Елена Шевцова – Рабыня (СИ) (страница 18)

Натаниаль облокотился на балюстраду. Далеко впереди, на сколько хватало взгляда, были высокие и неприступные горы. Их замок находился на большой высоте. Это была настоящая крепость, громадина — уходящая шпилями в облака. С балкона, огороженного резной балюстрадой розовато-серого цвета, Нат смотрел, как превращается в маленькую черную точку его брат. Ну что же, пусть судьба решит как ей разыграть карты.

— До встречи, брат, — Натаниаль захлопнул массивные кованые двери с мутным стеклом молочного цвета, и задернув бордовую портьеру, висящую над ними, тихо покинул комнату Руасара.

Земли темных эльфов. Харатар призрачная граница.

Тариса с трудом переставляла ноги. Несколько часов назад, они перешли призрачную границу на земли темных. Переход через неё вымотал всех. Особенно плохо, пришлось тем, у кого магия была надежно заблокирована, а также простым людям — которых в караване было немало. Да и она теперь, ни чем не отличалась от обычной человеческой женщины. Магии у неё не было, разве что браслеты на руках выдавали в ней магически одаренную, ну и еще узор по всему телу. А призрачная стена, которой были окружены земли темных, была пропитана такой силой, что у простого человека вызывала галлюцинации и сильное головокружение, к тому же, она была призвана остановить и сбить с пути именно человеческую расу, которой вход в волшебный мир был заказан. И лишь тот, у кого на руках был специальный пропускной свиток, скрепленный магией или личной печатью императорского двора эльфов, мог пройти эту стену. У остальных, магия призрачной стены вытягивала из глубины души самые тайные страхи, благодаря этому, люди умирали, так и не преодолев призрачной стены.

Беспрепятственным проходом на земли темных, мог воспользоваться лишь выходец из любой магической расы Гарадараса, ну или же полукровка, которому открыты оба мира, и мир людей, и мир магии. Тариса никогда и не подумала бы, что ей придется корчиться от боли, как простому человеку, не обладающему магией. Да и последние дни в караване, покоя ей не принесли.

«Эльфийское величество» — с ней не разговаривало, предпочитая отмалчиваться и брезгливо корчить лицо, когда его взгляд случайно пересекался с её. Дроу так же не проявлял интереса, лишь изредка окидывая её плотоядным взглядом. А вот вампир, напротив, часто подъезжал, пытался заговорить с ней и спрашивал о её самочувствии. На что она иронично изгибала бровь, и косилась на кандалы, надежно сковывающие её руки и ноги. После разговора с ним, в палатке темного эльфа — сразу после кражи артефакта, она много думала над его словами. Она простила его за тот раз, когда вампир, не сдержавшись, убил её. Но даже то, что он рассказал о себе, не могло полностью избавить её от страха перед ним. Она прекрасно понимала, что он с легкостью сделает это снова, если будет находиться в состоянии трансформации, так же как в тот вечер.

Но ещё хуже им приходилось не от страха за свою жизнь и осознания того, что в караване вампир, страшнее было то, что принц темных будто сошел с ума. «Сердце фэйри» так и не нашлось, хотя темный проверял всех. Он как минимум по два раза допрашивал каждого, а помогал ему в этом, дюжий детина. Полуэльф полуорк, был просто редкостным страшилищем. От эльфов ему достались разве только уши, а в остальном, это был обычный клыкастый и здоровый орк, который одним своим видом заставлял подозреваемых говорить только правду, и ничего кроме правды. Но, подозреваемых становилось все меньше и меньше, время шло, а преступник так и не был найден. Эльф все больше злился, использовал магию пытаясь отыскать следы похитителя, но все было тщетным.

Больше всего, его удивлял тот факт, что артефакт вообще смог кто-то взять в руки. Ведь было достоверно известно, что это может сделать только фэйри, ну или тот, кто является повелителем кинжала.

Как только эльф осознал, что его не мог взять никто, кроме Тарисы, так как она — одна единственная фэйри на весь караван, то жизнь девушки тут же превратилась в сплошной кошмар. Каждый вечер темный тащил её в свой шатер и принимался за «допрос».

Вначале, он пытался сделать это при помощи орка. Когда эксперимент по устрашению фэйри не удался, в ход пошла магия. Темный принц так увлекся, что к концу этого дознания, девушка уже едва дышала. Конечно, как тут дышать, когда ребра тебе сдавливает треклятый узор. Уговоры и увещевания не помогали, и к концу второго дня Тариса пожалела, что не сказала дракону «да». А то, что все это время девушка так и провела в цепях, вообще, лишало чувства самообладания.

Ораша она видела только издалека. Светлый бросал на неё грустные взгляды, и ей безумно хотелось успокоить его, чтобы прекрасный эльф не волновался понапрасну. Но ограниченная в свободе, она просто шла и смотрела по сторонам, восхищаясь суровой природой империи темных эльфов.

Хамир расслабленно сидел на спине своего сарга. Тот фыркал, и мотал своей большой головой, чуя родные, привычные просторы и леса. Уже два дня они были на землях темных. Сегодня вечером, он собирался уйти на несколько дней, но боялся оставить Тарису одну в компании своего сумасшедшего друга, который, похоже решил окончательно её извести, и делал это с завидной настойчивостью.

Но даже сильнее Рангара, его поражала сама девушка, которая подобно жертвенному агнцу, терпела все его выходки, практически не оказывая сопротивления. И его бы это не напрягало, если бы не жгучий огонь сопротивления, горящий в её глазах. Девочка точно что-то задумала, раз вдет себя так. А вот принц темных, был сам на себя не похож. Он никогда не относился к женщинам жестоко. Даже самых злобных из них, он не удостаивал своей ярости и всегда реагировал с предельным спокойствием, а в этот раз — будто в уме повредился. Только и делает, что орет и мучает бедняжку фэйри, прямо злобный тролль, а не темный эльф. С такими мрачными мыслями, Хамир поравнялся с саргом принца.

— Мне нужно уехать, я тебе уже говорил, сам справишься? — Хамир обеспокоенно смотрел на друга.

— Я справлюсь. А ты, так и не скажешь, куда едешь? — Рангар мрачным взглядом осматривал дорогу.

— Пока, я не могу все тебе сказать, еще не время.

— Ясно. У тебя как всегда, множество тайн и секретов от меня, — принц грустно усмехнулся, — скажи Хамир, почему я, никогда и ничего не скрываю от тебя?

— Ну, хорошо, я намекну тебе, но ты пока не спрашивай о большем, — вампир вздохнул, сожалея о том, что не может рассказать другу все, — зов крови это еще не все… я встретил одну девушку, и еду с ней на встречу.

— Я понял тебя. Поезжай, друг, но запомни, через три дня ты нужен мне во дворце.

— Я буду там, ровно через три дня.

И вампир умчался с такой скоростью и прытью, что даже Рангар удивился. А все же, странно все это…откуда взялась эта таинственная девушка у его друга? И когда он только успел?

Как только Хамир отъехал от него, сразу подъехал Дарт.

— И куда отправился наш кровавый князь?

— На свидание с прекрасной девой, — Рангар улыбнуся, видя вытянувшееся лицо дроу.

— Чего? Откуда у этого кровососа может взяться «прекрасная дева»? Ты сам-то в это веришь? Он ведь уже несколько лет никого к себе не подпускает.

— Да… мне тоже показалось это странным. Но я верю ему, Хамир наш друг.

— Да, друг…

Дальше они ехали в полном молчании, думая каждый о своем. А когда к вечеру, подъехали к развилке дороги ведущей на Урхар, то Дарт напомнил Рангару о его обещании отдать ему Тарису.

Темному совсем не хотелось отдавать главную подозреваемую в деле о краже артефакта, но обещания нарушать хотелось еще меньше. Он согласно кивнул, на просьбу дроу отдать ему девушку. Довольный собой Дарт, отъехал в сторону от Рангара и поспешил к фэйри, чтобы сообщить «радостную» новость.

Тариса плелась почти в самом хвосте каравана. Рядом, нещадно ругаясь, топал охранник и Ганна, которая периодически подносила Тарисе воды, как только охранник чуть отворачивался, ну или просто делал вид, что не смотрит в их сторону.

— Скажи, а почему все девушки, так боялись попасть на земли темных? — Тариса нарушила молчание.

— Да ты что, тише…не дай боги, они вспомнят. Ведь из-за кражи все так переполошились, что…им пока просто не до нас. Говорят, что как только солдаты господина пересекали границу, так словно звери становились. Говорят, что хватали девушек, и растаскивали по палаткам, — Ганна сделала длинную паузу и наклонилась ближе, опасаясь, что её услышат, — мне об этом другие рабыни рассказывали. А ещё говорят, что до дворца добираются не все. Говорят, их продают в Урхар.

— Урхар? Это же город дроу? — Тарисе было любопытно послушать, хотя от того, что наговорила Ганна, бросало в дрожь.

— Да, это земля дроу. Она хоть и входит в союз с Харатаром, а порядки там совсем другие и устанавливает их местный правитель. Говорят, друг нашего господина его сын. Так вот, когда-то наш принц даже должен был жениться на младшей сестре своего друга.

— И что, почему же не женился? Так было бы лучше для всех, и я была бы сейчас свободна.

— А ещё говорят, все изменилось, когда он посетил пещеры Аррагонта, где говорил с оракулом.

— Ах да, та мерзкая дрянь, которая посоветовала сделать меня рабыней…да уж, оракул…тоже мне.

— Ты что, видела оракул?

— Да, видела я её. Так, ничего особенного. И что, что там дальше было?