Елена Шевцова – Белое с Черным - идеальное сочетание, или на все про все 7 дней! (страница 12)

— Замолчите оба! — шикнула я на них. Как ни странно мужчины подавились собственными словами, бросили друг на друга удивленные взгляды, а потом замолчали, только хмуро буравили друг друга взглядами, а я получила желаемую тишину и возможность сосредоточиться.

Чужая магия давила, кусалась и не хотела выпускать из смертельных объятий человека запутавшегося в ее нитях. Адам Лирье мучился и усыхал в буквальном смысле этого слова. Этот сон, в который был погружен мужчина, он видимый. На самом деле он все ощущает, даже слышит, просто не может пошевелиться и сказать!

Кусая губы, я задрала подол его рубахи, чтобы посмотреть на упомянутую Калемом вязь. Что же мой некромант прав, вся причина в ней, вопрос в том, как эта дрянь попала в организм герцога? Несмотря на свой возраст, а герцогу было уже сто пятьдесят лет, он был подтянут, с хорошо сложенной фигурой. Даже сейчас, когда его тело под воздействием черной магии, медленно усыхало, тут было чем восхищаться с чисто эстетической стороны вопроса. Маги живут долго, есть такие, которые дотягивают и до трехсот лет, хотя, как правило, все ограничивается двухсот годами жизни. И в сто пятьдесят можно выглядит шикарно, если следить за своим телом, герцог следил. Поэтому мне вдвойне было не понятно, каким образом эта зараза смогла сломать такого сильного человека всего за два дня, или на самом деле она в нем сидела давно? Под тонкой кожей на животе можно было различить незаметные черные линии, словно нити, разбегающиеся в разные стороны, представить их полное расположение мешала излишняя растительность на теле герцога.

Я тяжело вздохнула, потом подумав, полностью стянула с него рубаху, краем сознания услышала, как скрипнуло кресло, на котором сидел Ролан и ко мне ближе подошел Калем. Некромант присел рядом на корточки, сидел молча не мешал, а я задумчиво проводила ногтем по черным нитям, пуская в них светлую магию. Моя магия целителя отскакивала и только ее часть успевала просочиться в тело Адама Лирье. Это ничего кардинальным образом не меняло, просто немного облегчало состояние герцога. Дыхание мужчины выровнялось, а я, очертив практически все нити, поняла, что процесс зашел слишком далеко. Они успели просочиться на грудь мужчины, обвить шею, перейти на плечи и на руки. Чем больше было этих линий, тем сложнее телу сопротивляться. Плохо было то, что я не могла определить место повреждения, через которое темное заклятие просочилось в тело мужчины и расцвело. Такому стремительному росту темного цветка, кстати, способствовало это затхлое место без доступа свежего воздуха. Еще меня смущало то, что на энергетическом уровне это было очень похоже на проблему Калема, хоть в тоже время разительно отличалось. Та дрянь, которая была у некроманта, как-будто была его частью, которая периодически выходила из под контроля. А вот эта гадость явно была чужеродной!

С этой проблемой не получится справиться точечно, придется действовать грубо, буквально вырывая нити из тела больного, а он все чувствует, и усыпить его я не могу, иначе связь души с телом станет еще тоньше, а она и так…

Ему оставалось очень мало времени. Я понимала, что без помощи Калема не справлюсь, также понимала, что не справлюсь без использования дара мага жизни. А еще точно знала, что не дам этому человеку погибнуть от чужой злобы и ненависти, чужого коварства. В этом явно замешан один из целителей и не только… Время Адама Лирье не пришло, мой дар жизни внутри меня кипел от злости и рвался на свободу. Применить его сейчас тут чревато проблемами, но кажется, у меня нет выбора! Поэтому тяжело вздохнув, подняла голову и посмотрела на Калема.

— Мне нужна будет твоя помощь.

— Все настолько плохо? — некромант меня понял правильно.

— Все может стать еще намного хуже в ближайшие полчаса! — скрывать правду и щадить чьи-либо чувства, я не собиралась. — Времени совсем нет! С тобой вместе я справлюсь! Нам придется работать в связке. И еще он не спит, он все чувствует. Метод лечения очень болезненный — это адская боль. Я сделаю надрез и буду в буквальном смысле при помощи светлой магии вынимать черные нити. Ты прав, основная причина такого состояния твоего дяди в них. Они чужеродный элемент, который достаточно быстро всасывает в себя его жизненную энергию. Я не понимаю, как эта дрянь в него попала и это плохо. Должно было быть какое-то ранение или укол чем-то острым. Кончик острия наверняка был покрыт этим темным заклятием.

Калем молчал, его скулы напряглись, а вот младший герцог не выдержал:

— О чем ты говоришь? — нервно подскочил с кресла Роланд, в этот раз он устоял на ногах, и я смогла рассмотреть герцога как же они с Калемом были похожи.

Как говорится кровь не водица, вот только Ролан коротко подстрижен с темными черными волосами, глубокими шрамами на лице, один шрам пробегал по левой щеке, а второй был скорее следом от сильного ожога, задевшим часть правой щеки, глаз и лоб над бровей. Половины брови, кстати, у герцога не было, он был более широк в плечах, нос крупнее и с горбинкой, будто в свое время был сломан, а еще у мужчины, более взрывной характер, чем у некроманта. Он огненный маг с примесью силы менталиста! По спине неприятно пробежал холодок, и я непроизвольно бросила взгляд на руки Роланда, которые были без перчаток! Каждый знает, что от менталиста стоит держаться подальше, особенно мне. Ролан заметил мой взгляд, удивленно приподнял брови:

— Во мне слишком мало силы менталиста, я не могу читать мысли, так что тебе нечего боятся, если конечно есть что скрывать, — он бросил задумчивый взгляд на Калема, а потом опять посмотрел на меня и уже более спокойным голосом произнес. — Так о чем ты говоришь? — Забавно то, что я чувствовала, что разум Роланда больше не покрыт туманом алкогольного опьянения. Как он смог так быстро прийти в себя?

— О том, что эта зараза не могла попасть в его организм с пищей или жидкостью, она могла попасть в тело только через рану. И это явно не случайность, а чей-то злой умысел, — вынуждена была пояснить я.

— Через укол иголки могла попасть? — задумчиво проговорил Роланд и забавно почесал ухо.

— Думаю да, — согласилась я. — Да, даже маленького укола было достаточно, а затем, попав в подходящие условия, черный цветок расцвел. Он укололся или его укололи? Ты знаешь куда?

— Три дня назад он примерял костюм, который ему шили к балу. Одна из швей была неаккуратна нечаянно уколола отца, я при этом присутствовал, — Ролан подошел ближе и просить его указать на то место не было необходимости. — где-то здесь! — герцог наклонился заставляя Калема встать и отойти в сторону, а сам провел пальцами по правому плечу в месте предполагаемого укола, потом отошел в сторону, уступая место мне.

Ролан щелчком пальцев зажег над рукой яркий огненный пульсар, чтобы осветить плечо отца. Я сначала машинально отшатнулась от проявления чужой магии, а затем кивнула в знак благодарности, наклонилась, рассматривая это место, сначала ничего примечательного не могла разглядеть. В этом месте швея действительно могла по своей небрежности случайно уколоть булавкой при примерке еще не законченного изделия, не имея при этом ничего плохого на уме. Белая гладкая кожа, следов повреждения не видно, как и черных нитей. Либо все чисто, либо глаза не улавливают источник начала проблем. Я положила на плечо мужчины ладонь и закрыла глаза, поверхностно прислушиваясь к своей силе. Не пришлось долго ждать, практически сразу почувствовала отклик силы и характерное покалывания в пальцах, в тот же миг рядом выругалась мужчины, а я открыла глаза заинтересованная тем, что вызвало эту брань.

От моей руки исходило легкое свечение, которое делало более видимым рисунок нитей по всему телу и то, что я увидела, мне не нравилось, как и достопочтенным лордам здесь присутствующим. Отвела ладонь немного в сторону, открывая обзор на плечо. Вот оно! Сейчас была четко видна крошечная черная точка, проникающая глубоко в тело герцога Адама Лирье и уже там глубже, в мышцах, а не под кожей расцветал небольшой черный цветок, от которого тянулась толстая черная нить на живот. Что мы имеем? Цветок на плече, более большой цветок на животе от которого расползались длинные нити по всему телу и на кончике каждой из этих нитей, готов расцвести новый цветок! Лечение стоит начинать прямо сейчас, сначала вырвать цветок с плеча, а затем приступить к животу. Я думала и с горестью, рассматривала лицо старшего герцога, в уголках его глаз на лбу возле складок носа уже появились крошечные морщинки, виски покрылись благородной сединой — сильный, волевой мужчина, у меня должно получиться! А Калем в это время тихо переговаривался с Роланом:

— Я убью ее, — с яростью шипел младший герцог.

— Лучше допросить, — бросила я через плечо, не отрывая взгляда от старого герцога. Когда оба мужчины замолчали, уставившись на меня, перевела взгляд на них. — Вы же не думаете, что это все затеяла простая швея? Она, скорее всего, обычная жертва обстоятельств. Мало ли чем ей угрожали, заставив совершить такое. Не думаю, что это вопрос денег ведь вашего отца окружали проверенные люди.

— Она права, — согласился со мной Калем.

Роланд еще раз выругался, погасил пульсар, в помещении резко потемнело, а мужчина от злости сжал ладони в кулаки.