Елена Сотникова – Обещаю тебя забыть (страница 3)

Ссориться с подругой не хочу. Мне это невыгодно, да и повод пустяковый, а нам еще жить под одной крышей. Но ее слова задевают что-то внутри, что-то болезненное, словно сковыривают корочку с едва зажившего шрама и он снова начинает кровоточить.

В чем-то Рита права. Мне действительно нужно вплотную заняться своей личной жизнью. Начать почаще встречаться со своим парнем, целоваться, перейти уже на более серьезный уровень отношений.

С Лешей мы познакомились в интернете. Вначале переписывались в соцсетях, потом он предложил встретиться. И все бы ничего, но то ли Лешка нерешительный, то ли мне сложно перешагнуть психологический барьер, но до главного у нас пока так и не дошло. Поцелуи были, разговоры на тему секса тоже, а вот самой близости пока нет. То я работаю, то Лешка занят, то нам негде. Он живет с родителями, у меня дома Ритка и сын. Так и топчемся на месте.

Подруга в курсе, поэтому и подтрунивает, что нормальный мужик давно бы на его месте нашел и квартиру, и время, было бы желание. А когда его нет – начинаются вот такие танцы с бубнами. Хотя, на мой взгляд, Леша просто ведет себя тактично и не хочет торопить события. И в этом для меня его главный плюс. Он не давит. Веди он себя по Риткиному сценарию – я бы давно свернула с ним диалог. А так есть шанс, что рано или поздно ему удастся пробить мою броню.

Я стягиваю с себя узкую юбку-карандаш, снимаю блузку, бюстгальтер. Переодеваюсь в удобную домашнюю пижаму с сердечками.

– Чай будешь? Или есть? – заглядывает Ритка. – Я сегодня фрикадельки готовила и пасту с овощами.

– Чай, – отвечаю на автомате.

Мысли о сегодняшней встрече не идут из головы. Что надо Селезню в нашем городе? Как надолго он тут? Работает ли еще с моим бывшим? И если так – расскажет ли Стасу обо мне?

Сознательная часть меня шепчет, что переживать не о чем. Стас сам хотел разорвать наши отношения. Это была его инициатива, а значит, я ему неинтересна стала уже тогда. Все говорит о том, что мы с ним давно друг другу чужие люди и бояться мне нечего. Он наверняка уже не помнит, как меня зовут, не то что что-то большее. Тогда что меня тревожит?

Ответ очевиден: Ромка. О сыне бывший не знает, в этом я уверена, потому как если бы было наоборот… А что было бы?

Я на секунду задумываюсь, распуская волосы из тугого пучка, массирую кожу головы пальцами, зажмурившись от удовольствия.

Приехал бы Стас, если бы обнаружил, что стал папой? Заявил бы свои права на отцовство?

– Ты идешь? – доносится нетерпеливый голос Ритки из кухни. – Я с облепихой заварила.

– Иду, – отзываюсь негромко и откидываю прочь тревожащие меня мысли.

Глава 3

Чай с подругой после трудового дня стал у нас традицией. Я рассказываю ей, что у меня случилось за день, она делится своими новостями. Сегодня у нее был обычный скучный день, а вот у меня новость из ряда вон выходящая.

– Охренеть! – тянет Рита, громко отхлебывая напиток.

Берет печенье из вазочки и с хрустом отламывает. – Каким ветром его сюда занесло?

С Ритой мы познакомились после моего расставания со Стасом. Я не скрывала от нее подробности, так что мою историю она знает от а до я.

– Бизнес, как я поняла.

– Но ведь это еще ничего не значит? Такие шишки сюда только для заключения договоров приезжают. А тут даже не он, а его зам. Да и вообще ты сама говоришь, что не в курсе, работают они вместе до сих пор или нет.

Рита закидывает в рот кусочек печенья и смачно хрустит им. Смотрит со знанием дела.

Я согласно киваю, помешивая ложечкой чай в кружке. Так-то оно так, только вот неприятное предчувствие никуда не уходит. Кусает, скребет, царапает.

– Ты его так и не простила? – давит на больную мозоль.

– А ты? – поднимаю на нее взгляд. – Ты бы на моем месте простила?

Подруга задумывается, даже жевать перестает. Хмурит брови, отчего на переносице образуется небольшая морщинка.

– Ну если только ради денег. В смысле, не простила, а вернулась бы ради денег, – тянет неуверенно. – И то вряд ли. Предательство – это всегда больно. Потом всю жизнь отравлять будет.

Вот. Даже Ритка, которая ищет не столько любимого, сколько кошелек на ножках, не готова мириться с изменой.

– Так меня никто не просит вернуться. Проблема в другом. Во-первых, я просто не хочу его видеть. Пересекаться. Ни при каких обстоятельствах. Противно. А если у него дела с администрацией города, то они обязательно заглянут к нам на кофеёк. А во-вторых, что будет, если он узнает о Ромке? Как отреагирует на то, что я ему не рассказала? А если решит мстить?

Но подруга меня удивляет. Она беспечно жмет плечами и выдает как ни в чем не бывало:

– Пф-ф, всего-то! Я думала, ты его еще любишь, страдаешь, а тут… Скажи, что родила от Костика, а он тебя бросил. Все равно тот уже уехал, не обидится.

Я зависаю.

Я действительно довольно тесно общалась с Риткиным двоюродным братом во время беременности. Конечно, это была простая дружба, но кто об этом знает, кроме меня, Кости и подруги?

Они тогда снимали квартиру этажом выше. Костик помог мне донести тяжелую сумку, так и понеслось.

Друзей в чужом городе у меня не было, я выбрала этот край спонтанно, поэтому новым знакомствам была только рада. Рита вообще мне стала как сестра за считаные месяцы. Мы тогда быстро сблизились, а спустя пару месяцев подруга по секрету шепнула, что ее брат по уши влюблен в меня и готов стать отцом моему ребенку, когда тот родится. Я вначале подумала, она шутит, отмахнулась, но уже спустя небольшое время ее слова подтвердились. Костя действительно предложил мне руку и сердце.

Обманывать парня я не хотела, как и пользоваться его добротой, поэтому сразу же отвергла. Он, кстати, отнёсся с пониманием, но попыток завоевать меня не оставил.

И даже когда Костику предложили перспективную работу с высокой зарплатой за границей, он не торопился принимать предложение, надеясь, что сможет добиться от меня взаимности и уже тогда по итогу решит – ехать или остаться со мной.

– Ты серьезно? – давлюсь чаем.

– А что такого? Нормальная версия, правдоподобная. По срокам плюс-минус сходится. Вспомни, у нас даже соседи думали, что вы встречаетесь и это его ребенок. Так что в случае чего всегда можешь прикрыться этой версией, а копать глубоко ни один мужик не станет. Надо ему это? Или ты собралась своим недомужиком прикрываться? – снова тыкает в больное место Рита.

– Никем я не собираюсь прикрываться, – огрызаюсь раздраженно. С Лешей у меня еще и отношений толком нет, чтобы им прикрываться. А ведь пора бы уже. Тут Рита права. – И вообще, я устала, пойду спать. Спокойной ночи.

Допиваю остатки чая и ухожу из кухни. Возвращаюсь в спальню. Последняя фраза подруги не выходит из головы. Если мне все же суждено пересечься со Стасом, то лучше, чтобы к этому времени у меня был какой-никакой мужчина. Плечо. Защитник.

Вспоминаю худощавого долговязого Лешу и грустно усмехаюсь. Его, конечно, с большой натяжкой можно назвать защитником, но другого варианта у меня нет, да никто и не говорит, что ему придется вступать в драку. Главное – статус.

Открываю мессенджер с нашей перепиской, перечитывая последние сообщения. Пора уже брать все в свои руки и действовать, иначе мы рискуем так до пенсии топтаться на месте. Так что, может, оно и к лучшему, что на горизонте замаячил призрак бывшего? Может, это знак?

Глава 4

– Слушай, ну это стандартная процедура. Ничего удивительного, что есть небольшие задержки. В нашем случае вообще все продвигается довольно бодро, – складывая бумаги в папку, оправдывается Набережный, пытаясь сгладить углы.

Только мне плевать. Я ему плачу не за то, чтобы стоять, как и все, в очереди, не за то, чтобы обивать пороги всяких инстанций, и уж точно не за то, чтобы при почти готовом пакете документов и одобрении со стороны администрации уже который месяц топтаться на месте. Договоры мы заключили еще в прошлом году, а начать полноценное строительство не можем до сих пор.

– Стас, не гони лошадей. В вопросах, касающихся памятников архитектуры, всегда так.

– Каких памятников, Вадим?! Ты видел, что осталось от тех складов, именуемых памятниками? Что там сохранять? – теряю остатки самообладания. – Одну стену и груду кирпичей? Что?!

Вадик благоразумно молчит, чутко улавливая мое настроение. Спорить сейчас со мной ему выйдет себе дороже, поэтому он выбирает выжидающую тактику. Чуть позже я успокоюсь, Набережный по своим каналам попытается ускорить дело, и тогда мы снова сможем вернуться к обсуждению вопроса. В этот раз, возможно, даже с успехом.

Я вообще начинаю сомневаться в том, что не зря ввязался в это дело. Да, хорошие инвестиции, поддержка от государства, развитие потенциала в области, но сколько нервов уже потрачено, а это еще даже не начало.

Мы с моим юристом выходим на улицу, и я по инерции тянусь за сигаретами. Небо сегодня серое, свинцовое, так и давит на голову. Настроение паршивое.

Рядом по тротуару вереницей идут мамочки с детишками. То ли детский сад где-то рядом, то ли какие-то секции для малышей. Внутри что-то противно сжимается. Когда-то я тоже мечтал о семье. О сыне, о дочери, о любимой жене, которая будет ждать меня дома. О тихой уютной гавани, куда можно приходить после вот такого нервяка и просто отдыхать душой. Не получилось. Не срослось.

Прикуриваю сигарету, делая затяжку. Расслабляюсь. Взгляд бесцельно устремляется вдаль. В какой момент моя кривая свернула не туда? Что я делаю не так? Ведь если все идет по плану – я должен кайфовать от происходящего, а у меня скулы сводит от этой монотонности и постоянной гонки за чем-то. За деньгами, за властью, за местом под солнцем. Зачем? Ради чего все это? Опять эти философские мысли и ощущение, что я упускаю что-то важное.