Елена Сокол – Любовь по обмену (страница 44)

— Первый раз ждем подольше, — говорит она, когда картофельные палочки уже засыпаны в сковороду и начинают громко шипеть, — чтобы хорошо зажарились. — Закрывает прозрачной крышкой. — Переворачивать нужно как можно реже, в этом весь секрет, иначе она превратится в пюре. В середине процесса добавим порезанный лук, а вот соль в конце.

Мы сидим на стульях плечом к плечу. Наблюдаем за жаркой картошки, будто это самое важное на свете действо. Никто из ребят за все время приготовления так и не заходит в домик. Они словно тоже чувствуют, что нам хочется побыть вдвоем. Повторяю названия продуктов на русском, и мы смеемся. А мне ужасно хочется взять ее руку в свою. Но я этого так и не делаю.

Бред, конечно. Ничто и никто не помешает мне сделать это, если захочу. Но ощущение того, как ломает все тело, как выворачивает душу наизнанку, весь этот кайф на грани боли от невозможности дотронуться до нее — это тоже своего рода изощренное удовольствие. И мы хотим испить его до дна.

Наш последний ужин на природе, сборы, обратная дорога в автобусе — все это тоже отрывает от реальности напрочь. Прощаемся с ребятами, топаем вдвоем от остановки с заметно облегченными сумками. Мы покусаны комарами, потрепаны, покрыты пылью и совершенно счастливы.

Пока в моем кармане не начинает звонить телефон.

— Походные принадлежности в подарок за первое место — это сильно, — смеюсь я, выуживая смартфон.

— А вот мой папа был бы доволен, — хихикает Зоя, покачиваясь на бордюре.

Это ее любимая привычка — идти по бортику, быстро переставляя ножки и рискуя потерять равновесие.

— Надо же, — выдыхаю я, заметив, что на экране высветилось «Отец». Нажимаю «Ответить». — Да?

Голос отца как всегда сух и строг:

— Здравствуй, сын. Наконец-то я смог дозвониться.

— Привет.

После недолгой паузы:

— Как ты там?

Отличный вопрос для того, кто не интересовался моим самочувствием около месяца.

— Прекрасно.

Он прокашливается.

— В общем, к делу. Я переговорил с Фло, — его голос прерывается помехами, — и принял решение.

— Какое же? — Усмехаюсь.

Подхватываю Зою за руку, едва она покачивается влево. По телу тут же разливается приятное тепло.

— Я согласен, чтобы ты вернулся. Думаю, выводы сделаны, наказание пошло тебе на пользу, и ты станешь намного сговорчивее.

— Эм… — Воздух застревает у меня в горле. — Что?

— Пришло время признавать и исправлять свои ошибки, Джастин. Я позволяю тебе вернуться и поступить по-мужски. Так что не дури. — В его голосе столько же доброжелательности, сколько фальши у кассира в фаст-фуд забегаловке. — Билеты оплачены, собирай вещи и вали из этой дыры.

— Нет, — мне приходится перевести дыхание, — я не хочу, пап.

— Я даже слушать это не буду. — Громыхает отец. — У тебя было достаточно времени, чтобы подумать о своем поведении и сделать выводы, Джастин Реннер! Конец сезона в самом разгаре, на носу подготовка к новому, а тебе еще нужно набрать прежнюю форму!

— Послушай, отец… — Хмурюсь я.

— Мы это уже проходили, и я отнесся к тебе благосклонно, так будь же теперь благодарен, сын! Хватит трепать мои нервы и заставлять нервничать свою девушку. Мы все стараемся только для тебя!

— Нет. Я…

— Не хочу это слушать! — Он шумно выдыхает в трубку. — Билеты заказаны, разговор окончен. Следующий состоится уже здесь, когда ты признаешь свои ошибки и решишь взяться, наконец, за их исправление. Не трать впустую время, это твой последний шанс.

Слушаю тишину и тупо пялюсь на погасший экран.

Мой мир с треском рушится, ставшая привычной жизнь делает новый, опасный кульбит. Может, он прав и стоит воспользоваться его «позволением» вернуться домой? Если это последний шанс, и если все мои действия были ошибкой?

А что если я рискую своим будущим, своей спортивной карьерой, учебой в престижном Университете ради глупого желания сделать все наперекор родителям? Что если это просто затянувшийся подростковый бунт, и пора положить ему конец?

— Все в порядке? — Спрашивает Зоя, спрыгивая на асфальт и отпуская мою руку.

— Да. — Так и не решаюсь сказать ей правду.

Прячу взгляд и замолкаю на время. Наконец, мы подходим к дому и входим внутрь. Едва успеваем снять обувь, как к нам спешит ее мама:

— Привет!

Вероятно, она спрашивает, как все прошло, потому что Зоя отвечает односложно, а женщина улыбается в ответ. Но следующие несколько фраз, брошенные ею в сторону дочери, вдруг заставляют ту взволноваться не на шутку.

На Зое лица нет, она бледнеет, спешно стягивает обувь и бросает на пол сумку.

— Что такое? — Интересуюсь я. — Что-то случилось?

— Нет, — она пытается изобразить улыбку, но у нее ничего не выходит. Во взгляде Зои вина, раскаяние и неловкость. — Слава звонил, потерял меня. Я… нужно ему позвонить.

И убегает наверх с такой скоростью, что мной невольно овладевает ярость.

Глава 14

Зоя

— Привет! — Теперь, когда ноутбук включен, соединение установлено, я, наконец, могу видеть его лицо.

— Угу. — Отзывается Слава. Вижу, как он напряжен. Его локти уперты в стол, он разглядывает меня из-под нахмуренных бровей. — Привет, Зоя.

— Я же говорила тебе про турслет. Потерял меня? — Бормочу я, на ходу сдирая с себя ветровку, спортивную кофту и усаживаясь на стул. — Ты же в курсе, что там не ловит.

— Хорошо отдохнула?

Мне кажется, или я, правда, слышу в его голосе ехидство?

— Нормально. — Сглатываю. Ощущаю себя, как на приеме у врача. — Было интересно, весело… Мы первое место заняли.

— Понравилось тебе? — Спрашивает ледяным тоном.

— Слав, ты чего?

Неужели на моем лице все написано?

— Так понравилось тебе или нет? — Слава повышает голос.

Густо краснею и съеживаюсь под его взглядом.

— Лучше просто скажи, какая муха тебя укусила? Слава, ты грубишь мне сейчас. У тебя все в порядке?

— Вот это что такое? — Он разворачивает к экрану свой мобильник.

Видно плохо, но я сразу узнаю тот самый снимок с турслета.

— Что это? — Повторяю за ним в попытке выиграть немного времени.

— Это я тебя спрашиваю! — Кричит он.

Меня чуть не отбрасывает назад от ужаса. Сердце колотится быстро и отчаянно, как после забега. Мысли судорожно мечутся в голове в поисках выхода из создавшейся ситуации. Нужно просто ему все объяснить.

— Откуда это?

Слава придвигается ближе к камере.

— Из инстаграма твоего дружка.

Он выжидает.

— Ты теперь отслеживаешь Джастина в соцсетях? — Мой голос похож на жалобный писк.