Елена Шашкова – Кольцо богини смерти (страница 11)

В воздухе ощущалось дыхание богини смерти. После двух лет тесного общения с Шерил, я научился его чувствовать.

Виктор Павлович взял жену за руку. Его глаза наполнились слезами.

Я подошел с другой стороны. Осторожно сжал тонкое запястье, сосредоточился.

Она действительно одной ногой уже на другой стороне. Служанки богини смерти почти закончили плести черный саван из нити ее жизни. Придется прервать их работу.

Энергия из моих пальцев заскользила по венам, восстанавливая поврежденные ткани, наполняя силой ослабевшие мышцы, заменяя больные клетки здоровыми.

Когда процесс подошел к концу, я попросил Виктора Павловича отключить аппарат жизнеобеспечения и достать из горла зонд.

Он несколько секунд колебался, но потом с уверенной улыбкой выполнил просьбу.

Грудь больной немного приподнялась. Она сделала глубокий самостоятельный вдох, выдохнула.

Все еще держа руку на запястье, я чувствовал, что ее пульс бьется ровно и четко. Приводить в сознание пока не стал. Чтобы быстрое выздоровление не выглядело слишком уж подозрительно.

В палату вбежали взволнованная постовая медсестра и дежурный врач. После отключения приборов, сработало оповещение о том, что в палате N5 произошел сбой в системе жизнеобеспечения.

– Виктор Павлович, Алексей Михайлович, что Вы сделали?! – воскликнула онколог.

– Екатерина Викторовна, пациентке стало лучше. Посмотрите, она уже может дышать самостоятельно, – спокойно ответил я, обволакивая магией каждое свое слово.

– Вижу, – подтвердила она. – Но Вы же понимаете, что не имеете полномочий так поступать. Я отвечаю за больных.

– Виктор Павлович будет осуществлять уход за супругой дома. Подготовьте все необходимые бумаги. Пожалуйста, побыстрее.

– Хорошо, – быстро согласилась Екатерина Викторовна. – Документы будут готовы примерно через пятнадцать минут.

Врач вышла. Удивленная медсестра последовала за ней.

– Вы часто такое проделываете? – восхищенно спросил коллега.

– Постоянно, – честно ответил я и снова взял больную за запястье. – Вашей супруге уже ничего не угрожает, не переживайте по поводу оставшейся худобы и бледности, работа специально не доделана до конца, чтобы выздоровление не выглядело слишком фантастическим. Через три – четыре месяца, здоровье полностью восстановится.

Бледные веки Людмилы дрогнули. Она медленно открыла глаза, посмотрела на мужа, прошептала:

– Витя.

Тот упал на колени, прильнул к худой руке.

– Здравствуйте, – она обратила внимание на меня.

– Алексей Михайлович совершил чудо! Он… применил новый способ лечения, который тебе помог, – быстро исправился коллега после того, как поймал мой суровый взгляд.

– Спасибо, – поблагодарила Людмила.

Я смотрел на счастливую пару и впервые за долгое время почувствовал, как на душе стало тепло. Губы как-то, само собой, расплылись в улыбке. Внезапно из дальних уголков сознания накатила жажда. Та, которую не утолить несколькими глотками крови, требующая всю сущность целиком. Видимо, на исцеление от рака ушло слишком много энергии. Макрос хотел получить свою награду. Я невольно напрягся.

– Алексей Михайлович, с Вами все в порядке? – резкая перемена настроения, не укрылась от внимательного коллеги.

– Все хорошо. Наверное, это из-за усталости. Мне просто надо отдохнуть. До свидания.

Я быстро вышел в коридор.

Коллега догнал у лифта и придержал за плечо.

– Вы потратили много сил, – сказал он, тоном человека, который уже понимает суть игры. – Возьмите их у меня. Пожалуйста, я очень хочу помочь. Теперь я Ваш должник на всю оставшуюся жизнь.

– Вы мне ничего не должны. Своими поступками я оплачиваю собственный долг. Если, что звоните. Я всегда на связи.

Пока Виктор Павлович переваривал услышанное, двери лифта открылись, и я шагнул внутрь.

– Алексей Михайлович, еще раз огромное спасибо от всей нашей семьи! – выкрикнул коллега на прощание.

Снова переодевшись в подсобке, я открыл портал и вернулся на Глок в комнату для гостей. До утра есть еще пара часов, но теперь жажда не даст сомкнуть глаз. Ее нельзя проигнорировать, только слегка притупить. Придется мучаться нервным расстройством и бессонницей до того момента, как представится возможность удовлетворить свои чудовищные потребности.

С ужина осталось немного местного вина, довольно неплохого на вкус. Я опустошил бокал, затянулся сигаретой и попытался отвлечься от сверлящего мозг желания, размышлениями о начатом расследовании.

У дальней стены сгустился мрак. Спустя несколько секунд из темноты выступили две фигуры. В одной я сразу узнал Шерил. Она была в своем рабочем обличье: бледное, застывшее, словно гипсовая маска лицо, черный балахон. Рядом шел взволнованный мужчина лет шестидесяти в классическом сером костюме-тройке, белой рубашке и галстуке в полоску. Одной рукой богиня смерти обнимала его за талию, а другую держала у левого бока, так, будто это был пистолет.

– Доброй ночи, дорогая, – приветствие прозвучало вяло. Собственно, я и не собирался скрывать, что не рад видеть свою супругу. У нас были честные отношения, а как иначе, если для нее все мои мысли и чувства, словно на ладони.

– Собралась к тебе в гости и поняла, что ты немного не здоров, вот захватила лекарство, – ласково сказала она, шевеля только губами. Лицо оставалось неподвижным. Даже глаза не моргали. В первый раз это зрелище произвело на меня сильное впечатление, но сейчас, казалось вполне рядовым, а вот смысл сказанных слов дошел не сразу.

– Хочешь, чтобы я его поглотил?

Она с улыбкой кивнула.

– Знаешь же, что я не трогаю простых людей.

– Поверь, дорогой, этот, как ты выразился, простой человек, виноват в смерти стольких жителей Земли, что даже чёрный маг высшей категории с ним не сравнится. К тому же он ещё две минуты назад должен был умереть от инфаркта. Держу специально для тебя.

Только сейчас я обратил внимание, что костлявая рука Шерил не просто упирается мужчине в бок. Тонкий указательный палец, проткнув пиджак, был полностью погружен в тело, аккурат в районе сердца.

– Насчет его сущности тоже можешь не беспокоится. Открою маленький секрет. Всё поглощенные тобой души после твоей смерти освободятся и отправятся туда, куда им и положено. Жить тебе осталось, максимум, лет 40-50. Человеческие годы, для богов – минуты. Никто и не заметит, что несколько сотен душ немного запоздали в дороге. Если, конечно, целенаправленно не указать на нарушение. Поверь, мои слуги на такое не решатся.

Мне всегда было интересно, как же Шерил оживила Камелию. Теперь понятно. Душа бывшей жены просто стала одной из запоздавших.

Тонкие губы богини смерти скривились. Не тех мыслей она ожидала от своего раба.

– Мне нравится, что ты ведешь себя со мной так, словно забываешь с кем имеешь дело, – холодно произнесла она. – Но у всего есть границы.

– Прошу прощения, Великая госпожа, – я опустился на колени, смиренно склонил голову.

– Решай быстрее, – сказала Шерил уже спокойнее, но подняться не позволила.

Что строить из себя невинность, когда руки по локоть в крови. Муки совести придут потом. Сейчас балом правит лишь жажда.

Кинжал, выскользнув из ножен, точными движениями перерезал вены испуганному мужчине. Все это время он нервно озирался по сторонам, наверное, думал, что попал в ад.

Жертва замерла, как статуя. Алые струи, извиваясь поплыли в мою сторону, впитываясь в распахнутые ладони, лицо, губы. Мозг накрыло волной наслаждения. Хотелось застонать от удовольствия, я из последних сил сдержал столь неизменный порыв.

Глаза Шерил блестели. Она явно затеяла эту игру в качестве прелюдии.

Тело мужчины бледнело, теряло очертания, растворялось в пространстве. С последней каплей крови, исчезло совсем.

Я продолжал сидеть неподвижно, наслаждаясь растекающейся по венам энергией. Тело горело. Голова шла кругом. Сердце бешено колотилось.

Лицо Шерил приобрело естественную подвижность, щеки зарумянились, губы налились цветом, волосы рассыпались по плечам золотистыми локонами. Бесформенный балахон сменился длинным, нежно-голубым, облегающим шелковым платьем с узкими бретелями.

Тонкими, уже человеческими пальцами, она взяла меня за подбородок, царапнув длинным, острым ногтем, приподняла голову, пристально посмотрела в глаза.

– Можешь встать, – сказала властно.

Я молниеносно схватил ее за запястье, резко дернул вниз, повалил на бок, перевернул на живот, сел сверху.

Ее лица не было видно, но на нем, наверняка, играла улыбка. Сегодня ночью она получит, того, кого хотела.

Наклонившись к белоснежной шее, я одним движением разорвал тонкий шелк платья, чувствуя, как из верхней челюсти прорезаются клыки.

***

Разбудил осторожный стук в дверь. Шерил рядом уже не было. Вместе с ней исчезли и все следы нашей бурной деятельности. Произошедшее казалось жутким ночным кошмаром.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».