Елена Станис – Осиновый кол прилагается (страница 10)
— Вы ещё больны, вам нельзя сейчас ехать.
— Я и не смогу, ты права. Но и не поехать к маркизу Виены не могу. Я должен.
— Отлежитесь пару дней, а потом вместе сходим, — предложила я компромисс. А потом, добила ещё одним аргументом: — Вы же не хотите заразить самого маркиза Виены?
Тилли внимательно посмотрел на меня, потом на письмо, вздохнул и согласился.
— А Виена больше Сторнула? — Поинтересовалась я.
— Ещё бы! — Всплеснул руками здравник, полез в сундук и протянул мне карту. — Сторнул — всего лишь один из сорока двух городов Виены. Все жители Сторнула — подневольные маркиза.
Я охнула. Надеюсь мне ничего не будет за то, что чуть не вогнала кол в сердце гонцу этого самого маркиза. Карту свернула и положила к себе — пригодится.
— Алина, нужно пополнить запасы. Если маркизу и правда требуется здравник, то возьмём лечебные травы и немного плесневого хлеба, мало ли что. Нет, девочка, не сегодня. Скоро солнце зайдёт. Ступай завтра утром и помни, в сам лес не заходи. И вот, — Тилли протянул мне длинный железный нож с деревянной ручкой. — Возьми, пригодится.
— Слишком большой для грибов, — покрутила я в руках лезвие. — А против вампиров не поможет.
— Монстры бывают разные, — вздохнул Грэг Тилли.
Глава 5. Страсти синих скал
Пополнять запасы я пошла рано, сразу после восхода солнца. Надеюсь, учитель преувеличил опасность и мне ничего не угрожает. В Сторнуле все друг друга знали и… хотя кого это когда сдерживало. Хватит. Не нагоняй, Алина, подумай о чём-нибудь приятном, например, об Эгберте. Я глубоко вдохнула свежий утренний воздух и улыбнулась. Раз он воспитанник маркиза, то вполне может оказаться в замке Синих скал. Хорошо бы.
У опушки леса раскинулись заросли зверобоя. Я срезала увесистый букет и положила в корзину. Жёлтые соцветия выглядели просто изумительно. Зайдя недалеко в лес к протоптанной тропинке, заметила волчеягодник и поспешила к ядовитому и, одновременно полезному кустарнику.
Наполовину заполнила вторую корзину, когда услышала конский топот. Сбежала с тропинки, что б меня ненароком не растоптали. В этой маловозрастной цивилизации свои минусы — никаких правил дорожного движения и соцзащиты. Хотя, природа, незагазованный воздух, нескошенная трава и полевые цветы затмевают все индустриальные минусы.
Всадников было трое. Ехали иноходью. Первый восседал на гнедом жеребце и был одет богаче двоих остальных. Второй, скакал на чалой кобыле, то и дело подшпоривая бедное животное. Третий, под чубарой кобылкой, одет был совсем просто и при взгляде на него у меня возникла смутная узнаваемость — где-то я его уже видела.
Первый, что был особенно богата одет, держался в седле лучше остальных попутчиков. Он привстал на стременах, разглядывая меня. Заметил гад. Поравнявшись со мной, потянул коня за уздечку и остановился, лошадь, резко затормозив, захрапела. Остальные всадники также остановились.
— Кто ты? И зачем собираешь волчьи ягоды? — Произнёс всадник на гнедом жеребце высокомерным тоном.
Я подняла на него голову. На вид не более двадцати пяти лет. Черты лица по-аристократически изящны, светлые волосы зачёсаны назад. Весь его вид выражал лоск и горделивое превосходство. Серо-голубые глаза под изогнутыми бровями смотрели холодно, идеально сочетаясь с брошью на шейном платке.
— А вы сами кто? — Бросила я и немного попятилась.
Ко мне прогарцевал второй всадник на чалой кобыле и нарочно сделал так, чтобы его лошадь задела мою корзину с ягодами.
— Вот зараза, — прошипела я.
— Перед тобой наследный сын маркиза Виены граф Натаниэль Кристан Виенский, смерд, окажи почтение, — встряхнул рыжими космами всадник на чалой.
Нож у меня конечно был, но пускать его в ход не было ни смысла, ни возможности. Я сделала книксен или что-то вроде того. А потом с ужасом сообразила, что я претворялась парнем, а парни книксены не делают.
— Как смеешь! — Взревел рыжий и замахнулся плёткой на меня — я инстинктивно пригнулась.
Но ударить он не успел, его остановил блондин с надменным лицом. Всего лишь подняв вверх указательный и средний палец.
— Полно, Датмир. — А от тебя, — он указал на меня своим приподнятым вверх подбородком, — Я жду ответа на свой вопрос.
И тут вмешался третий черноволосый всадник на чубарой кобыле и в этот миг я его узнала — тот самый посыльный, что принёс вчера письмо от маркиза, которого я облила святой водой и чуть не вонзила бедолаге кол в сердце. Мнда, неудобно как-то получилось. Заговорил он в полголоса, но я отчётливо слышала каждое слово:
— Это тот умалишённый, про которого я рассказывал. Сначала он заявил, что я обгадился и мне надо поменять исподнее, а потом заорал, что не приглашает меня. А потом… потом облил меня чем-то, надеюсь не мочой и как накинется с копьём на меня. А тут второй из-за угла как выскочит, но я сбежал, не дался аспидам.
— У простолюдинов суеверие, что нельзя никого в дом приглашать, вот всякую дребедень и орут, — пояснил сын маркиза, чуть склонив голову к смотрящему на меня исподлобья незадачливому «почтальону».
— Так этот Тилли одного из своих пациентов, страдающих слабоумием поди и пригрел. — Заключил рыжий Датмир. — Кретин вместо лекарственных трав ему волчьи ягоды собирается притащить.
Рыжий мне сразу больше всех не понравился. В общем-то все трое как на подбор, но «почтальона» хоть понять можно, сама его перепугала до белого колена. Но, раз нож в ход пускать нецелесообразно придётся прогнуться.
— Мастер Тилли, велел мне собрать травы и
Я поклонилась.
— Ваше сиятельство, — поправил меня сын маркиза. — Хочешь быть учтивым, зови меня ваше сиятельство или граф Натаниэль Кристан Виенский. А где, собственно, твой учитель, он уже должен быть у Синих гор, в нашем поместье.
Конь под блондином нетерпеливо зафыркал. А я ещё раз поклонилась, чтобы задобрить этого высокомерного мажора и, стараясь, придать своему голосу учтивости, проговорила:
— Мастер Тилли ещё болен. Но через пару дней мы с учителем непременно прибудем куда велено.
— Этот слабоумный тоже поедет? — Не на шутку перепугался «почтальон».
Сын маркиза поднял вверх два пальца, пресекая дальнейшие рассуждения на эту тему.
— Выезжаете сегодня же. Я пришлю дормез.
Не дожидаясь реакции с моей стороны, граф Натаниэль Кристан развернул коня и пустил аллюром. Остальные последовали за ним.
Грэг Тилли новости не обрадовался и выглядел крайне обеспокоенным.
— Алина, а вдруг я заражу маркиза? И его сына?
— Значит не пропадут наши плесневые хлебцы, — хитро улыбнулась я, представив, как буду поить вонючей жижей чванливого сына маркиза.
Как и обещал граф Натаниэль Кристан вскоре мы из окна увидели, как к нашему дому подъезжает вместительная карета с закрытым верхом, запряжённая шестёркой лошадей. Я ахнула. Неужели я проедусь в настоящей карете, как в исторических фильмах?! А ещё увижу настоящий замок!
— Чего ты, улыбаешься, Алина? — спросил из-за спины Тилли.
— Я никогда не ездила в каретах, — призналась я.
— В таких роскошных я тоже не ездил. Ты приготовила котомку с травами?
— Да, учитель, — кивнула я, не отрывая глаз от приближающегося дормеза.
Кучер остановил карету в ста метрах от двери нашего дома. Дверца открылась и из неё бодро выпрыгнул немолодой господин в серой шляпе и тёмном плаще на двух завязках.
— Идут к нам, — возвестила я здравника.
— Отойди от двери, Алина, и не вздумай приглашать в дом.
Я вспомнила свой конфуз с «почтальоном» (ну, вернее со слугой, выполняющим почтовые поручения), который никак не мог понять что ему делать раз его не приглашают.
В дверь постучали.
— Я вас не приглашаю! — Возвестил Тилли.
— Учитель, а может не всем знакома такая форма ммм… приветствия. Может…
Я не успела закончить мысль. Гость был явно знаком со сторнуловской практикой «приглашать, не приглашая» и уже, открыв дверь, шагнув внутрь.
— Здравия, Грэг Тилли, давненько не виделись, — поприветствовал учителя незнакомец в плаще.
— Донсон Брауниг! Какими судьбами! — Обрадовался здравник и в несколько шагов оказался рядом со знакомцем.
Мужчины дружески обнялись, похлопывая друг друга по плечу.
Имя Донсона Браунига неоднократно звучало из уст мастера Тилли. Причём всегда в хвалебном ключе. Со слов учителя, я тоже сложила вполне лестное представление об этом человеке. Он первым опроверг расхожее мнение о том, что большую часть тепла женское тело теряет через голову и вытекающую из этого необходимость постоянного ношения головных уборов. Он первым заявил о бесполезности кровопускания как способа лечения. Именно от Донсона Браунига Грэг Тилли узнал о способах противостояния вампирам, он, собственно, и научил жителей Сторнула «приглашать, не приглашая». Проведя большую часть сознательной жизни в монастыре, отец Брауниг покинув святую обитель полностью погрузился в мирские дела. Но при этом он не переставал искать следы носферату, сделав это главной целью своего существования. Тилли рассказывал, что причиной тому была личная трагедия Браунига, в детали которой учитель меня так и не посвятил.
После приветствия, здравник представил другу меня:
— Мой ученик Тод, очень способный.
Я поклонилась:
— Очень рад личной встречи, отец Брауниг. Мастер много рассказывал о вас такого что вызывает искреннее восхищение.