Елена Станиславская – Общество мертвых бойфрендов (страница 2)

Вынув из рюкзака книгу с витиеватой литерой «В» на обложке, Варя села и открыла ее. Корешок тихо хрустнул в руках, пальцы коснулись алого шелкового ляссе, раздвоенного на конце, как язык змеи. На черном форзаце обнажились клыки, блестящие от крови. Дальше шло вступительное слово, написанное Варей, – оно начиналось с признания: «Я не разделяю твоих вкусов и, если честно, хотела бы, чтобы ты увлекалась чем-то другим. Ты знаешь, на это у меня есть причины. Может, еще не поздно переметнуться в клан Барби, сестричка? Но все-таки самое главное для меня, чтобы ты была счастлива. Поэтому вот – наслаждайся своими кровопийцами». Сейчас Варя немного жалела, что не ограничилась пожеланиями.

Она протерла рукавом откидной столик и положила на него книгу. От страниц шел свежий запах типографской краски, вызывающий мурашки. Хотелось уткнуться носом прямо в лицо нарисованного Тома Хиддлстона в образе вампира Адама и глубоко вдохнуть, но Варя сдержалась. Если у Сары была страсть к вампирам, то у нее – к хорошей полиграфии. В книге, заказанной для сестры, было все, от чего трепетало Варино сердце: тканевая обложка с блинтовым тиснением и фольгой, мелованная бумага, цветные иллюстрации, выборочный лак. Не перебор – ровно столько, чтобы издание выглядело по-настоящему презентабельно.

Раньше, покупая дорогущие арт-книги и журналы, Варя оправдывала себя тем, что они как-нибудь пригодятся для учебы. А когда бросила журфак, не продержавшись и года, прикрываться стало нечем. Тогда Варя призналась себе: ну любит она печатные издания. И шорох страниц, и запах краски, и металлизированный блеск, и верстку. Читать тоже любит, но, если честно, листать, нюхать и держать на полке – намного больше.

…Когда Андрей впервые оказался у Вари в гостях, он окинул взглядом книжный стеллаж в гостиной и присвистнул.

– Ничего себе! Как много.

– Ты еще не видел шкаф в спальне. – Щеки залились румянцем, когда она поняла, что фраза прозвучала двусмысленно.

Спрятав улыбку, Андрей повернулся к полке. Его дровосековская рубашка с яркими широкими клетками была будто соткана из красных, зеленых и черных обложек, и Варя подумала: как же он вписывается. Оставить бы его тут.

– Только не говори, что ты все это читала. – Андрей глянул через плечо. – Иначе мне придется сгореть от стыда. А убирать пепел с ковра – так себе занятие.

– Дай-ка посчитать. Так-так. – С серьезным видом осмотрев набитые ряды, Варя ответила: – Из этих я читала, хм-м, семь.

– Так у тебя цундоку, – заявил Андрей.

– Ты хотел сказать – судоку?

– Да нет, первая «ц». Это такая штука, когда люди скупают книги, но не читают их. Не думай, кстати, что это плохо. Талеб в «Черном лебеде»… вон он у тебя, на третьей полке, в углу… так вот, Талеб пишет, что чем шире кругозор человека, тем больше у него непрочитанных книг. Цундоку – это совершенно нормально.

– А я думала, это редкость. Ну вот, получается, я не представляю научного интереса.

Варя хотела пошутить, но вышло как-то неудачно. Собственные слова царапнули по сердцу, и в голове прозвучал голос из прошлого: «Был бы рекорд. Представляете, рекорд!»

– Научного – вряд ли. Но мне… – Андрей запустил руку в тучу черных волос, где посверкивали молнии ранней седины, – мне ты очень интересна. Не как будущему ученому». – Он улыбнулся, и ее боль убежала далеко-далеко, как волна во время отлива…

Прикрыв глаза, чтобы лучше вглядеться в воспоминание, Варя откинулась на спинку кресла, но тотчас одумалась: отогнала и образ Андрея, и связанные с ним эмоции. Быстро, пока не вернулись соседи, запаковала подарок. Вышло вкривь и вкось, но Варя знала: Сара аккуратничать тоже не станет – разорвет бумагу одним рывком, скомкает и отбросит.

Где-то через час самолет начал снижение, с механическим жужжанием выпустил шасси, подпрыгнул при посадке и покатился по полосе. Полет был долгим, но самым томительным почему-то всегда казалось ожидание после приземления: когда вспыхнет свет и откроют дверь, когда выйдет бизнес-класс и первые ряды эконома. Кивнув соседке на прощание, Варя вытащила с полки рюкзак и шляпу. Осталось пройти паспортный контроль, приехать на специальном поезде к другому терминалу, сесть на рейс до Бостона и провести в небе еще около часа. Внутри, кроме нетерпения, поселилось странное чувство тревоги – Варя объяснила его тем, что вокруг слишком много людей. Хотелось поскорее вырваться из толпы незнакомцев и, покончив с формальностями, обнять Сару.

Варя на ходу вынула телефон и кликнула на значок с самолетом. Сестра наверняка прислала несколько гифок из «Реальных упырей» – единственного фильма о вампирах, который нравился Варе. А еще надо все-таки посмотреть, что написал Юра. Она тяжело вздохнула.

Мобильный зажужжал, и на экран градом посыпались уведомления. Замелькали имена бывших однокурсниц. Что происходит? Варя наморщила лоб, ткнула пальцем во всплывшее сообщение и увидела рыдающий эмодзи, а следом текст: «Ужас. Ты уже знаешь?» В другом было: «Не могу поверить!» Наконец, в глаза бросилось самое страшное: «Соболезную:(». И нигде, нигде не встретилось хоть какой-то конкретики.

С каждой секундой тревога нарастала, а в голове вертелось: только не Сара, только не Пашка, только не отец. Только не Андрей. Хотя однокурсницы вообще не знали всех этих людей, следовательно, не могли писать о них.

Варя споткнулась на ровном месте, отошла к стене и привалилась к ней, стукнувшись лопатками. Ну конечно, Юра. Не только бывший парень, но и бывший однокурсник. Любимец всех девочек с журфака, заслуживший прозвище Принц. Обворожительный рыжий отличник, почему-то обративший внимание на Варю.

Она дрожащими пальцами отлистала до сообщения, не открытого в самолете.

Оно было не от Юры, хоть и пришло с его номера.

«Ребята, я решила написать всем контактам из Юрочкиного телефона. Случилось страшное горе. Не знаю, насколько вам это важно и нужно, простите меня, если что. Юрочки больше нет с нами. Буду благодарна всем, кто придет с ним проститься. Пока непонятно, когда будут похороны, но я напишу дату и время каждому, кто откликнется на сообщение. Мне ничего не нужно, просто приходите. Просто помните моего сына. Мама Юры».

Несколько часов назад Варя почувствовала на сердце тень размером с боинг. Теперь она вернулась, но словно обрела вес. Надавила – так, что захотелось скрючиться.

Кое-как пройдя все проверки, Варя доехала до нужного терминала и рухнула на сиденье у выхода на посадку. Положив рядом рюкзак, бессмысленным взглядом уставилась в мобильный. Она ни на секунду не выпускала его из рук, все надеясь, что вот-вот придет опровержение. Юра не умер. Это ошибка. Тупой пранк. Все что угодно.

Телефон молчал.

Нужно было всем ответить. Присоединить свой голос к хору скорбящих. Написать хотя бы Юриной маме.

Рука не поднималась.

Варя взглянула на часы: восемь вечера. Вот и нашлось оправдание: в Москве все спят. Неуместно беспокоить людей в такое время. Она напишет им позже.

Сгорбившись, Варя уткнулась лбом в колени. Волосы темными шторками закрыли лицо. От них успокаивающе пахло имбирем и гранатом, от коленок – новыми джинсами. В голову залезла мысль: «Если бы я согласилась встречаться с ним, может…» Это было нелогично: отношения еще никого не спасали от могилы. А все-таки, все-таки. Получалось, «сойтись с бывшей» было одним из последних желаний Юры. Может быть, самым последним.

Когда объявили посадку, Варя рывком выпрямилась и потянулась к рюкзаку. Но на соседнем сиденье было пусто. На полу тоже. Украли?

По коже побежал холодный пот, в руках и ногах закололо, а живот скрутило. В рюкзаке, кроме подарка, лежали паспорт, кошелек, аптечка – вся жизнь в миниатюре.

Варя вскочила, посмотрела влево, вправо. Взгляд скользил по чужой ручной клади, цепляясь за все черное. Не то, все не то. Может, кто-то видел вора? Редкие пассажиры не отрывали глаз от смартфонов. Вряд ли хоть один человек заметил кражу, произошедшую прямо у него перед носом.

Варя в растерянности сжала мобильный – надо звонить в полицию. Хотя нет, все проще. Тут наверняка дежурят копы, это аэропорт Нью-Йорка, как же без них! Нужно просто найти человека в форме. И снова нет, еще проще. Достаточно подойти к любому работнику аэропорта. Да хоть к парню, проверяющему билеты перед посадкой. Точно! Варя было направилась к нему, но не успела сделать и трех шагов, как кто-то набросился на нее сзади.

Глава 2

Варя вскрикнула и обернулась.

Хохоча, на нее с объятиями и поцелуями обрушилась Сара. Сестра походила на теплое золотое облако, несущее сладкий аромат ягод и цветов. Варя едва не растворилась в нем, но тут заметила свой рюкзак, что болтался у Сары на сгибе локтя.

Облегчение сменилось раздражением. Опять дурацкие приколы в духе младшей сестрички! Варя вырвала рюкзак и отступила на полшага, смерив Сару строгим взглядом. Та сразу скорчила невинно-проказливую рожицу: наморщила носик, похлопала синими глазищами и надула губы. Раньше это всегда работало – Варя таяла и прощала любые проделки. Но не сейчас. Не в этот паршивый день.

– Тебе сколько лет? Шесть? – Собственный голос показался Варе чересчур взвинченным, но она не собиралась сбавлять обороты. – Пора взрослеть, Сара.

– Ой, ну забавно же получилось! – У сестры подпрыгнули кудряшки. – Ты бы видела свою мосю, Ва. Вылитая очумелая сова. – Она выпучила глаза и завертела головой, изображая Варю.