Елена Сокол – Заставь меня влюбиться (страница 16)
Но силуэт подруги уже исчез в дверном проеме. Не раздумывая, я бросилась к нему. Высунула один глаз из-за угла, отодвигая шторку, и, затаив дыхание, принялась наблюдать.
Да, им было очень весело. Компания заняла весь столик. Они сидели, о чем-то оживленно болтая. Костыль размахивал руками, что-то рассказывая. Судя по жестам, какую рыбину он недавно поймал на спининг. Хотя, какая рыбалка таким, как он. Прожигателям жизни. Наверное, хвалился своим хозяйством. Не-е-т. Ну, не прилюдно же это делать.
Я брезгливо поморщилась. Шутка Игоря удалась, потому что все дружно рассмеялись. И даже девочки. Правда, не отрывая взгляда от моего Димы.
Что? Моего? Это
Пришла и его очередь рассказывать что-то забавное. Несколько фраз, и очередной взрыв смеха. Ха-ха-ха, как смешно. Смотри, не гогочи так сильно, Старыгина, протезы вывалятся!
Со своего наблюдательного поста мне даже казалось, что я слышу его глубокий голос с легкой хрипотцой. Рука с причудливыми рисунками взметнулась вверх в поисках официанта, но Солнцева уже стояла рядом в паре метров, делая вид, что считает солонки на соседнем столике.
— Бла-бла-бла-бла? — Что-то вежливо спросила она, доставая из кармана форменных брюк блокнот и карандаш.
Чертова музыка, ничего не слышно.
— Бла-бла. — Ответил новенький. — Бла, бла, бла и бла-бла.
— Гав-гав! — Добавил Игорь, перекрикивая радио, льющее веселый мотивчик из динамиков в углу.
— Бла-бла? — Спросил Дима, обратившись к сидящим рядом девушкам.
— Тяв-тяв-тяв-тяв! — Перекрикивая друг друга, принялись перечислять размалеванные куклы.
— Шшшш, — а это уже шипела Вика, слегка подняв подбородок, благородно и надменно. Водила пальчиком в воздухе прямо перед носом новенького. Наверняка, перечисляла желаемое: фуагра, белые трюфели, лобстеры и икру. Да-да, немного икры, пожалуйста, а то я на диете. Очнись, дорогая, ты в обычной забегаловке! Аристократка! Сейчас Солнцева тебе объяснит, куда ты попала.
Но Аня только кивала. Жаль, отсюда не было видно ее лица. Наверняка, и улыбалась всей этой братии. Перечислив по порядку все заказанное, подруга развернулась на каблуках и с довольным видом направилась в мою сторону.
Я пулей долетела до своего места, проехав несколько метров на скольких подошвах в тщетной попытке затормозить. Остановилась, хватаясь за край стола, восстановила равновесие (с дыханием было сложнее). Сделала самое непроницаемое лицо. Лицо человека, занятого своим делом. Каким? Да вот хотя бы таким: помешиванием соуса для тортильи. Неспешным помешиванием густого ароматного соуса.
— Вот, — Первым делом она оторвала лист из блокнота и отдала Лилечке в кухню. Потом подошла ко мне и указала пальцем на оставшуюся в блокноте копию. — Займись-ка. Я пока отнесу напитки.
И все? Она что, больше ничего не скажет? Солнцева сложив необходимое на поднос и разлив напитки по стаканам, двинулась обратно в зал. Издевается, не иначе. Знает, что я сгораю от любопытства и ждет, когда сама спрошу. А вот не буду! Не буду и все! Я поправила разделочную доску и начала сворачивать ингредиенты в лаваш. Курица, морковка, что там еще? Блин…
— Твой ненаглядный попросил чай. — Солнцева, уже вернувшись, встала рядом со мной. — Зеленый. У меня даже когнитивный диссонанс. Аж глаз задергался!
— Что здесь странного? — не отвлекаясь от тортильи, спросила я.
— Такие ребята не заказывают чай. Я еще понимаю, если сок. Мало ли, сушнячок долбит. А тут чай.
— Бывает. — Интересно, если я буду присвистывать, она поверит, что он мне безразличен?
— Мне продолжать шпионить? Или как?
— А ты шпионила?
— Ну-у… Хотела пересчитать все крошки на всех соседних столах, но так ничего и не обнаружила. Слонялась рядом, поправляла салфетницы, грела уши.
— И? Что-то узнала?
— Ага! Так я и знала! Тебе интересно! — Солнцева довольно захихикала, потирая руки. Подруга явно переигрывала, лучше бы уж сразу воспользовалась злодейским смехом «Мвуахахахаххаааааа!». Получилось бы эффектнее.
— Вовсе нет. Ты ведь сама начала рассказывать. Говори уж…
— Ничего особого я не узнала. Поняла только, что твой Костыль… — Она осеклась, встретив мой угрожающий взгляд. — Прости-прости, не твой! Что Костыль и твой Дима живут где-то рядом. И были дружны в детстве. Пару лет назад он куда-то уехал, а вернулся только на днях.
— Вот как.
— Да. А девки уже окучивают его: Дима то, Дима это. Ой, какой ты веселый, сейчас животики надорвем!
— Вот и пусть тусуют. Нас с ним не связывает ничего кроме глупого спора.
— Как скажешь, — подмигнула Аня и направилась на кухню.
Ррррр! Гвоздей что ли ей завернуть в тортилью, этой Старыгиной? Она не могла не бесить меня. Просто потому что даже от своих бестолковых подруг выгодно отличалась. И умом, и приятным внешним видом.
Сколько не злись, а стоило бы признать, что Вика была хорошенькой. Светлые глаза, светлые волосы, правильные черты лица. Минимум косметики, всегда скромно и со вкусом одета. Утонченная, правильная до кончиков ногтей. Спокойная, как удав. Вот таких мужчины добиваются, именно на таких и женятся, точно вам говорю.
А я? А что я? С такими, как я, можно вон… как Игорь. Послать, даже не утруждая себя объяснениями. Вытер ноги, пошел дальше. И правильно.
Я больше не проронила ни слова. Закончила с заказом, подошла к окну. Встала и, сгорбившись, уставилась вдаль. И почему мне даже не хотелось побороться, если нравится этот парень? Да, нравится, нельзя не признать. Хоть меня и бесит этот факт. Отчаянно бесит!
Но Сурикова готова опять оставить все на волю судьбы. Будь, как будь. И поплыть по течению. Что за характер такой? Пашка бы на моем месте непременно добился бы своего. Переломал бы кучу дров, набил бы шишек, но добился.
— Когда парни выходили покурить, Костыль сказал девчонкам, что красавчик-новенький ни разу не был замечен с одной и той же девушкой чаще одного раза. Меняет их, видимо, как перчатки. — Солнцева села на подоконник рядом со мной. Не знаю, сколько времени прошло, пока я вот так, молча, смотрела на проезжающие по дороге автомобили.
— Они расстроились? — Поинтересовалась безразлично.
— Ни капельки. А ты?
— А я… — Произнесла, поворачиваясь к подруге. — А кто я вообще? Ему? Им? Никто. Так что никакого мне до них дела.
Улыбнулась. Горько и немного обиженно. И вернулась к столу.
— Они ушли, Маша. — Вздохнула Солнцева. — Ушли, оставив Вику с твоим новеньким наедине. Сидят там вдвоем, друг напротив друга, воркуют.
— Пусть.
Аня обошла меня и посмотрела в глаза.
— Тебя не бесит?
— Нет. Совершенно.
— Хочешь, — улыбнулась она, — я испорчу им посиделки?
— Пусть наслаждаются общением. — Пора браться за работу. Я придвинула ближе контейнеры и принялась нарезать новую порцию овощей.
— Что ж я, совсем бесчувственная? И брошу тебя в таком унынии? Да никогда! — И Солнцева направилась в зал, громко цокая каблуками по кафелю.
Я немедленно потрусила к шторке. Прижалась к стене, осторожно выглянула, отодвигая занавеску. А затем смело высунула голову, увидев, что Анина спина надежно защищает меня от их любопытных глаз.
Вот новенький полез в карман, достал крупную купюру, сунул в папку для счета. Улыбнулся. Блин, да перестань ты сражать всех наповал своими ровными белыми зубами! Даже если они смыкаются в такую ровную линию, заставляя дрожать поджилки. Вика, наверное, чуть не ослепла.
Солнцева перекинулась с ним парой слов, кивнула и забрала папку.
Тык. Моя ты хорошая! Надо же быть такой неловкой, ай-яй! Как неудобно вышло! Стакан сока вдруг полетел вниз, аккурат на колени к Старыгиной. Вскочила, визжит, бедная. Ну, и заведение. Что за сервис! Как я ее понимаю…
Аня: простите, простите. Давайте помогу. А Димочка-то как заметался. Не знает, за что хвататься. Правильно, за салфетки. Я зажала рот рукой, чтобы не заржать, как вдруг замерла с выпученными глазами.
Он смотрел на меня, застыв с салфетками в руках. Смотрел, нахмурив брови, смотрел через весь зал. На меня! Вика моментально исчезла из моего поля зрения, Аня тоже. Исчезли все посетители кафе, бармен, люди на улице. Остались только мы с ним вдвоем. Смотрели друг на друга через десяток метров, нас разделяющих, и не дышали. Он не улыбался, не хмурился больше, вообще не двигал ни единой мышцей на лице. Я понимала, что нужно спрятаться, и не могла отвести глаз. И Дима, похоже, тоже.
Мы просто не могли перестать смотреть друг на друга. До головокружения, до ощущения сжатия пространства, словно бы эти несколько метров вдруг превратились в один. Мне вспомнился наш вчерашний поцелуй. Такой неожиданный, такой горячий. И ему, наверное, тоже. Мне захотелось выйти и подойти ближе. Чтобы повторить то, что вчера казалось таким естественным и таким невероятным. И я почти сделала шаг, когда руки Вики вдруг выхватили салфетки из его рук, заставив очнуться. Он повернулся к ней и, больше не оглядывался. Что-то говорил, пытаясь утешить, и мягко похлопывал по плечу.
Я шагнула назад и задернула штору, бросив последний взгляд через маленькую щель. Увидела, как они удаляются из кафе. Навалилась на стену, содрала косынку с головы и закрыла глаза, пытаясь прийти в себя и отдышаться.