не станет снова безопасным. А сейчас, Гарта? Сейчас не страшно?
Я резко выдохнула, распрямляя плечи и вздергивая подбородок. Сейчас не страшно. С Витом мы вообще отвыкли чего-либо бояться. И дело тут было даже не столько в его способностях, совершенно выходящих за границы понимания, сколько в его… хладнокровии? Умении планировать и чутко реагировать на изменения ситуации в целом? Безусловном восхищении и вере в нас?
Об этом стоит подумать на досуге, а пока я хищно сощурила глаза и обернулась к спутнику, пытаясь изобразить не очень ехидную улыбку:
– Раз мне тебя навязали на самом высоком уровне, сразу уточняю: единственные права, которые у тебя есть, это те, которые позволяют законно управлять машиной. Все. Остальное – обязанности.
– И много их? – ничуть не смутившись, продолжил улыбаться рыжий, глядя на меня.
– В ассортименте, – хмыкнула я. – Ехать нам далеко и, преимущественно, минуя города. В идеале – вообще не заезжать, никуда не сворачивать, направление я чувствую. А позже должен быть и точный маршрут. Лучше скажи, сколько ты можешь бодрствовать? Только честно, без желания потрясти причиндалами.
Мужчина внезапно посерьезнел. Ого, он, оказывается, и так может?
– Трое суток без потери четкости восприятия. С ламицеей еще пару суток, – он качнул плечом, кивая на свой рюкзак.
Я одобрительно кивнула. Запасливый и выносливый, уже неплохо. Бывали у меня напарники и похуже. Но это всегда были свои боевые маги, а этот… недоразумение рыжее.
– Тогда марш за руль, – я потянула на себя пассажирскую дверь. – Я вторые сутки на ногах и без еды, поэтому не советую злить моего зверя.
Клыкастая улыбка не только не смутила странного темного мага, но и вернула на его лицо нахальное выражение. Он подмигнул мне и танцующей походкой пошел огибать капот. Я проводила взглядом рельефную спину, обтянутую тонкой тканью футболки. Хм. Очень эффектный тип. Впрочем, какой эффект он производит на окружающих, лучше не уточнять.
– А можно будет посмотреть на тебя в волчьей ипостаси? – заводя машину, аспирант покосился на меня с нездоровым, но исключительно научным интересом.
– Ты что, оборотней никогда не видел? – усмехнулась я. – Восемьдесят хоть есть?
– Доставай рулетку, – хмыкнул мужчина, подвигав бровями.
Я невольно рассмеялась:
– Ты вообще откуда такой взялся?
– А ты думаешь, что твои соплеменники разгуливают по нашей столице в звериной ипостаси? – задал встречный вопрос он. – Я окончил Академию магии восемь лет назад, потом учился в аспирантуре на факультете темных искусств. А после одного случая, – мне показалось, что он смутился, – перешел к некромантам. С тех пор учусь у магистра Эрихто́.
Должность и фамилия Кайи неожиданно резали слух. Мы настолько привыкли обращаться друг к другу по имени или принятыми сокращениями, что в первые минуты хотелось спросить: "О чем ты, мальчик?"
Тем временем, я уже открывала краткое досье, отправленное мне Линдой, на этого Крикерли из тех времен, когда Мариам был студентом факультета темных искусств, а потом выяснилось, что он успел и в университете отметиться. Оказывается, Элеонора наткнулась на него в своих архивных изысканиях. Дарин прислал фото личного дела ничем не примечательного студента факультета языкознания. Я скривилась – получается, парень мог разговаривать на четырех языках, включая древний ами́то. Изначальный язык оборотней. Его он изучал факультативно. Странный, мягко говоря, выбор для человека. Сложный, изобилующий гласными, имитирующими вой, куча тональностей, трудноразличимых для уха других рас. Выходит, слух у него идеальный. Понятия не имею, как это может пригодиться, но будем иметь ввиду.
Поздно проявленный Дар смерти, хотя оба родителя темные. Кроме этого, была пометка о правонарушении, ушедшем в архив без должного расследования. Очень странно, кто же замел под коврик твой промах? Вряд ли Кайа, ее должность максимально обычная, даже учитывая то, что магистр Гроттернбергский был ее Наставником. Дар-то у нее сильный, но не с нашей работой так высовываться. Ладно, может, это трепло сам все расскажет, если правильно спросить. Смерив еще раз мужчину скептическим взглядом, я усмехнулась. Цветотип, обычный для огненных, черты лица крупные и резкие, но, скорее, эльфийские, телосложение вполне человеческое… Стоп, это я его так совсем разделаю на составляющие. Надо запросить побольше информации о нем, уж больно фамилия знакомая и где-то я уже видела этот профиль.