Елена Смертная – Попаданка в деле, старушка в теле! (страница 12)

Внимательно слушая, я отпила немного чая. Тут же поняла, что в тандеме пирожок с горячим напитком становятся ну просто великолепными. Уж сколько я готовила для внучков выпечку, такой вкусноты у меня не получалось. Даже обидно немного!

— Значит, ты владеешь более сложной магией, чем обычные девушки здесь?

— Можно и так сказать, – Барбара пожала плечами. – Это потому что я постоянно занимаюсь спортом, хотя это дело здесь не особо распространено. Но я очень уж люблю хорошо покушать, а природа наделила меня злой способностью толстеть даже от запаха еды. Потому меня мой недомуж и бросил в своё время.

Барбара говорила всё это, не теряя улыбки. У меня же кусок в горле застрял. Ну как так можно? Такая красивая девчонка! На все руки мастерица! Да, не худышка, но от того ещё более аппетитная.

— Серьёзно? – я нахмурилась. – Вернул из-за лишнего веса?

— Да ну ты не волнуйся, я это уже пережила и отпустила. Не для него эту прекрасную булочку пекли, значит, – Барбара звонко расхохоталась. – Однако да. У нас дело к свадьбе шло, когда он в один из вечеров увидел, как я снимаю корсет. Ну, мои радушные бока ощутили свободу, силуэт стал заметно шире, и-и-и… благоверный быстренько оформил меня назад. Если честно, тогда я была заметно больше, но даже так его это никак не оправдывает.

Барбара взяла пирожок и бодро надкусила его.

— Тем более что сам он куда старше, толще и вообще лысый, – тихонько шепнула Эдель.

— Именно! – Барбара весело взмахнула пирожком. – Так что дева Азафа уберегла меня, глупую и юную, от большой ошибки…

Глава 17. Молчаливые овечки

— И много времени прошло с момента, как тебя вернули? – аккуратно поинтересовалась я. Мне показалось, что рыжая хохотушка всё же будет постарше, чем Хель и Эдель.

— Я на красном факультете уже три года. До этого два была на зеленом. Мне двадцать три года. До конца проживания здесь осталось всего два.

— И какие у тебя планы после академии?

— Ну, родители ещё надеются, что я смогу найти суженого, однако я уже давно об этом и думать забыла. Мне повезло больше, чем прочим девушкам. Мой отец довольно успешный повар, у него есть свой ресторанчик в столице. После окончания академии я смогу работать у него. Может быть, даже на кухню пустят, а не только в официантах бегать буду.

— А ты никогда не думала открыть своё дело? – спросила я в лоб. – Вон какая у тебя вкусная выпечка. И для готовки ты научилась использовать магию.

Девушки удивлённо переглянулись, после чего Барбара вновь звонко рассмеялась.

— Эди, конечно, говорила, что ты после потери памяти задаёшь немного странные вопросы, но такого я не ожидала. Что ж я открою? В нашем обществе, если каким-то делом управляет женщина, это кажется несолидным. Все думают, что таким должны заниматься мужчины. Даже во главе слуг на кухне в знатных домах всегда стоит какой-то мужчина, а женщины лишь слушают его и готовят, как приказано…

Барбара поставила локоток на стол, подпёрла щёку ладошкой и мечтательно вздохнула.

— Хотя было бы неплохо, – продолжила она. – Отец многому меня научил, а когда я смогла развить магию, то усовершенствовала его рецепты. Кое-что получается столь вкусным, что даже Мабау получалось удивить. Угощала его втайне иногда.

Я глубоко задумалась. В голове уже начал складываться по кирпичикам план. Понятно, что мы не сможем хлопнуть в ладоши и поменять разом отношение ко всему красному факультету, а потом и к женщинам в целом. Нужно действовать постепенно. И талант Барбары – первое оружие в нашем списке.

— Добавка? – над столом появилась наглая рыжая морда, которая робко добавила, едва увидела осуждение в глазах соседки: – …Пожалуйста. Милые добрые леди, накормите бедного котика.

— Ой, такой уж ты бедный, – я вздохнула и протянула Пряне ещё один пирожок с мясом. – Будешь столько есть, снова превратишься в колобка на ножках.

— Теперь я могу говорить, что это кость пушистая, – захихикал фамильяр, утаскивая угощения.

Я вновь подняла взгляд на Барбару и Эдель.

— Слушайте, как я поняла, способности к магии здесь напрямую зависят от того, насколько у тебя физически сильное тело. Однако вы сказали, что занятия спортом в академии не в почёте. Почему? Ведь девушек даже кормят по талонам, чтобы фигуру сохранять.

— Ну, в этом и суть, – произнесла Эдель, покачивая на руках мило сопящую малышку. – После спорта женское тело становится слишком крепким. Проявляются отчётливо мышцы. Это считается неженственным. Худоба у девушки должна быть естественной…

Эдель говорила «естественной», а я слышала «нездоровой».

— В общем, любят мужчины, чтобы косточки торчали, – усмехнулась Барбара. – Ну и, будем честны, мужикам хочется, чтобы их жена была смирной, покладистой, робкой. А не колдовала направо и налево, как способный волшебник. Это ж придаст ей самодостаточности. Справиться с самостоятельной девицей куда сложнее. Так что здешние хоть и прикрываются законами девы Азафы, которые учат чтить свою жену, не нагружать её трудом, беречь и заботиться, но на деле… – соседка вздохнула и отмахнулась, – на деле им просто нужны красивые пушистые овечки, которые пасутся на их лужку и лишний раз не блеют.

Ох, как же отрадно было слышать логичные рассуждения в пучине этого мрака! Наверное, ещё родители Барбары заложили в дочку банальное самоуважение, раз продолжали её поддерживать и ждали дома даже после красного факультета.

— Ну, ты тоже скажешь, – Эдель покачала головой. – Леди Купрье тебя бы за такое налысо обстригла.

— А это ещё что за способы наказания? Надеюсь, ради красивого словца?

— Ох, Хель, а ты прям заново познаёшь мир, – Барбара рассмеялась, ставя чашку на блюдечко. – Нет, всё более чем реально. Если чем-то серьёзно провиниться перед леди, она отстригает волосы. Так что можешь посмотреть со стороны на студенток. Те, у кого самые длинные косы – это главные отличницы. А у кого увидишь причёску по плечи – отращивают после какого-нибудь инцидента.

— Так как волосы – это одна из самых женственных черт девушки, на которую часто смотрят мужчины, студентки стараются лишний раз не злить леди, – добавила Эдель.

— Ага. Хоть старуха и понимает, что таким образом свой же товар портит, но этот способ держит всех в ежовых рукавицах.

— Так, подождите, – я пылала негодованием, – а родители? Вот побрили налысо их дочь, а они молчат?

— У таких академий, особенно конкретно у этой, очень высокий уровень авторитета, – вздохнула Эди. – Родители считают, что в таком заведении всё делается на благо замужеству их дочери. И если ради светлого будущего её надо где-то наказать – ну что ж, ладно. Тем более сама леди Купрье очень уважаема. По сути, в нашем обществе женщине такого статуса можно добиться только будучи директором такой вот академии. Элитнее разве что стать королевой…

Глава 18. Родительские чувства

Я печально вздохнула. Уж не знаю, когда меня перестанут удивлять нравы этого мира. Не понимаю, как женщины здесь могут считать такое отношение нормальным. Впрочем, сегодня мы читаем о крепостном праве и думаем, как люди могли соглашаться на рабство. А ведь тогда это казалось обычным укладом жизни. Некоторые крестьяне даже после освобождения возвращались к дворянам, потому что не знали, как жить по-другому. Вот и тут девушки просто не знают, как иначе. Нужно дать ответы на эти вопросы.

— К слову о королеве, – вспомнила я, доедая второй пирожок. – Эди сказала, что я могу использовать твоё зеркало, чтобы связаться с родителями.

— А ты этого ещё не сделала? – удивилась Барбара. – Конечно.

Соседка поднялась, подошла к шкафчику и достала небольшое зеркало в красивой серебряной окантовке на длинной ручке.

— Вот, держи, – Барбара протянула магическое средство связи. – Они наверняка волнуются. Ну, мама – точно. Так что ты не затягивай со звонком.

— Да, спасибо, – я внимательно оглядела предмет, вроде зеркало как зеркало. – Ты сделала такой акцент на маме. В обществе королевства известно, что отец ко мне как-то предвзято относится? Сами понимаете, я даже это забыла.

Эдель закусила губы и робко произнесла:

— Ну… ты ведь… – она сделала паузу от неловкости.

— Да, бастард, не переживай, можешь говорить как есть, – без какого-либо негатива дополнила я.

— Ну… да. И на всех светских мероприятиях всегда было видно, что его величество больше благоволит своей кровной дочери. Да и в нашем обществе решение принять женщину с ребёнком – это огромная редкость. Многие мужчины-аристократы даже осуждали короля в своё время. Брак с госпожой Офелией вроде и был невероятно выгоден, ведь она наследница зелёной магии, но в то же время король понёс те ещё… как это назвать? Репутационные потери. Поэтому все понимают, как он может к тебе относиться.

— Да, звучит логично, – я ещё раз покрутила в руке зеркало. – Ну, пойду выясню на деле. Есть тут тихое местечко, откуда можно позвонить?

— Можно подняться на чердак, правда, там обитает весьма необычный комендант общежития, – Барбара засмеялась.

— О, с Норой я уже знакома. Тогда оставлю вам тут Пряню. Последите, пожалуйста, чтобы он не умер от переедания.

Кот как раз активно пережёвывал последний большой кусок, от чего щёки раздулись как хомячьи. Он посмотрел на блюдо с оставшимися угощениями, примерился и с важностью заявил: