Елена Синякова – Грубая любовь (страница 12)
- Ложись на стол, - пробасил он тяжело и на первый взгляд угрожающе.
Просто Лина не знала, что так звучит в нём желание.
Оно было грубым, животным, без капли нежности и ласки.
Но это желание горело и обжигало, опаляя разум и делая движения именно такими – резкими, сильными, тяжелыми, без жалости и сомнений.
Хотелось делать больно.
Хотелось слышать крики и мольбы о помощи.
Хотелось трахать до крови.
Всегда было так.
Но в этот раз Амир медлил слишком долго.
Суп еще этот чертов! И гостеприимство девушки хоть и вынужденное.
Девушка под ним была холодная от ужаса и омерзения к нему, а он смотрел на её макушку сверху и почему-то успокаивал себя, чтобы не сделать ей слишком больно. Через чур больно.
У неё была красивая кожа.
Белоснежная и чистая.
От неё вкусно пахло. Хотелось наклониться вниз и лизнуть её, чтобы ощутить вкус на языке. Чтобы распробовать её и запомнить.
Амир не сделал этого, потому что боялся, что потом не сможет больше удержаться.
Ему слишком хотелось трахнуть её по-настоящему.
Как он любил. И насладиться процессом сполна.
Вот только девушка едва ли сможет насладиться его животными страстями и вожделением, пока в её красивой умной голове был совсем не он.
А другой.
Трусливый, низкий и не достойный таких искренних эмоций.
И такой хорошей девочки тоже.
Просто раньше ему было плевать на этих девочек и их мужей.
А сейчас почему-то всё шло криво.
Видимо, он все таки старел!
Амир стоял над ней, прижимаясь бедрами к обнаженным округлым ягодицам, и насильно заставлял себя дышать протяжнее и ровнее. Сосредоточиться на собственном дыхании, отключая в первую очередь свои мысли.
Проблема была в том, что когда мысли отключались – инстинкты становились еще ярче и сильнее, и они требовали жесткого выхода наружу. Как было всегда. Но только не сейчас.
Член стоял колом так, что им можно было забивать сваи или гвозди. Кровь нагрелась и воспламенилась, пульсируя с бешенной скоростью, отчего в висках словно стучали молоточками, заставляя его отключиться от разума пи погрузиться в то, что он так сильно и горячо хотел.
А он всё медлил.
В какой-то момент даже слегка приотпустил девушку и провел кончиками обжигающе горячих пальцев по изгибу её спины, видя, как по коже Лины пробежали мурашки. Только вот это было не от возбуждения и желания. А от омерзения и страха.
Она вся сжалась, даже глаз не открывала, а прилежно ждала, когда же наконец её незаслуженное унижение закончится.
- Ноги раздвинь сильнее. И не дёргайся, иначе сделаю больно.
Амир провел рукой по ягодице девушки, ощущая, как она сжалась еще сильнее, и вся задрожала, хотя и пыталась бороться с этим.
Как бы там не было, в данной ситуации она вела себя достойно.
И ему это определенно нравилось.
Поэтому он с ней и возился столько времени!
Мужчина скользнул пальцами в лоно, понимая, что складочки сухие, и к сексу Лина совсем не готова.
А он на что-то другое рассчитывал?
Она была приличной девушкой и не текла от насилия и жестокости, как иногда бывало в жизни Амира, когда он приходил насиловать и запугивать, а по итогу сумасшедшие бабы получали кайф, потом еще его номер телефона просили! Дурные тёлки!
Амир облизал собственные пальцы и смочил упругие складочки, видя, как Лина судорожно вцепилась за стол и попыталась сдвинуть ноги, за то тут же получила громкий и увесистый шлепок по сладкой ягодице.
- Ноги на место верни. Больше повторять не буду.
Она повиновалась, хотя и сделала это не сразу.
Кожу на ягодице опалило таким жаром, что на секунду девушка просто задохнулась.
Теперь на её попе красовался отпечаток ненавистной руки бандита, который жег самым натуральным образом. И эта жгучая боль с каждой секундой становилась только сильнее и сильнее, словно её прижгли раскаленным железом.
Амир чуть оттянул штаны, отчего член тут же выпрыгнул – в полной боевой готовности, пульсирующий от невыносимого желания, готовый рвать и делать больно, чтобы получить тот самый кайф, от которого сначала голова шла кругом, а потом накатывало такое расслабление, что мышцы становились почти ватными.
Чаще всего для этого требовалось несколько женщин.
Но сегодня, черт возьми, всё шло не по плану с самого порога!
Ему нравился запах девушки и то, как она держалась - именно поэтому он не стал зверствовать.
Провел головкой члена по складочкам, ощущая, что не смотря ни на что её плоть нежная и теплая.
Да, хотелось бы, чтобы она текла и была горячей в ожидании того, когда он войдет в неё, но возможно в будущем он этого добьётся.
Пока же девушка дрожала и была настолько напряженной, что казалось, что каждый вдох ей дается с трудом.
Она держалась из последних сил, упорно закрыв глаза и прогоняя оглушающее омерзение, от которого самым натуральным образом тошнило.
- Не нужно так бояться. Я же не зверь какой-то, - вдруг проговорил мужчина, и внутренний хищник внутри него хохотнул.
Не зверь?
Серьезно?
Ну-ну!
С каких это таких пор?
Он человеком-то никогда себя не чувствовал, а тут решил Лину успокоить в самый неподходящий момент, когда нужно было просто молчать и делать уже блин свое грязное дело!
А потом Амир ощутил запах крови.
Уже знакомый.
Но не девушки, которая вдруг всхлипнула внизу и сжала отчаянно кулачки, не замечая, как её аккуратные ногти впиваются в её же ладонь.
А того мудака, из-за которого Амир сейчас и был здесь.
Неужели уже столько времени прошло, и мужики его отпустили, пока он тут трапезничал и устраивал показательные выступления по доступным средствам самозащиты?
Судя по свежему запаху крови – отмудохали они его знатно!
Гандон еле передвигался, скуля на каждом шагу, и в буквальном смысле покрывался холодным потом от боли. Сломанные ребра и перекошенная морда были тому причиной.
Вот только он совершенно не думал о собственной жене, и о том, что сейчас с ней творилось.