Елена Соловьева – Мама для Тигрёнка (страница 16)

— Понимаю, Катя, семья — это главное, — неожиданно заявил Тигран, ободряюще улыбнувшись. — Я не против того, чтобы выходные ты провела с ними.

— Правда? — с надеждой переспросила я.

Боялась, что мой отказ остаться на выходные заставит его поискать другую няню. Ту, которой не понадобятся постоянные отлучки. Которая всю себя посвятит Дамиру. И Тиграну…

— Мы можем отметить знаменательное событие в пятницу, а утром субботы мы с Дамиром отвезем тебя, куда скажешь. Парень прекрасно переносит дорогу, мне кажется, ему даже нравится путешествовать.

— Да, конечно, — согласилась, чувствуя, как нарастает внутри меня паника. — Но дорога не близкая, так что Дамиру может быть некомфортно. Да мне и не хочется утруждать вас, Тигран Николаевич. Я прекрасно доеду сама на электричке. А в воскресенье вечером вернусь.

— Не вы, а ты, — мягко укорил Тигран. — Зачем тебе трястись в электричке, если можно добраться с комфортом? Я могу отправить тебя с водителем.

— Не нужно, — охнула я. — Это лишнее. Мне не привыкать ездить в электричке. Саша и Паша встретят меня и проводят до дома.

Брови Тиграна неодобрительно сошлись над переносицей.

— Саша и Паша? — переспросил он.

— Да, мои братья, — согласилась я и не сдержала улыбки, вспомнив двух рыжих сорванцов. Сколько зеленки и пластыря я на них перевела, обрабатывая ушибы и ссадины. Они обожали влипать в истории и находить себе приключения. Но сейчас стали почти взрослыми, более серьезными. Оба мечтают стать крутыми айтишниками. — Уже такие большие, но все еще такие маленькие…

— Я бы хотел познакомиться с ними, — неожиданно предложил Тигран. — И с твоей мамой. Думаю, она замечательная женщина, раз воспитала такую дочь.

Моя улыбка потухла, как догоревший фитиль.

— Да, она замечательная, — призналась я. — Но знакомство… Это лишнее.

Один раз я уже имела неосторожность познакомить молодого человека со своими родными. Привезла в деревню, рассказала и показала всю правду. Вот только для Максима она оказалась неприглядной. Старенький дом, большое хозяйство, вечно уставшая осунувшаяся мать, больной младший братик. Неугомонные близнецы и капризная сестра… С того самого знакомства наши с Максом отношения сошли на нет. Мы собирались пожениться, строили общие планы, но он оказался не готов влиться в мою дружную семью. Запретил мне помогать им, особенно финансово. Поставил условие: или он, или они. Максу хотелось иметь свою семью, жену, которая будет заботиться лишь о нем. Я такой стать не смогла. Приняла болезненное решение, но до сих пор не сожалею об этом.

А разве могла я поступить иначе?

Могла строить собственное счастье, бросив родных на произвол судьбы? Кроме меня, им больше не на кого надеяться. Я пыталась объяснить Максиму, что моя помощь временная. Саша и Паша сами хотят поскорее начать зарабатывать, Кристина рвется в город, собирается начать новую жизнь. После операции Костик сможет ходить, отправится в школу. Мама выйдет на работу, и тогда я смогу быть полноценной женой. Рожу собственных детей и…

Максим ждать не захотел.

Не прошло и недели после нашего расставания, как он начал встречаться с моей бывшей подругой. Я осталась один на один со своими проблемами. Научилась быть сильной и не плакать в подушку, вспоминая о Максе.

А теперь снова?

Нет, я не могла допустить, чтобы Тигран разочаровался во мне так же, как Макс. Разве богатому бизнесмену, успешному человеку и привлекательному мужчине понравится сельская жизнь? Согласится ли он на то, чтобы я делила свое время между родными и его личными интересами? Может быть, он вообще откажется от моих услуг как няни, когда узнает все о моей семье?

Я до боли в сердце боялась наступить еще раз на те же грабли.

Глава 26

Я не понимал, почему она отказалась от помощи. Что такого подозрительного было в моем предложении? Обидного? Унизительного? Я не мог не заметить, как напряглась Катя при одном упоминании ее семьи. То, что она любит родных, сомнению не подлежит, это тоже заметно. Но почему отказалась познакомить?

Возможно, я слишком торопил события?

— Катя, — начал непростой разговор. — Не люблю ходить кругами, поэтому спрошу прямо: там, в твоем родном поселке, кроме родных тебя ждет еще кто-то? Друг, жених или просто парень, в которого ты влюблена?

Она удивленно округлила глаза и покачала головой, не задумавшись ни на секунду:

— Нет, ничего такого. У меня… никого нет, кроме мамы, братьев и сестры. Они для меня на первом месте. Пойми правильно, я очень привязалась к Дамиру и хочу быть его няней так долго, как ты позволишь. Но забыть о близких не могу. В эти выходные я должна быть дома.

Она умела быть настойчивой и принципиальной. И эта черта мне тоже в ней нравилась. Но при всем при этом Катя явно о чем-то умалчивала. Скрывала что-то важное, то, что тяготило ее. Не нужно быть хорошим психологом, чтобы понять это. Ко всему прочему я много общаюсь с людьми и могу иногда угадывать не только их мысли, но и тайные желания. Воплощать фантазии клиентов в реальность — моя профессия.

Но Катя…

Катя для меня как закрытая книга, с ну о-о-очень привлекательной обложкой. Да, первым делом я оценил ее внешность. Потом заметил скромность и умение управляться с детьми. Провел с ней несколько дней, но так и не забрался дальше первой страницы. Катя оказалась очень неразговорчивой, когда дело касалась лично ее. Хранила свои тайны за семью печатями.

Но я не буду Тиграном Градовым, если не узнаю их все.

— Хорошо, не буду настаивать, Катя. Если не хочешь знакомить меня с родственниками, не нужно. Но помни, если понадобится помощь, ты всегда можешь обратиться ко мне. И вот еще что — в пятницу идем в ресторан. Это не обсуждается!

— Но… — запротестовала было Катя. — Можно организовать застолье дома. Я могла бы все приготовить. Мне не трудно, правда.

— Нет, — твердо возразил я. — Тебе хватает забот с Дамиром. И все мы трое заслужили отдых. Организацию беру на себя.

— А что делать мне? — спросила Катя немного растеряно.

В этот момент она была такой хорошенькой, что я не смог удержаться от желания прикоснуться к ней. Протянул руку и, ласково обхватив ее подбородок, заглянул в глаза:

— Тебе нужно будет просто прийти на праздник и отдохнуть, больше ничего. Надеюсь, наш Дамир не будет капризничать, ведь это праздник в его честь. Почти день рождения.

Да, день рождения новой семьи. Я стал отцом и отчаянно надеялся соответствовать этой роли. А еще я сказал «наш». Наш Дамир. Это вырвалось само, но совсем не случайно. В моем сознании рядом с образом сына стоял и образ Кати. Надо же, я встретил их в один день, в один из самых счастливых дней в своей жизни.

Катя тоже заметила оговорку и смущенно покраснела. Но не стала заострять на этом внимание. Подалась назад, уклоняясь от моей ласки, но при этом улыбалась. Хороший знак, по крайней мере, она уже не пугается меня. Позволяет к себе прикасаться.

Хах, я сам удивлялся себе.

И когда это Тигран Градов утратил весь свой напор и решительность? Словно снова превратился в неопытного юнца, опасающегося первого шага в отношениях с девушками. Я и прежде встречал скромниц, точнее, женщин, которые только притворялись таковыми. Весь этот налет показной стыдливости слетал, стоило только намекнуть, что я предпочитаю раскованность.

С Катей привычные установки давали сбой.

Наверное, именно потому, что она не притворялась, а вела себя естественно. Не играла роль, но была именно такой: скромной и стеснительной. Наверняка этой девочке нелегко пришлось в жизни, но она выстояла, не скатилась на самое дно этой жизни. Не разменивалась по мелочам и не пыталась телом пробить себе дорожку помягче и посытнее.

Может быть, даже сохранила невинность…

От этой мысли мне вдруг стало жарко. Я понял, что хочу быть для Кати первым и единственным мужчиной. Даже если ради этого придется настроить себя на долгое воздержание. Ничего, тем слаще будет наш первый раз. Таким, чтобы запомнился обоим на всю оставшуюся жизнь.

— Тигран?..

Взбунтовавшаяся фантазия унесла меня так далеко, что я не сразу услышал, что Катя что-то сказала. Лишь видел, как приоткрываются ее пухлые губки и мечтал попробовать их на вкус.

— Г-хм… Ты что-то сказала? — спросил, прокашлявшись и надавав себе мысленных пинков.

— Я хотела предложить тебе поужинать. Сегодня овощное рагу и малиновый кекс.

— Кекс?.. — ошалело переспросил я и снова прокашлялся.

Потянул узел галстука, который вдруг стал слишком тугим. И не только он. Лишь бы Катя не заметила моего возбуждения, уверен, ее это напугает. И оттолкнет. К этой девочке нужен особый подход, она не бросится в постель с разбега. Любая другая девушка, оказавшаяся в моей квартире, уже давно занимала бы и мою койку. Но все дело в том, что Катя — не другая. Другая просто не могла бы занять все мои мысли и желания.

— Да, малиновый кекс, — подтвердила Катя. — Тамара сказала, что ты его любишь. Надеюсь, у меня он получился не хуже, чем у нее.

— Да, твой… кекс наверняка самый лучший, — подтвердил я. Поднялся с дивана, прихватив с него подушку и прижимая ее к себе. Прикрываясь ею, как щитом, двинулся в сторону ванной. — Накрывай на стол, я сейчас приду. Только для начала приму душ. Холодный.

Глава 27

Я мало общалась с мужчинами и, порой, не понимала их совсем. Вот как сейчас Градова. Он вел себя странно и даже подозрительно. Сначала затеял серьезный разговор, поделился планами на будущее… А потом вдруг побежал в душ.