Елена Сокол – Волки: Братство порока (страница 22)
Слова прозвучали с оттенком горечи, но Тиль не решилась уточнять, что он имел в виду.
— И ты кормишь ее?
— Она теперь лопает за двоих, так что да. Подкармливаю. Не хочу, чтобы она надолго отлучалась от своих мальцов на поиски еды.
— Ты как будто открылся мне сейчас с другой стороны. — Наблюдая за ним, произнесла Тиль.
— Не обольщайся. — Бросил он на нее насмешливый взгляд. — Просто животные гораздо добрее людей.
— То, что ты ухаживаешь за ней, многое говорит о тебе.
— Что именно? Что я не конченый? — Матс встал и вытянулся во весь рост. — Так ведь обо мне все думают?
— Я не сужу по слухам, только по своему опыту.
— Да, я помню. «Привет, я — Матс. Да мне насрать!»
Тиль впервые за последние дни позволила себе рассмеяться.
— Просто я… редко подпускаю к себе людей.
— Всех, кроме жалкого слизняка Акерсона? — Его черные глаза впились в нее в поисках ответов на ведомые лишь ему вопросы.
— Это другое. — Выдавила она и закусила губу.
Кажется, у нее ускорился пульс.
— Не может быть, чтобы он был тебе интересен. — Качнув головой, заключил Матс.
— Откуда тебе знать, кто мне интересен. — Усмехнулась Тиль.
— Я, например. — Уверенно выпалил он.
— Чего? Ты? — Смутилась она. — Ха-ха. — Хорошо, что в темноте румянец не бросался в глаза. — С чего ты взял?
— С того, как ты смотришь на меня.
— Ну, допустим. И как я на тебя смотрю?
—
— Пхах. — То ли всхлипнула, то ли выдохнула Тиль. — Да я… я смотрю на тебя… с отвращением. И с жалостью! И… я никогда не прикоснусь к такому, как ты!
Но в следующее мгновение по кладбищу разнесся протяжный вой. И от неожиданности Тиль буквально метнулась к Матсу в объятия. Инстинктивное движение. Короткое, абсурдное. И она даже успела остановиться: замерла в полуметре от него с протянутыми руками. А затем тут же обхватила себя ими, так и не коснувшись парня. Но на его лице уже играла победоносная улыбка. Он, видимо, считал, что этим она выдала свое влечение к нему.
28
— Что это? — Тиль казалась не на шутку напуганной.
— Призыв. — Почти шепотом ответил Матс. — Они так развлекаются.
В темноте по кладбищу разнесся новый вой — глубокий и низкий. А затем ему начали вторить несколько голосов: завыли высоко и отрывисто. Знак поддержки вожака.
— Кто
— Твои приятели. — Усмехнулся он. —
— Кто? — Она натянула рукава на пальцы: уже привычное движение. Словно защитный рефлекс. — В смысле… ты что, хочешь сказать…
— Ну, не живые же волки. — Фыркнул Матс. — В смысле, звери. Откуда им взяться на старом кладбище в центре города? Конечно, это отмороженные подонки из братства, которым не хрен заняться.
— Я не понимаю. — Поежилась Тиль, пряча шею в воротник. — Зачем они
И только бедная бродячая псина не отвлекалась от еды, продолжая хрустеть кормом: то ли так проголодалась, то ли уже привыкла к их выходкам.
— Тебе следовало бы больше знать о тех, с кем ты отрываешься. — Покачал головой Матс.
Теперь она по-настоящему разозлилась. Зыркнула на него из-под бровей, стиснула челюсти.
— Если ты про Мартина, то мы просто пообедали вместе. — Тиль сунула кулаки в карманы толстовки. — Это меня ни к чему не обязывает.
— Вот тут ты ошибаешься. — Матс покачал головой.
Они не лучшие друзья с Тиль. И даже не друзья вообще, чтобы он оказывал ей услугу и спасал ее хорошенькую задницу. Но, черт подери, она вызывала у него странные чувства. Обычно девушки, прельщенные его боевыми заслугами, шрамами и вспыльчивым нравом, заигрывали и буквально смотрели Матсу в рот, а этой — ей было совершенно плевать на него. Тиль смотрела словно сквозь Матса — как, впрочем, и на всех остальных. И ему почему-то очень хотелось это исправить.
— Ты серьезно не понимаешь? — Резко огрызнулся он на нее.
Она вытаращилась на него. Ясно. Девчонка ни хрена не понимает.
— Идем. — Матс взял ее за руку и потащил за собой.
— Пусти! — Шипела Тиль.
— Нет, уж. Если ты считаешь, что достаточно умная и взрослая, чтобы связаться с этими отморозками, то должна понимать, кто они, чем занимаются, и что вообще творится в этих гребаных тайных студенческих сообществах!
Они пробирались сквозь кусты, под деревьями, двигались между могил, и Тиль, нужно отдать ей должное, не проронила ни слова, пока он выдавал всю эти тираду. И даже не перебила его. Словно ждала момента, когда Матс заткнется, чтобы прорычать:
— А ты кто, мой папочка, что ли, чтобы указыв…
Парень заткнул ей рот ладонью.
— М-м-м! — промычала Тиль.
И тогда он развернул ее и прижал спиной к своей груди. Девушка замолчала, увидев в десятке метров от них фигуры, шествующие меж могил стройным рядом. На них всех были какие-то плащи или мантии, закрывавшие лица, а в руке первого идущего был горящий факел.
— Какого хрена… — Прошептала она, когда Матс медленно убрал ладонь от ее рта.
— Не волнуйся. — Тихо ответил он. — Как раз это просто ритуал. Сейчас они спустятся в склеп, который используют для своих тайных собраний, а примерно через час разойдутся.
— Им что, нравятся костюмированные вечеринки? — Глядя, как волки спускаются в склеп, спросила Тиль. — Они не могут пообщаться дома при свечах?
— Как я понял, они проводят такие собрания, когда необходимо присутствие «старших» членов стаи — тех, кто давно окончил Варстад. Вместе они согласовывают разные вопросы: например, кандидатуры в новые члены братства.
— М-м-м, то есть, выпускники тоже принимают участие в жизни братства? А у них какой интерес?
У Матса опустились плечи. Он серьезно посмотрел на Тиль, пытаясь прочесть ее взгляд в темноте.
— Я был прав. Ты ведь совсем ничего о них не знаешь?
— Так расскажи мне.
— Ты одна из тех девиц, которые пачками вешаются на них, считая прикольным их участие в братстве, ни черта не зная о том, что это такое на самом деле. — Выдохнул он, качнув головой.
Почему-то ему хотелось, чтобы Тиль разубедила его.
— А, давай, ты не будешь ставить мне диагнозы, ладно? — Посмотрела она на него снизу вверх. Сырой кладбищенский ветер разметал по плечам ее волосы. — Да, мне интересны волки. Я хочу разобраться, как устроено их сообщество. Зачем это мне — не твое дело. Даже если это опасно, я лезу туда добровольно, ясно?
Значит, он был прав. У нее есть тайна.
— Если я расскажу тебе, что знаю, ты отстанешь от них? Будешь держаться подальше?
Тиль поджала губы.
— Да.
— Лжешь. — Прошипел Матс.
Она закатила глаза, сложила руки на груди в замок.