Елена Спирина – Академия Магии, или Клянусь Любить Тебя Вечно (страница 18)
Будь все проклято, но я должен знать о ней всю правду.
— Расскажи мне, пожалуйста.
— Я… я не могу.
— Ариш, я могу сам посмотреть, если тебе тяжело дается рассказ об этом.
— Нет, — отпрянув от меня, шепнула девушка.
— Почему? — я притянул ее обратно к себе, только уже на колени, — не бойся. Ты мне доверяешь? — девушка вновь заплакала, и я, не удержавшись, поцеловал ее в уголок губ, куда скатилась слезинка.
— Доверяю, тебе доверяю. Но я… стесняюсь. Боюсь, что вы меня осудите. Мне…, правда, тяжело поведать эту историю из моей жизни.
— Не осудим, никто и никогда тебя не осудит.
Я помялся, как девственник, серьезно. Никогда себя так не ощущал, как рядом с этой женщиной. И ситуация была такая, что тяжело даже мозгами, как следует пошевелить. Шестеренки, мать их, крутиться даже не собирались. Собравшись с мыслями, я все же предложил то, чему сам противился.
— Если хочешь, я могу присмотреть за твоей семьей. Все узнать и рассказать, естественно, тебе, как они там, без тебя. — Тяжело, очень тяжело, обещать любимой женщине, проведать ее любимого мужчину и их совместного сына. Но, видимо, поспешил я с выводами зря.
— Мрак…
— Марк, называй лучше так, чтоб в дальнейшем не путаться.
— Хорошо. Марк, меня не интересует, как там мой муж. По сути, из — за него я здесь…
— Что? — я вскочил с дивана, чуть не свалив со своих колен Аришу, правда, вовремя смог удержать ее на ногах и отошел подальше, потому что во мне клокотала необъятная, всепоглощающая злость. Я даже раскаты грома слышал, и видел, как от них дрожит моя любимая. В голове ненавязчиво звонили колокольчики, напоминая мне, что Люба может сорваться за мной в любой момент, потому что чувствует мое бешенство. — Что значит ты из-за него здесь?
— Это… это не имеет значение. Главное, что я не знаю, где мой сын и что с ним. Я не знаю даже его фамилию и не меняли ли ему имя. Даже в какой стране, я и то не знаю. Мой сын, он там без меня, совсем один… — конец своей тирады она просто выкрикивала слова практически мне в лицо, снова заходясь в рыданиях.
— Так, успокойся, родная. Иди ко мне. — я постарался успокоиться сам и прижал ее к себе покрепче, стараясь переждать ее истерику. — Тихо, тихо.
Я чувствовал, как ее сотрясают рыдания, насколько ей сейчас плохо. Я мог, даже не подав вида, прочитать ее историю полностью. Я все сейчас мог, но… не стал.
Она стала всем для меня. Я не мог рушить то доверие, которое она мне оказала. Не смог. Чертов трус.
Чувствуя свою немощность в этой ситуации, я начинал злиться еще больше. На улице давно уже сверкала молния, и лил дождь стеной. Только здесь, в домике декана стихийного курса было тихо, если не считать редких всхлипываний девушки, и моего тяжело дыхания.
Она говорила, что по ее ощущениям она умерла в своем мире, даже, вроде, издалека видела свое бессознательное тело. И если она винит своего мужа, значит это он. Он убил? А ребенок? Он же их совместный сын. Что сделал? Отдал, продал, сдал в приют?
— Ариш, скажи мне, у вас с мужем фамилии одинаковые? Адрес помнишь? Я могу считать и с воспоминаний. Я узнаю, где твой сын. Только скажи. И пока я не придумаю, как его перенести сюда, устрою в хорошие руки.
— Марк, — подняв на меня заплаканное лицо, прошептала она, поджав губы. — Сын…, он не от мужа. Я ему изменила.
— Это просто отлично, что твой ребенок не от твоего урода муженька. — Обрадовался я, как последний дурак, на что девушка округлила глаза. — А теперь, расскажи мне все без утайки, сама. Потому что я боюсь, моего благородства надолго не хватит. Я тебя попросту усыплю и прочитаю все сам в твоем сознании.
— Ты не посмеешь, ты меня уважаешь.
— Я дышу тобой, Ариш…
Ну, что она со мной делает?
Обняла за шею и притянула к себе. И вы думаете, я буду сопротивляться? Ничего подобного.
Ее губы… Их мягкость, вкус, запах, я запомнил еще вчера, когда целовал у женского общежития. И сейчас это было…
Я не стал ее торопить. Она целовала нежно, едва касаясь своими губами моих. Прикусывая, то верхнюю, то нижнюю губу, отчего заводила не на шутку. Я прижимал ее за талию к себе ближе, так, что она наверняка чувствовала мое желание своим животом. В какой-то момент, нам сорвало крышу.
Она прикусила меня за шею, сильно, на грани боли, на грани исступления. Вцепилась коготками в мои плечи. Я подхватил ее под ягодицы, а она обвила мои бедра своими ножками. Такая легкая, такая сладкая, нежная.
— Марк, — выдохнула мне в губы, подписывая приговор моему терпению.
— Останови меня, родная. Останови сейчас.
— Не хочу останавливать…
Она вновь прикусила мою нижнюю губу, и я сделал шаг в направлении лестницы на второй этаж. Прижимая ее попу к своему желанию. Тратить время на преодоление лестничного пролета я не стал, а просто перешагнул портал и оказался в спальне.
— У тебя еще есть возможность передумать.
— Я откажусь от этой возможности.
— Сама напросилась.
Я кинул ее на подушки своей постели, отчего она заразительно рассмеялась. Дал себе пару секунд времени, понаблюдать на ее улыбку, а после сорвал с себя рубашку и накрыл девушку своим весом.
— Снимать с тебя одежду буду я сам.
— Как скажешь…
Пробовать ее на вкус было настолько приятно, что я похоже так увлекся, что Ариша начала задыхаться в моих объятиях. Я целовал ее губы, переходя на скулы, а после прикусывал кожу на шее. Мой член грозился разорвать штаны в пух и прах, а я даже не прикоснулся к ее груди.
Не задумываясь не о чем более, сорвал с нее легких сарафан, и моему взору престала картина обнаженной девушки, если не считать миниатюрных трусиков, которые сам же ей и выбирал.
— Они мне сразу понравились, — коварно улыбнулся я, наблюдая, как ее щечки заливает румянец.
— Врунишка, — улыбнулась она и провела ладошками по моей груди, спускаясь к кубикам пресса и дорожке из волос, что уходят под брюки. — Сними их.
И я ослушаюсь? Да, никогда.
Ее глаза светились мягким светом, когда я скинул с себя брюки вместе с боксерами из ее мира, полет, на пол которых она с улыбкой проводила глазами. Ее трусики тоже были быстро сброшены и вот, нас разъединяет лишь воздух.
— Иди ко мне, — прошептала она и обняла меня ножками.
Я припал к ее груди, лаская один сосок языком, второй, перекатывая промеж пальцев. Она стонет, шепчет мое имя и царапает мою спину в кровь.
В какой-то момент, Ариша исхитрилась оттолкнуть меня и перевернуть на спину, усаживаясь сверху. Перекинув волосы на одну сторону, склонилась и укусила меня за нижнюю губу, слегка оттягивая ее. Одна ее рука пробралась между нами, и я почувствовал прикосновение пальчиков к моей разгоряченной плоти.
Протяжный стон сорвался с наших уст, когда она аккуратно начала насаживаться на мой член. Я вцепился в ее бедра, как утопающий, за соломинку. Темп нарастал, крики срывались все чаще, на наших телах появилась испарина.
Наслаждение подходило, и я перевернул Аришу обратно на спину и увеличил темп в два раза. Вдалбливаясь в нее с силой, хотя и боясь причинить ей боль. Девушка кричала, не сдерживаясь, да и мои стоны были почти на грани рыка.
Подняв ее ножки выше, я изменил положение своего тела, от чего ощущения полного погружения только усилились. Любимая вцепилась в покрывало пальцами, а я накрыл ее набухший клитор пальцами и начал ласкать.
Еще пара толчков и стенки вокруг моего члена начали сокращаться, а девушка громко вскрикнула и застыла.
Я вошел в нее до предела и, рыкнув ее имя, закончил следом за ней…
— Прости. Я не сделал тебе больно?
Когда мы отдышались, и я накрыл нас одеялом, уложив головку Ариши себе на плечо, решил задать этот вопрос, боясь, что обидел девушку.
— Ты сделал мне приятно. — Я почувствовал, как ее губы растягиваются в улыбке.
— Тогда спи. Завтра будет новый день, — поцеловал ее в макушку и прижал еще крепче к себе.
Моя. Никому не отдам.
Глава 9
… Мы вас любим!
Где-то в глубине души,… где-то очень глубоко!
Еще до того, как я проснулась, почувствовала насколько мне хорошо. Прекрасно, я бы даже сказала. И пусть, на данный момент, я почему-то лежала одна на кровати, но то, что Маркус где-то здесь, я знала точно.
— Ну, что ты приперся опять? Со мной она, со мной. — Шептал мой мужчина, видимо, где-то около двери. Я даже глаза открывать не хотела, только перевернулась на живот и обняла подушку.