Елена Шатилова – Призрачная кровь 2 (страница 47)

— О, господин граф, Сергей Павлович, рад личной встречи, — улыбчивый мужчина быстро поднялся и направился к брату, чуть ли не на ходу протягивая руку. — Госпожа графиня, — сделав масленое лицо, поцеловал мою протянутую руку. — Рад, очень рад, присаживайтесь.

Представление присутствующих не затянулось надолго. Отец Дмитрий Игоревич, мать Дарья Семёновна, две дочери, одну из них я знала и их юрист, Аристарх Моисеевич, но меня не покидало чувство, что по совместительству и бухгалтер, хотя, возможно, сработали стереотипы.

— Я очень впечатлился рассказом дочери, а она знает толк в блюдах, особенно выпечки. Всё, что она советует, пользуется повышенным спросом. А когда Ирина сказала, кто хозяин сего замечательного рецепта, то я согласился без оглядки. Ваше замечательное семейство Юсуповых во второй раз сулит мне прибыль — это знак! — он по-особому с огоньком посмотрел на Сергея. Очень надеялась, что не будет сватать своих дочерей. Младшая, чуть старше меня, не сводила с него глаз, да и Ирина тоже смотрела с интересом.

В комнату вошли два официанта, один принёс закуски, второй нашу коробку с пирогом и поставил на край стола.

— Это то, о чём я думаю? — Дмитрий Игоревич поднялся и подошёл к коробке и принюхавшись, открыл.

Я была не права, сомневаясь, Марфа не оплошала, выполняя заказ. Я убедилась в этом, съев кусочек от второго, моего пирога.

И сейчас румяный ароматный красавец на белоснежной тканой салфетке с родовым вензелем Юсуповых, предстал пред наши голодные очи.

Коннозаводчик вздохнув своей очень широкой грудью, потянулся к поясу и достал оттуда здоровенный нож, вытер его салфеткой со стола и чуть ли не высунув язык, стал резать пирог. Отделив один кусок, он тут же поднял его и поводив перед носом, смачно откусил.

— М-да, — прожевал и причмокнув, выдал он. — Великолепный экземпляр. Тесто и правда отдаёт пломбиром, но это фантастически вкусно в сочетании с солёной начинкой, а специи добавляют изысканной нотки. И подавать будем вот также на салфетке, только с нашим вензелем.

— Только не надо отправлять в отставку тот пирог. Лучше подчеркните разницу. Этот на красивом блюде с салфеткой, а тот на деревянной доске с ножом, завёрнутым во льняное грубое полотенце, — вставила я, картинка с подачей всплыла перед глазами, скорей всего я просто такое где-то видела.

Дмитрий Игоревич замер, не успев откусить второй раз.

— А это мне очень по душе. Я и не собирался списывать его, но с вашей идеей мы дадим ему вторую жизнь, долгую и успешную. Приступим, господа! Хочу завтра же подать его у себя в ресторане.

— Надо ещё посуду прикупить для подачи, — вставила слово Дарья Семёновна, вожделенно глядя на выпечку.

— Ух, еле выдержал! — Сергей сел за руль, откинулся на сидение и нервно хохотнул.

— А что тебе не нравится? Большое количество мужиков, на твоём месте, прыгали бы от счастья, аж две девки на выбор… — я не удержалась и рассмеялась. — Но без шуток. Воспринимай это тоже как этап в развитии. Чем ты выше будешь подниматься, тем больше тебе будут подсовывать невест.

— Я хочу быстро и в одни нежные ручки, — брат криво улыбнулся. — Спросишь у Александры, как она ко мне отнесётся как потенциальному жениху?

— Ты на что меня толкаешь?

— На содействие в счастье своему любимому братишке, — скорчив смешную гримасу, Сергей ущипнул меня за щеку.

— Быстро в любом случае не получится… Деньги забери, — перешла на другую тему. — Отдашь Марфе её часть, а остальное на мелкие расходы, — достав из пресса банкнот несколько мелких, отдала остальные брату.

— В твоём возрасте я думал, что на такие деньги можно жить безбедно несколько месяцев, а ты на мелкие расходы… — Сергей хмыкнул и забрал.

— Меня избаловали крупные суммы, так что не бузи. Давай, отвези меня и проваливай, тебе ещё работать, — кивнула в сторону папок.

Коробку доставили ко мне в квартиру по прежнему сценарию. Несмотря на недавний обед, решила выпить кофе. Моя банка заканчивалась, надеюсь, Саша подсуетилась и нам не придётся пить обычный из магазина. Не идти же мне с этой просьбой к Рокотову?

Постучала к ней в комнату, послышался шум, она что-то уронила. Потом дверь всё же открылась.

— Пошли попьём кофе с пирогами, — предложила я.

— Ага, — сказала подруга, держа руку за спиной, явно что-то пряча. — Сейчас, — она стала прикрывать дверь, что выглядело очень странно, никогда так не делала. А ещё я заметила знакомую коробочку на столике. Конфеты, мне их брат покупает, и сейчас такие же стоят на столе рядом с пирогом.

Не стала ей ничего высказывать, я догадывалась, что она прячет — письмо от Сергея. Вот, значит, что он предпринял? И когда успел?

Пока Александра заметала следы в комнате, а, возможно, просто дочитывала письмо, я готовила нам кофе.

Пришла она в гостиную порозовевшая от эмоций, глупое счастливое выражение на лице.

Села, пригубила кофе.

— Он тебе нравится? — спросила напрямую.

— Кто? Зачем? — Саша ответила так, словно её поймали на воровстве.

— Сергей.

— Ты заметила? — подруга сидела и блымала глазами.

— Я думаю, и отец твой заметил. Хочу начать с неприятного. Не перебивай, — остановила я открывшую рот Александру. — Он тебе не ровня, и твой отец не разрешит вам общаться, а тайком это делать не стоит. Твои слова о том, что как скажу, так и будет, просто слова. Надо посмотреть на это трезво, пока вам не снесло голову.

— Да я… Так это взаимно? — Саша, видно, меня не слушала, сидела и мучила пирожок, отламывая от него по крошке.

— Пока это не имеет значения.

Я постаралась объяснить, в чём препятствие: про чёрную кровь и про неравенство положения, и отсутствие у нас денег — ничего не скрыла.

— Поставь себя на место отца…

— Он должен понять, что главное — это чувства! — подруга гнула своё.

— Для него, твоя влюблённость к Сергею ровна увлечением к, например, булочнику… мой брат, просто помощник адвоката и не маг.

— Я будущий дипломат, у меня хорошая перспектива…

— Да, у тебя… Такой мужчина, как Сергей не захочет ходить под женой. Или ты сломаешься, или он… Любовь, в данном случае, не спасёт, кому-то придётся собой пожертвовать, и ты знаешь, кого я в этом случае буду поддерживать, — было жёстко, но пусть она услышит это от меня, чем потом корить себя за несбыточные надежды.

— И что мне делать? Настя, брат твой, запал мне в душу, — у Александры навернулись слёзы. — И я ему… он мне письмо написал, — она поднялась, видно хотела принести его.

— Нет, читать не буду, это личное. В брате я уверена, если ты ему мила, он сделает всё, чтобы твой отец позволил вам общаться и в дальнейшем принял его как жениха.

От моих слов у Саши сделалось такое дебильное лицо, что хотелось встряхнуть её.

— Но от него мало что зависит на данном этапе. Надо, чтобы твой отец воспринял его как потенциального зятя, и в этом ты должна помочь Сергею.

— Как? — подруга встрепенулась.

— Ну для начала рассказать…

— Какие ему нравятся парни? Заботливый, и чтоб меня любил…

— Саша, ты брось эти инфантильные штучки! — пришлось слегка повысить голос, чтобы вернуть её на землю. — Это он говорил для тебя, а замуж ты выйдешь за того, кого он выберет.

Девушка замотала головой, видно было, что ей вбивали абсолютно другое. Я бы, может, и поверила, что отец ей реально разрешит выйти за любимого, будь он хоть конюхом, но такое бывает только в сказках. В действительности, её отец жёсткий, властный, и всё будет, как он скажет.

— Вспомни, может, он кого-то упоминал с оговоркой, «вот бы тебе такого мужа».

— Не припомню… хотя.

Нас прервал стук в дверь, следом раздался звонок. На пороге стояла Ирина, с пакетом, судя по запаху еда.

— Я на чай, можно?

Мы посторонились. Прошли в гостиную. Поставила чайник, заново сделала кофе, уже три порции.

Пампушка была нетипично молчалива, я подозревала, почему, ещё одна втюрилась. Не удивлюсь, что после того, как братец постоял у ворот, найдётся ещё парочка девчонок, которые будут засыпать в думах о милом красавчике.

— Настя, я вот что хотела спросить, — начала Ирина. — У твоего брата есть невеста? — на её слова Саша замерла и перестала дышать.

— К сожалению, есть, — улыбнулась. На Александру смотреть не стала, так как Ира не сводила с меня взгляд.

— Жаль. А у них точно всё серьёзно? У меня приданное большое, — девушка уже напрямую предлагала себя. — Мы, конечно, не настолько родовитые, но тоже не из простых…

— Ира, там всё серьёзно, — я отрицательно покачала головой. Даже если бы он был один, то пришлось врать, не говорить же, что она просто не в его вкусе, совсем далека от идеала, и никакие деньги этого не компенсируют.

Разговор не шёл, девчонки томились в думах, а меня начали подбешивать страдальческие вздохи. Поэтому допила кофе и, сославшись на внезапную головную боль, ушла в комнату. Надо было обдумать сложившуюся ситуацию.

Что я, верней мы, можем предложить крупному банкиру, чтобы он воспылал отцовской любовью к Сергею? Пока ничего. Но предположить, каким должен быть муж Саши, могу.

Крепкий семьянин, у Шуйских большая семья и судя по рассказам Александры, с правильной иерархией. Здесь я могу ручаться за Сергея. Он будет хорошим главой и детей любит. Пожалуй, это всё, что мы можем предложить.

Денег — нет. Имени — нет. Уважения в обществе — нет. Если денег можно заработать, как и имя, то уважение в обществе формируется поколениями. Здесь не получится это сделать в отрыве от семьи. Если отец гнилой, то сыну отмыться сложно.