Елена Сокол – Нелюбовь (страница 46)

– Не-е-ет, – хихикаю я, – нас не пустят.

– Я договорюсь. – Уверенно восклицает он.

– Нет, мы не поместимся. – Я указываю наверх. – Давай лучше на колесе обозрения?

– Как скажешь. – Стас тянет меня к торговым рядам. – Только сначала вафли. О, привет!

Я поднимаю глаза и вижу Никиту с Полиной, стоящих возле одной из палаток. Судя по лицу Высоцкого, он не очень рад встрече с Кощеевым. Не укрывается от меня и его взгляд, брошенный на наши со Стасом сцепленные руки.

– Привет еще раз. – Говорит он ему.

– Как дела? – Сдержанно интересуется Матвеева.

Ее слова обращены к Стасу. Меня она и не собирается замечать: глазами не встречается, нервно теребит ремень дамской сумочки. Пользуясь этим, я внимательно разглядываю ее наряд: короткое платье на тонких бретелях, крошечный кардиган, белые гольфы и красные кеды. Стильно и откровенно. Видимо, призвано настроить Никиту на нужный лад.

– Супер. – Отвечает ей Кощеев. – Вот, идем за вафлями.

– А мы за мороженым.

– А потом вы куда?

Пока они обмениваются репликами, я как можно осторожнее поднимаю взгляд на Никиту. Он тоже смотрит на меня. Словно заметив наши переглядывания, Полина берет его за руку. Для Высоцкого это так неожиданно, что он опускает глаза и с удивлением пялится на ее руку.

– Потом на колесо. – Весело говорит Стас. – Пойдете тоже?

– Пойдем!

Кощеев достает несколько купюр из кармана:

– Никит, давай, я куплю билеты на колесо обозрения, а ты, чтобы не терять время, возьмешь девчонкам мороженое и вафли?

– Хорошо. – Нехотя соглашается Высоцкий.

Похоже, идея совместного катания на аттракционе его совсем не радует.

– Отлично. – Хлопает его по плечу Кощеев, затем поворачивается ко мне. – Оставляю тебя в надежных руках. Я быстро. – Мягко коснувшись указательным пальцем моего носа, он улыбается и затем скрывается в толпе.

– Я сейчас. – Отходит от нас к прилавку Никита, чтобы купить сладости.

Мы остаемся с Полиной вдвоем, окутанные запахом кукурузы, тыквы и ощущением неловкости. Выдержать на себе мой взгляд дольше двадцати секунд у нее не выходит: она, как ни в чем не бывало, натягивает на лицо беззаботную улыбку и поворачивается ко мне.

– Ладно, нам нужно помириться. – Говорит Матвеева.

– Зачем? – Усмехаюсь я.

Картинным жестом она откидывает волосы с лица.

– Никита мне нравится.

– И как это связано?

Полина вздыхает.

– Ну, вы же соседи. И друзья. И… учитесь вместе.

– Он – мой лучший друг. – Говорю я, сложив руки в замок на груди.

– Да. – Без явного удовольствия признает она. – Поэтому нам с тобой лучше не собачиться. Давай забудем то недоразумение на вечеринке, о’кей?

– Ты про тот случай, когда оскорбила мою подругу и чуть не отхватила за это по щам?

Матвеева замирает, округлив глаза.

– Ой, а сейчас я тебя оскорбила… – Спохватываюсь я. – Ну, извини за это недоразумение!

– Хорошо! – Выдыхает она. – Хорошо, я была не права!

– И еще как.

– Да. – Полина поджимает накрашенные блеском губки. – Забудем об этом, ладно?

Она протягивает мне ладонь. Я вздыхаю, глядя на ее руку, затем, все-таки, пожимаю ее. Но не спешу отпускать.

– Только попробуй разбить Никите сердце. – Наклонившись к ее лицу, тихо предупреждаю я. – И будешь иметь дело со мной.

Матвеева глядит на меня в ужасе. А я улыбаюсь, наслаждаясь результатом.

– Вижу, вы поладили. – Говорит Никита, возвращаясь с шоколадным мороженым и вафлями в руках.

Полина выдергивает руку из захвата.

– Мы теперь просто не разлей вода. – Ухмыляясь, отвечаю я.

И вижу, как Высоцкий прищуривается, заметив неискренность в моем тоне.

– Билеты у меня! – Спешит обрадовать нас Стас, появляясь из толпы. – Ну, что, идем?

Он обнимает меня за плечи, и я невольно слежу за тем, как Полина по-хозяйски прихватывает Никиту за локоть. Так непривычно видеть его в компании девушки. Да еще и такой красивой. Наверное, Высоцкий сейчас на седьмом небе от счастья, он ведь так этого хотел! Как хорошо, что я не призналась ему в своих чувствах, это испортило бы ни только нашу дружбу, но его отношения с Матвеевой. А сейчас… сейчас все, вроде как, идеально.

– Ты чего? – Спрашивает Стас, когда мы с ним поднимаемся наверх и занимаем места на двойных креслах. – Волнуешься?

– Вот еще. – С улыбкой отвечаю я и пристегиваюсь.

Никита с Полиной садятся на следующее кресло, и мне их не видно. Через мгновение колесо медленно начинает движение. Я откусываю кусок вафли и пачкаю нос в начинке из сливок.

– Знаешь, что мне в тебе больше всего нравится? – Наклоняется ко мне Стас.

– Что?

Он стирает сливки с моего носа и облизывает свой палец.

– Ты настоящая. Во всем.

Я смотрю на его лицо, как завороженная.

– Не понимаю Никиту. – Добавляет он.

– Почему?

Стас пожимает плечами, его губы трогает легкая улыбка.

– Как можно с тобой просто дружить? Ты такая… Такая…

И, не договорив, он целует меня. Прямо в губы.

13.2.

– Боже мой…

– Что? – Я поддерживаю Полину за руку, помогаю подняться ей на платформу, в основании которой закреплена основная конструкция аттракциона.

Колесо медленно движется, поэтому нам нужно, не зевая, занять свои места в креслах. Мы пропускаем Кощеева с Аленой вперед, и я наблюдаю, как он помогает ей сесть удобнее, и сам садится рядом. Теперь нам с Полиной нужно быстро разместиться на следующем кресле, которое станет для меня идеальной наблюдательной позицией.

– Ужас. Почему оно так скрипит? Тебе не страшно? – Взволнованно бормочет Полина.

Нужно поскорее усадить ее, иначе кресло поднимется вверх.

– Это же чертово колесо. – Глупо улыбаюсь я. – Оно всегда скрипело!