Елена Сокол – Другие Мы (страница 55)
Снова угловой, и 3:2 – Шеллей Парк опять ведет.
– Вот бы тебе туда сейчас, – отвлекает меня от схватки Люси, пробравшаяся к нам через толпу болельщиков.
Парни сдвигаются так, чтобы она могла сесть с нами, и я накидываю ей свою кофту на плечи:
– Сегодня мне нужно, чтобы они проиграли. – Напоминаю ей.
Но голкипер нашей команды в концовке тащит два удара в упор, а Артур оформляет хет-трик.
– 3:3… – Причитает Марк, взволнованно кусая губы.
– Они не сдадутся. – Говорю я, глядя на игроков лицея Шеллей Парк. – У них всегда есть козырь в рукаве!
– Ты так уверен. – Замечает Люси, бросая на меня заинтересованный взгляд.
– Я изучал стиль их игры, сильные и слабые стороны игроков. – Подмигиваю ей. – Эй, ты не замерзла?
– Не-а. – Улыбается она смущенно.
Мы смотрим друг на друга как-то особенно долго: как будто этот взгляд означает что-то большее, чем просто дружескую поддержку.
– Спасибо, что пришла. – Говорю я.
Но мой голос тонет в криках болельщиков, потому что бомбардир Шеллей Парк, совершив коварный удар издали, крушит оборону нашего голкипера и забивает победный гол. Звучит сигнал к окончанию игры.
– Да-а-а! – Ору я, вскидывая вверх кулак.
– Ура-а-а! – Радуются парни.
Мы одни на трибуне радуемся проигрышу собственной команды, но, к счастью, наши возгласы тонут в море пробирающего до мурашек возмущенного воя толпы.
– Поздравляю, – говорит Люси.
Я не слышу ее, но читаю по ее губам. И как только она поднимается вслед за нами с сиденья, я заключаю ее в крепкие объятия, подхватываю и отрываю от земли. Ощущая, как руки Люси смыкаются на моей спине, я почему-то думаю о том, что даже мысль о возможности подобной близости между нами несколько дней назад я бы не допустил.
– Что теперь будет? – Тоненьким голоском интересуется она, когда я ставлю ее обратно на пол.
Люси выглядит смятенной и взволнованной, отпуская меня после нашего объятия.
– Я пойду требовать свой выигрыш. – Гордо объявляю я.
– Может, не стоит? – Она качает головой. – Дин…
– Это не ради меня. – Отвечаю я честно. – Хотя, это я закусился с Артуром и Винсом. Это все ради Дина. Чтобы ему не пришлось больше это переживать.
– Ты же знаешь, что они не пойдут на это. – Ее губы дрожат.
Я наклоняюсь к ее лицу и убираю прядь ее волос ей за ухо.
– Знаю. – Говорю с улыбкой.
– Дин! – Люси в отчаянии хватает меня за руку.
– Не останавливай меня. – Шепчу я ей на ухо. – Лучше подожди в холле, хорошо?
Она не отвечает. Вздохнув, провожает меня взглядом.
Я удаляюсь в раздевалку, не сказав ничего парням. Им ни к чему быть там, ведь все мы понимаем, чем может закончиться этот разговор.
– Так что? – Спрашиваю я у Винса и Артура, когда они, хмурые, выходят из раздевалки с сумками.
Я встречаю их в смежном с раздевалкой помещении. Стою, навалившись на шкафчики и небрежно сцепив руки в замок на груди.
– Готовы выйти со мной в холл и прилюдно объявить себя гомиками? – Усмехаюсь. – Не думаю, что вы, голубки, сильно подпортите этим свою репутацию, все и так привыкли видеть вас вдвоем. К тому же, – добавляю я, видя, как на их лицах закипает ярость, – ничего постыдного в нежном отношении мужчин друг к другу нет: мы ведь живем в продвинутом обществе, никто не станет вас за это осуждать! На дворе не девятнадцатый…
Я не успеваю договорить, потому что Артур, швырнув на пол сумку, подлетает ко мне и наносит удар, от которого мне удается-таки увернуться.
Но уже следующий летит мне прямо в челюсть – и хоть и проходит вскользь, но я ловлю пару искр и перестаю чувствовать щеку.
– А что такое? – Спрашиваю я насмешливо. – Разве вы не проиграли?
Винс бросает сумку на пол и тоже приближается ко мне. Теперь они заходят с двух сторон, отсекая мне пути к бегству.
– Нормальные парни обычно держат слово. – Потерев щеку, замечаю я. – Ах, да, вы же…
Артур бьет мне в живот, но за мгновение до этого я успеваю садануть ему в нос.
– А-а-а! – С диким ревом он сгибается пополам, хватаясь за переносицу.
И тут меня настигает удар Винса – короткий, прямиком в солнечное сплетение, и я валюсь на колени, потеряв ориентацию. Мое дыхание обрывается, а воздух колом встает в груди.
– Как ты? – Винс наклоняется к Артуру.
– Вроде не сломан… – Едва не хнычет тот.
– Двое на одного – опять не по правилам. – Кашляя, с трудом произношу я.
На шум из раздевалки выглядывают другие игроки.
– Вы чего? – Удивляется голкипер Ильф, прижимая к бедрам полотенце. Он только из душевой. – Что происходит?
Из-за его спины появляются и другие хоккеисты, в разной степени одетые.
– Эти говнюки не хотят признавать поражения! – Поясняю я, пытаясь выпрямиться.
И тут же озверевший Артур сбивает меня с ног резким ударом в живот.
–
– Ты чего, Арт? – Парни валят толпой из раздевалки к нам. – Это ведь тот ботан, с которым вы поспорили в столовке?
– Он. – Подтверждает Артур.
И Винс, решив, что сейчас самый подходящий момент, чтобы нанести еще один удар, пинает меня по ноге.
– А-а… – Стону я. Стискиваю челюсти и выдавливаю. – Все равно говнюки! – И начинаю дико смеяться. – Говнюки!
– Я его сейчас! – Рычит Винс.
Но кто-то из хоккеистов успевает схватить его за куртку:
– Эй!
– Говнюки! – Ржу я, кашляя и давясь. – И трусы!
– Ах, ты с… – Злится Артур, но он не успевает договорить.
Что-то проносится молнией по помещению, врезается в него и сбивает с ног. Артур падает на спину, точно тряпичная кукла, и мне не сразу удается сообразить, что это было. Я понимаю это только спустя мгновение, когда Марк, поправив кудряшки, оборачивается ко мне:
– Ты советовал мне думать головой. Я так и сделал!
– Эй, Арт! – Бросается к Артуру его верный товарищ Винс. Он бьет его по щекам, пытаясь привести в чувство, а тот лишь сдавленно мычит.
– Хороший удар. – Замечает один из хоккеистов, Ларс, который играет в защите. Он переводит взгляд на Марка. – Слушай, парень, а ты не хотел попробовать себя в хоккее?
– Возможно. – Выгибает грудь колесом Марк. – Сейчас голова перестанет кружиться, и я подумаю над этим!
Он смеется, потирая лоб.