Елена Сокол – Плохая девочка (страница 53)
Я закусываю губу.
— Ты не так понял. Мне жаль, что тебе приходится совмещать работу, спорт и учебу. — Поясняю я. — Это тяжело. И ты не высыпаешься.
Кай закрывает глаза и вздыхает.
— А, ты об этом.
Киваю.
— Нам не обязательно ссориться всякий раз, когда мы видим друг друга, Кай. — Говорю я, облизнув губы. — И не нужно принимать мои слова в штыки. Поверь, я тебе не враг.
Парень тяжело вздыхает. Такое хрупкое равновесие, воцарившееся между нами, едва не пошатнулось, и он пытается взять себя в руки. Ему явно трудно справиться с этим.
— И в университете тоже не нужно делать вид, что ты не знаешь меня. — Тихо добавляю я.
Кай морщит лоб. Он словно не верит. Но я с искренней улыбкой выдерживаю его взгляд.
— Серьезно. Хватит нам с тобой воевать.
— Ты знаешь, почему так происходит. — Говорит он, допив кофе.
— Причины не важны, если есть Мы. И если мы хотим все исправить.
— Мне пора. — Кай встает со стула.
Ну, вот. Его не хватает даже на пять минут серьезных разговоров. Он словно боится их, как огня.
— Кай. — Окликаю я его уже на пороге.
— Да? — Нехотя оборачивается парень.
— Бабушка просится домой, у нее там сад, квартира, все привычное.
— Так. — Кивает он.
— Ты бы поговорил с ней. Я понимаю ее чувства, но не уверена, что она справится одна. Ее состояние…
— Она стала заговариваться. — Кай качает головой, соглашаясь. — И быстро устает. Ты права, ей нужен уход. Бабушке лучше оставаться с нами.
— Спасибо. — Улыбаюсь я.
И он уходит.
А я так и остаюсь сидеть с разгоряченным сердцем и сбитым дыханием. Похоже, между нами воцарилось перемирие, и это не может не радовать.
Вечером, когда я возвращаюсь домой после тренировки, Мариана помогает матери прибираться в гостиной. Не знаю, что нашло на мать, ведь заставить ее убирать в доме так же сложно, как уговорить отказаться от алкоголя, но это происходит.
Они, воркуя, убирают пыль и протирают вазы. Поднимаясь по лестнице, я слышу, как мать заикается о том, что нужно нанять домработницу, и невольно усмехаюсь. Нет, мама неисправима.
Ужин проходит в непривычно приветливой обстановке. Лео рассуждает о том, что в этом городе большие перспективы для открытия своей школы танцев, и Мариана решает поддержать его — обещает, что составит бизнес-план. Она улыбается, искренне желая помочь. А я мысленно обещаю обсудить с матерью ее атаки на Мариану своими бизнес-идеями с намеками на финансирование за счет наследства.
Перед сном я с замиранием сердца слушаю за стенкой голос сводной сестры, но так и не решаюсь постучать в ее дверь.
Через два дня мы случайно сталкиваемся на улице после занятий. Точнее, я еду на машине, будто специально подгадав то время, когда девушка поедет домой, а она стоит на остановке, держа перед собой сумку двумя руками и задумчиво глядя вдаль.
Я останавливаю автомобиль в десяти метрах от нее, и Мариана меня замечает. Она вскидывает на меня удивленный взгляд и замирает. Знаю, я мог бы махнуть ей рукой, но почему-то не делаю этого. В это же мгновение к остановке подъезжает автобус. Подумав пару секунд, девушка отворачивается и садится в него.
А я еду следом, держась в потоке — так, чтобы она меня не заметила, но и стараясь не отставать.
А вечером я опять в бассейне.
Игра идет по старой схеме. Я «незаметно» подглядываю, а Мариана делает вид, что не замечает меня.
Никому из нас не ясно, что это за игра, и как долго еще она будет продолжаться, но мы не отваживаемся ее прекратить. Ни один не хочет сдаваться первым, и мы упрямо доводим друг друга до исступления выматывающим ожиданием чего-то, что должно вот-вот произойти и принести долгожданное облегчение.
— Вот ты где. — Говорит Мариана ранним утром пятницы.
Она застает меня в столовой с котом на коленях.
— Я про Хвостика. — Уточняет девушка. — Нигде не могла его найти.
Останавливается и складывает руки в замок, не решаясь взять его с моих колен. Ее беззаботность улетучивается сразу, как только мы сталкиваемся взглядами. Воздух между нами застывает в напряжении.
— Это и мой кот тоже, поэтому он со мной. — Говорю я.
— Вот как. — Мои слова вызывают у нее улыбку. — Ученые просто обязаны тщательно исследовать твой случай чудесного излечения от аллергии.
Я позволяю себе улыбнуться, и мы снова молчим.
— Алина собирает сегодня вечером наших однокурсников в кафе «Мьюс». — Кашлянув, сообщает она. — В честь моего дня рождения…
— У тебя день рождения? — Мои брови взлетают вверх.
— Угу. — Смущенно кивает Мариана.
— Поздравляю. — Произношу я.
В этом сухом «поздравляю» гораздо больше эмоций, чем она рассчитывала, поэтому ее губы расплываются в широкой улыбке.
— Спасибо. — Нервно говорит девушка. — Так вот… — Она прочищает горло. — Э… Ты не хочешь прийти? Ну, в смысле, не «не хочешь», а «хочешь», потому что специалисты по культуре общения рекомендуют не начинать вопрос с частицы «не», если не хочешь, чтобы тебе ответили «нет».
Она зажмуривается с досады.
Знаю, говорить такое мне в лицо — просто мрак, и волнение льется через край. Но, надо признать, выглядит ужасно мило.
— Ты хочешь, чтобы я пришел? — Уточняю я.
Она открывает глаза, выдыхает и кивает.
— Да, приходи. Вдруг… захочется.
— Во сколько?
— В восемь.
Подумав, я отвечаю:
— Может быть. Если успею. У меня вечером игра.
— Хорошо. — Выдыхает Мариана.
Не знаю уж, как у меня хватило смелости пригласить его на празднование, но я это сделала. Весь день потом руки тряслись. Если честно, я не собиралась отмечать совершеннолетие, но Алина настояла: она придумала встречу в кафе, пригласила туда однокурсников и даже сама украсила зал для, что стало для меня совершеннейшим сюрпризом.
— Что это? — Восклицаю я, оказавшись в зале.
— Твой день рождения! — Визжат они с Ником.
— Неужели, это все для меня?
— Да!
И я тону в лавине поздравлений, пожеланий и добрых слов от собравшихся. Несмотря на просьбу ничего не дарить, каждый принес по какой-нибудь безделушке в подарок. У Ника это сертификат в СПА, а у Алины комплект красного нижнего белья.
— Какое оно… — Теряюсь я, заглядывая в коробку.