Елена Славинская – Нежность черного квазара (страница 7)

– Ты прекрасно поработала над этим делом. И то, как ты вовремя появилась с подтверждением связи между истцом и страховщиками!

Макс мечтательно зажмурился:

– О-о-о, этот сладкий вкус победы.

– До сих пор не понимаю, как бы мы выиграли это дело, если бы не доказали преступный сговор.

– Я бы что-нибудь придумал, – легкомысленно отмахнулся Кормак.

Амлев начал снижение на крышу здания, где находился офис «Койпер и Партнеры».

Макс подал руку, помогая Авиане покинуть салон амлева.

Бонаве не стала спешить к лифту и кивнула Кормаку, чтобы он ее не ждал. Она подошла к стеклянному ограждению. Ветер на такой высоте хлестал и бил по щекам. Волосы спутались и норовили ударить по глазам. Ави связала их в небрежный, привычный для дома, пучок, закрепив электронным пером.

Гемеру окутали кудрявые облака, и ее лучи редко прорывались и освещали готовящийся к вечеру Петрополис. Внизу проносились разноцветные амлевы, как яркие диковинные рыбки, они скользили в воздухе и вливались в потоки движения. Вдалеке, кутаясь в дымку воздушной перспективы, возвышалась горная гряда.

Авиане захотелось раскинуть руки и полной грудью надышаться этим чистым воздухом. Она улыбнулась. После победы в зале суда она почувствовала былую легкость. Будто она снова что-то умеет, будто она победила свою неуверенность и все свои страхи.

Макс еще некоторое время понаблюдал за Бонаве и скрылся ровно в тот момент, когда она начала поворачиваться.

Уже подходя к своему кабинету, Макс думал о том, что Авиана полна сюрпризов. Что у нее непростая история он понял еще на первой неделе работы. Ави постоянно вздрагивала при громких звуках и нервно комкала манжету пиджака, когда думала, что ее никто не видит. Умная и потрясающе красивая, она прятала за влажным взглядом светло-карих глаз какую-то тайну. Макс с детства обожал головоломки и загадки, и, наблюдая за девушкой на крыше, он отчаянно захотел разгадать ее. Узнать ее секреты и выведать тайны.

Макс улыбнулся. Ави очень проницательна. Он благодарен ей за такую обезоруживающую честность. Бонаве даже не представляет, насколько точно попала в своем сравнении в цель. То, что люди поэтично называют огнем в груди, у Макса – кусок горелого метеорита.

Во время подготовки к слушанию по делу Шпрекельса, Авиана показала себя умным и находчивым юристом. Она выдвигала предложения, которые вертелись в уме самого Кормака, и это было крайне привлекательно. Ее ум и внешность – опасный опьяняющий коктейль, который может сорвать тормоза у многотонного состава. Именно так и ощущал себя Кормак последние годы. Он несся вперед, оставляя после себя закрытые и выигранные дела, бесконечную вереницу лиц и судеб людей. Но все это уже давно перестало радовать его, даже регулярное пополнение счета на крупные суммы токенов. В последнее время он нашел новое развлечение – читать статьи в открытых источниках о Максе Кормаке. Толпы журналистов ему в этом помогали, а он с энтузиазмом включился в эту новую для себя роль – популярного юриста, почти знаменитость. Он продолжал носить маску, и все больше ему хотелось кричать. Орать в темноте комнаты от сжирающего, поглощающего его душу, одиночества.

Он пробовал забываться в постоянной смене подружек. На втором десятке, ему стало скучно. Он помогал решать дела пиратского картеля, главой которого стал его друг – Кристиан Дюмон. Он отправлялся в военное патрулирование со своими друзьями Изаром и Теей на линию соприкосновения с республиканскими силами. По примеру своей еще одной подруги Лиры и ее мужа Даниса, он катался с гор на Аврио и отправлялся в опасное турне на горячий и опасный Пос. Он чувствовал себя живым только в тот момент, когда уносил ноги от разъяренной самки песчаного демона.

Однажды он хотел отправиться в только что колонизированный мир, для исследовательской экспедиции, но его вовремя перехватил Дюмон, и они отправились по делам картеля в отдаленный сектор Альянса. Это, кстати, тоже было интересно, но недолго.

Макс понимал, что его деструктивное поведение имеет какие-то глубинные корни и был уверен, что ему-то жаловаться не на что. У него отличная семья, не было травмирующего опыта или еще чего-то подобного. У него замечательные друзья, которые примчатся из любой точки Альянса, если бы он попросил, но вот беда: он не хотел просить, не хотел рассказывать о своих демонах. Он привык, даже с самыми близкими, быть весельчаком Кормаком, у которого всегда отличное настроение, которому необходимо, чтобы все вокруг улыбались, чтобы друзья были счастливы. А рассказывать о своих проблемах – это сильно противоречит образу беззаботного друга. Потому он продолжал молчать и скрывать то, что грызло его уже несколько лет.

Единственное, что продолжало вызывать в Максе всплеск радостных чувств – это смотреть как люди, которые виновны в бедах других, заслуженно несут наказание. К сожалению, справедливость не всегда синоним к слову законность.

И потому появление Бонаве для Кормака стало как свежевыжатый апельсиновый сок. Яркое, терпкое и бодрящее, щиплющее язык и сладкое одновременно событие. С ней Максу вновь стало вкусно. Рассуждать. Придумывать линию защиты. Даже молчать. Рядом с ней, притаившийся в темных углах комнаты, зверь одиночества смиренно сидел на задних лапах и молчал.

Такая реакция на новую помощницу и радовала, и напрягала одновременно. Не хотелось попадать в зависимость от девушки, которая является родственницей директора фирмы, в которой Макс работает. Более того, она может в любой момент закончить свою карьеру в юриспруденции, выйти замуж и нарожать множество симпатичных детишек.

Скорее всего так и будет, но ломать все собственными руками и провоцировать ее на уход – Макс не намерен. Именно поэтому обозначил профессиональные границы. По крайней мере, он в состоянии сделать так, чтобы Авиана сама не захотела никуда уходить. Она предложила дружбу. Что ж это ему подходит. Если присутствие Ави в его жизни прогонит желание крушить квартиру по ночам, то он готов стать, кем угодно.

Авиана, надышавшись наверху сладким воздухом Эльпиды, спустилась в офис. Макс ждал ее в кабинете, чтобы обсудить победу и оплошности, которые могли стоить им всего дела.

– Привет, Лу́на, – Ави кивнула секретарю Кормака – андроиду, которая принимала звонки и вела календарь дел и посещений Макса.

По одному из законов Альянса было запрещено использование синтетической кожи для человекоподобных роботов. Законодательный проект гласил: «… роботизированная техника должна представлять собой отличимый от живого гуманоида объект. Глазная оптика и покрытие объекта не должны вызывать сомнений в техническом происхождении…»

Авиана даже не сразу узнала, что у Макса есть секретарь. Луна тогда находилась на техническом осмотре и перепрошивке в корпорации-создателе «Робтех».

Имя секретарю придумала Ави, потому что ей надоело слушать, как Макс каждый раз подбирает слова, не зная как обратиться к машине.

– Добрый день, Авиана, – холодный механический голос разнесся над холлом. – Позвольте поздравить вас с успешным завершением дела.

Идеальные светлые волосы, обрамляли такое же идеальное лицо. Луна обладала всем необходимым спектром эмоционального диапазона и даже могла пошутить. Она мастерски готовила кофе и рассказывала сплетни. Если смотреть на Луну в профиль, то и представить невозможно, что это робот. Но ярко-синий синтетический свет лился из оптических линз, а руки демонстративно оставались механическими, чтобы у приходивших людей не было сомнений, относительно происхождения секретаря Кормака. Движения головы сопровождали некоторые характерные звуки, что тоже было сделано, дабы не вводить в заблуждение.

– Благодарю, – Ави подошла к стойке около входа в кабинет Кормака, за которой сидела Луна. – Подскажешь, какие планы у твоего шефа на завтра?

– Хотите, – Луна слегка наклонила голову в сторону и улыбнулась, – сбежать?

– Хочу попасть на прием к своему доктору, – таинственно снизила громкость голоса Ави, поддаваясь чуть вперед.

Луна отзеркалила, и тон, и движение Авианы:

– Я уже неоднократно предлагала воспользоваться моими возможностями для систематизации и нормализации вашего графика, Авиана. Возможно, пришло время? – красивая, скульптурная бровь наигранно взлетела вверх.

Авиана скептически нахмурилась.

– Мой интеллект считывает некоторую неуверенность в вашем взгляде. Позвольте, я разрешу вашу моральную дилемму. Вы предоставили мне доступ к вашему календарю три земных месяца и четырнадцать дней назад. Я не стала удалять ваши данные. Позвольте предложить мое видение вашего графика на будущую неделю?

Авиана усмехнулась.

– Я с удовольствие ознакомлюсь.

– Уже на вашей почте.

Авиана открыла на планшете свое обновленное расписание, в котором были проставлены все рабочие встречи, слушания и обеды, на которых Авиана обязана присутствовать как помощница Макса. В расписании приятным розовым оттенком светились предусмотрительно оставленные окна с пометкой «личные дела госпожи Бонаве». Авиану искренне порадовал такой знак внимания.

– Я синхронизировала ваши расписания с господином Кормаком. Если вобьете контакты своего лечащего врача, я смогу назначить встречу и внести в обновленное расписание.

– Благодарю, я сделаю это сама.