Елена Сокол – Нелюбовь (страница 22)

– А что? Если он этого не замечает! Нам нужно сделать все, чтобы он перестал видеть в тебе сестру и увидел привлекательную девушку. А у девушек есть грудь, и это не тот факт, который следует скрывать. Завтра обтянем ее во что-нибудь тесное, чтобы… О! Разве это не твой приятель с факультатива? – Таисия беззастенчиво тычет пальцем в дальний столик. – Ты же хотела перетереть с ним по поводу участия в группе? Давай, дерзай.

– Чего? Сейчас?

– Прямо сейчас! – Она в нетерпении стучит по столу. – Иди! И веди себя увереннее. Не забывай улыбаться, поправляй волосы, смотри ему в глаза. Флиртуй! Отчаянно и дерзко!

– Что-то я не уверена…

– А, ну, пошла. – Цыкает на меня Тая. – Давай-давай!

– Эй, а ты куда? – Спрашивает Никита, когда я поднимаюсь из-за стола.

Они с Денисом подошли к нам с подносами.

– Я на минутку, сейчас вернусь.

– Она куда? – Уточняет он у Таи, опуская поднос на стол.

– Кажется, поздороваться с Семеном. – Улыбается Тая.

И взглядом подбивает меня действовать решительнее.

Кивнув, я отправляюсь к столику, за которым в одиночестве обедает Кирилл Семенов. У него спутанные темные волосы, забранные в низкий хвостик, длинный тонкий нос и такие же длинные пальцы. Парень одет во все темное, он слегка сутулится и выглядит задумчивым, хмурым и нелюдимым. На самом деле, это прекрасный набор характеристик для музыканта, ведь все творческие люди в той или иной мере должны быть слегка не от мира сего.

Двигаясь к нему на ватных ногах, я пытаюсь унять сердцебиение. Волнение внутри меня хлещет через край. Как на расстоянии показать Никите, что мы не просто разговариваем, а флиртуем? Может, мне следует сесть на стол? Нет, как-то неприятно, когда ты ешь макароны, а какая-то девица задницей плюхается на стол всего в полуметре от тебя. Может, громко рассмеяться? Нет. Будет выглядеть неестественно.

И, окончательно растерявшись, я замедляю шаг. Еще не поздно развернуться и уйти обратно, но тут Кирилл поднимает на меня глаза.

– Алена?

– Привет. – Глупо улыбаюсь я. Прочищаю горло, неловко дергаю плечами и нервно спрашиваю. – Можно?

– Да, садись. Конечно. – Растерянно отвечает он.

Я оборачиваюсь и через плечо смотрю на своих друзей. Тая показывает большой палец вверх, а Никита смотрит на нас во все глаза.

«Так ты хочешь, чтобы он увидел в тебе девушку? Хочешь, чтобы он ревновал или нет?» – устало вопрошает мой внутренний голос.

«Да, очень хочу», – отвечаю я.

«Тогда хватайся за любые шансы. Борись!»

Я поворачиваюсь к Кириллу.

– Спасибо. – Мило улыбнувшись, придвигаю стул и сажусь.

«Нужно что-то сказать. Что-то сказать. И желательно что-то умное».

– Как макароны? – Выпаливаю я.

7.2

– Что она делает? – Я бы и рад приступить к обеду, но никак не могу оторваться от наблюдения за странным общением Алены и Кирилла.

– Наверное, в красках рассказывает ему о прелестях его будущего участия в вашей группе. – Ухмыльнувшись, отвечает Тая.

– Да она почти лежит перед ним на столе!

– Просто положила руки. – Парирует Тая.

– И голову!

– У них, судя по всему, очень комфортное общение. – Замечает Денис, бросив на них короткий взгляд. – Так что ударник в твоей группе скоро будет, можешь даже не сомневаться.

Откуда-то из глубин моей души прорывается возмущение. Оно удушливой волной давит на грудь, обвивает шею. «Да этот Семенов просто угрюмый неудачник, возомнивший себя гением музыки – зачем Аленка буквально стелется перед ним, чтобы уговорить вступить в наш коллектив? К чему так унижаться?» Или что… что она вообще делает?

Я замираю с вилкой в руке, наблюдая, как моя лучшая подруга улыбается, жеманно накручивая светлый локон на палец. А затем Семенов что-то говорит ей, и Лелька смеется, откинув голову назад. Хохочет так заливисто, будто он рассказал ей самую смешную шутку в ее жизни.

– Не такой уж он и хороший ударник. – Задумчиво бормочу я. – Техника есть, а вот с чутьем кое-какие напряги. Единственный плюс: у него своя установка, а мы сейчас не можем позволить себе купить новую.

– Я слышала, его приглашали в университетскую команду. – Замечает Тая. – Как ее? «Чугунные головы»?

– Ага. – Кивает Денис. – Прикольные ребята. У них немного топорные тексты, но народ любит что попроще.

– Говорят, он им отказал.

– Если приглашали, значит, оценили талант. – Денис открывает банку газировки и предлагает Тае. – Будешь?

– Ой, спасибки. – Тает она.

– Даже если он неплохой ударник, зачем из штанов лезть, чтобы его уговорить? – Вспыхиваю я, глядя, как Алена придвигается к нему ближе и пробует что-то с его подноса. – Боже!

– Он угощает ее макаронами? – Таисия аж привстает.

– Это картошка фри. – Усмехается Денис. – Ты чего так завелся?

Я ловлю на себе его взгляд и стискиваю челюсти.

– Ничего. – Пожимаю плечами и нервно сглатываю.

– Будешь есть свою котлету? – Ничуть не смущаясь, спрашивает друг. – А то я бы заточил.

– Ешь. – Придвигаю к нему тарелку.

У меня аппетит совсем пропал.

– Спасиб. – Радостно принимается за мой обед Денис.

– Нужно было мне самому с Семеном договариваться. – Вздыхаю я.

Мне все труднее усидеть на месте. Эти двое не отрываются друг от друга. Мило воркуют. Аленка, улыбаясь, рисует что-то пальчиком на столе, а тот проявляет такой живой интерес, какой не проявлял вообще ни к чему и никогда: я привык видеть его смотрящим исключительно себе под ноги. Бесит!

– Вы же с ним не ладите. – Напоминает мне Тая.

– Так это когда было. – Отмахиваюсь я. – Почти в детстве.

– Да? – Она приподнимает бровь.

– Да. – Подтверждаю я. – У парней же все намного проще, чем у девчонок. Поспорили, подрались, выяснили отношения, и никто не держит подолгу друг на друга обиды.

– Хм, ясно. – Тая бросает взгляд на дальний столик. – Но Аленка, я смотрю, тоже неплохо справляется.

– Скоро звонок, а она даже не пообедала. – Говорю я, скользнув глазами по ее подносу.

– Кирилл – такой симпатяга, не удивительно, что она забыла про еду.

У меня пересыхает в горле.

– Может, нужно напомнить ей? Позвать? Написать сообщение? А, вот. – Как только Алена оборачивается, я отчаянно машу ей рукой.

Она что-то говорит Семенову, встает и идет к нам. Облегченно выдохнув, я замечаю, как Тая с Денисом переглядываются.

– Что?

– Нет, ничего. – Отводит взгляд друг. – О, смотри. Полинка.

По коже пробегают мурашки, когда я ее вижу. Полина Матвеева входит в столовую вместе с подругами. Ее волосы развеваются при ходьбе, как в кино. Она словно не идет, а плывет по проходу меж столов. Такая изящная, стильная, хрупкая.

Их компания приближается, и мое сердце начинает сбиваться с ритма, буквально захлебывается от частоты сокращений. Должен ли я поздороваться? Мы ведь, по идее, даже не знакомы. А если она не поздоровается в ответ? Я буду выглядеть, как идиот. Как я вообще выгляжу? Вдруг мне нужно причесаться и сделать лицо попроще?