До Тай-Луна доходили слухи о последнем представителе свергнутой династии, сумевшем сбежать с Фарландских рудников, но то, что тринадцатилетний ребенок умудрился пробиться через Прикарденский лес и выжить в этих горах, даже представить себе не мог.
— Как погиб Беллаххх и какое участие во всем этом принимал лично ты? — продолжил допрос Тай-Лун.
— Меня нанял в проводники некто Эрн, придворный маг узурпатора, захватившего трон моих предков… — начал свой рассказ Клод Карденский.
На этот раз наследник Фарландского престола был предельно откровенен и излагал события шестнадцатилетней давности с жестокой честностью, не пытаясь заретушировать самые неприятные моменты охоты на Беллаххха. При этом он не делал ни малейшей попытки выгородить лично себя, прекрасно понимая, что его доля вины во всем произошедшем все-таки есть. Именно он вел отряд на дракона, отлично зная, зачем они на него идут, хотя и не верил в успех экспедиции и был убежден, что обратно вернется один с честно заработанными в этом походе деньгами. В принципе так и получилось. Правда, вернулся в Дагар он уже не один…
— Ну и что ты так об этой девочке печешься? — задумчиво спросил дракон. — Ты изъял из пещеры груду золота, обеспечил себе безбедную жизнь. А девочка? В конце концов, она не твоя дочь…
— Нет! Она моя дочь! — вскипел князь. — И мне плевать на то, что она дракон! Она — моя дочь! И больше я знать ничего не хочу! Она единственный по-настоящему близкий мне человек, и я пойду на все, чтобы вернуть ее обратно! А то, что она дракон, еще надо доказать. По крайней мере я ни разу не видел ее в драконьей шкуре.
Тай-Лун задумчиво смотрел на разбушевавшегося князя. Мстительный блеск в глазах старого дракона уже давно потух. Перед ним стоял убитый горем отец, лишившийся своей дочери, и он его прекрасно понимал.
— Так ты хочешь вернуть ее в обмен на Книгу Бытия Драконов?
— Да, — твердо ответил Клод.
Тай-Лун задумался. Теперь он попал в затруднительное положение. В принципе драконьему племени книга не так уж сильно и нужна, но в нее, помимо данных о поиске Всевидящего Ока, занесены и магические заклинания. Все, что вспомнили из школьной программы первые драконы, еще подростками заброшенные в этот мир. Нельзя, чтобы они попали не в те руки. И отдавать за нее Спасительницу, которой у него к тому же нет… вот если бы за Око…
— Я согласен. — Тай-Лун внезапно улыбнулся. В его мудрую голову пришла отличная идея. — Ты получишь назад свою дочь, но только в том случае, если вместе с Книгой Бытия Драконов доставишь в Заповедную долину Всевидящее Око.
— Что? — возмутился князь. — Ты ведешь игру нечестно! Да я… я даже не знаю, что это такое, и где это Всевидящее Око искать!
— Мы тоже не знаем, где его искать, — тяжко вздохнул Тай-Лун. — Мы можем только предполагать. А что оно собой представляет, расскажу. Всевидящее Око имеет вид сиреневого кристалла величиной с драконье яйцо. За три тысячи лет мы исследовали практически весь этот мир. Осталось непроверенной совсем маленькая область в районе замка Сикорсвиль.
Клод Карденский вздрогнул. Замок Сикорсвиль. Замок, в котором прошло его детство.
На герцога Корнелиуса Сикорского нахлынули воспоминания. Перед его мысленным взором ярко встал тот проклятый день. День, который свел его с сиреневым кристаллом и навсегда изменил его жизнь…
— Нет! В саду в прятки играть неинтересно. Кусты, деревья да трава. Скукотища! Давайте в замке прятаться! — азартно предложил гостям маленький Корнелиус.
— Ну да, — шмыгнул носом белобрысый паренек, — как же, нашел дураков. Ты в своем замке так запрячешься, что нам за сто лет не найти.
— Да брось, Ллекто! Зато весело, — поддержал юного герцога Вит, тряхнув своими иссиня-черными волосами. — Помнишь, как в прошлый раз мы его из спальни маркизы вытаскивали?
— Еще бы, — хмыкнул Алекто. — Мама была в шоке. Только, говорит, прилегла отдохнуть, а из-под кровати такой визг пошел, что она со страху чуть с балкона в одном пеньюаре не выскочила.
— Кто ж знал, что кровать под ней так прогнется, — начал оправдываться Корнелиус.
— Предлагаю в спальнях больше не прятаться, — степенно сказал Джакобо.
— Идет. Чур, я первый считаю! — И, не дожидаясь согласия гостей, Корнелиус скороговоркой отбарабанил считалку, тыкая пальчиком поочередно в друзей, чьи родители сейчас решали какие-то важные вопросы, запершись в кабинете отца:
За одним столом сидели
Герцог, граф, барон, маркиз.
Они выпили по рюмке,
И один из них раскис.
Палец Корнелиуса уперся в Джакобо.
— Тебе водить!
— Так нечестно! — возмутился Джакобо. — Ты специально с Алекто начал, чтобы в меня попасть.
— Поздно, барон! — Корнелиус с Витом и Алекто уже неслись в сторону замка. — Считай до ста!
— Один, два, три…
— Где прятаться будешь? — на бегу спросил Корнелиуса Вит.
— Ну уж точно не в спальне маркизы, — успокоил друга юный герцог. — Есть у меня одна идейка. Такое место — закачаешься. Там он меня ни за что искать не догадается.
— Можно, и я с тобой? — начал напрашиваться в напарники Алекто.
— Да ты хрипишь, как загнанная лошадь! Он по твоему сопению нас сразу найдет. Прячься лучше на кухне, маркиз, или в чуланчике рядом с кухней. Там за метлами можно так захорониться, что до утра никто не найдет.
— А почему до утра?
— Утром служанки за метлами придут уборку делать.
— А мне где схорониться? — спросил Вит.
— Под стол лезь в гостевой. Там скатерка до пола спускается.
— Понял.
Друзья герцога поднажали, первыми ворвались в замок и помчались прятаться в указанные Корнелиусом места. Вслед резвящейся молодежи с улыбкой смотрели слуги, с деланой укоризной качая головами. Корнелиус у самого входа в замок оглянулся, чтобы проверить, не кинулся ли раньше времени вдогонку хитрый барон. Джакобо стоял на том же месте, где они его оставили, и честно считал до ста, а в распахнутые ворота замка влетали всадники с обнаженными мечами в руках. Но этому факту Корнелиус значения не придал. Мало ли зачем вооруженный отряд въезжает в его родовой замок? Главное сейчас — успеть спрятаться понадежней. Юный герцог вихрем промчался мимо слуг и во весь опор понесся в сторону северной башни. Она пустовала уже давно, очень давно, и камины там не разжигали не одну сотню лет, так что спрятаться в одном из них можно было без риска запачкаться в золе, а уж искать его в проклятой башне точно не догадается никто. С тех пор как триста лет назад предок Корнелиуса перенес столицу Фарландии в Тавер, оставив родовой замок своим дальним родственникам, северная башня замка, в которой жил когда-то император, стала очень негостеприимной. Веяло от нее такой жутью, что даже слуги туда боялись заходить. Не любили там бывать и родители юного герцога, а вот Корнелиуса туда тянуло как магнитом, и он часто прятался там, но папа с мамой всегда его находили и вытаскивали оттуда за ухо, чтобы поставить в угол отбывать наказание за очередные проказы.
Корнелиус ворвался в северную башню, не утруждая себя беготней по лестнице, ведущей на верхние этажи, кинулся к ближайшему камину и с ходу запрыгнул внутрь.
Замок словно ждал этого момента, чтобы взорваться ревом нападающих и испуганными воплями слуг.
— Измена! — донесся до Корнелиуса яростный вопль отца.
Замок огласил лязг мечей. Это в бой вступили застигнутые врасплох гости и немногочисленная охрана герцога Эдварда Сикорского.
— Только не детей, умоляю! — крик маркизы Вариэльской сменился предсмертным хрипом.
Дикий, необузданный гнев, несвойственный разуму восьмилетнего малыша, затуманил мозги. Корнелиус выпрыгнул из камина, намереваясь ринуться в бой и прямо так, голыми руками и зубами рвать врагов, осмелившихся поднять руку на его родителей, но неведомая сила схватила его и швырнула обратно, впечатав в заднюю стенку камина. Локоть малыша больно ударился о выступ каминной кладки. Стенка камина раздалась, и юный герцог покатился по пыльному полу потаенной комнаты, о существовании которой и не подозревал. Но упрямства Корнелиусу было не занимать. Он упруго вскочил на ноги и вновь бросился к выходу, однако перед ним выросла стена, отсекая юного герцога от внешнего мира. Корнелиус набросился на каменную кладку и начал молотить по ней своими еще слабыми, детскими кулачками, но она не поддавалась. По щекам малыша катились слезы бессильной ярости и чисто детской обиды.
«Рано, хранитель, — пошелестел в его голове чей-то тихий сочувственный голос. — Ты не готов. Твоя битва еще впереди».
На стенах тайной комнаты замерцали сиреневые сполохи. Корнелиус рывком развернулся. В самом центре комнаты в воздухе висел сиреневый кристалл. Слезы на щеках юного герцога высохли сами собой. Он сделал шаг вперед, и кристалл сам прыгнул в его руки. Сознание Корнелиуса помутилось…
Очнулся он уже в разгромленной гостиной замка. Юный герцог приподнялся на локте. Вокруг лежали окровавленные тела гостей и его родителей, между которыми ходили воины в серых одеждах, добивая мечами раненых.
— О! Еще один! Откуда он тут взялся?
Над Корнелиусом взвился меч, но один из воинов ударом ноги отбросил своего товарища в сторону.
— Хватит крови!
— Ты что, с ума сошел? — Сбитый с ног воин вскочил на ноги.
— Хватит крови, я сказал! Убивать детей я не подписывался! Не хочу, чтоб моя душа досталась Проклятому.
