Елена Шагако – Лесная корона (страница 9)

– Не говори ерунды! – Наталья резко отодвинула стакан.

Лариса поддела вилкой кусочек помидора.

– А что… Правда ведь. Я побоялась бы.

Рина поймала себя на мысли, что она согласна с Елизаветой и Ларисой. Хотя такому месту, как «Лесная корона», очень шел этот мрачный флер преступления, как бы жутко ни было это осознавать.

Наталья выглядела задетой. Ее изящная расслабленная поза сменилась более собранной, словно пружина, готовая распрямиться.

– Девушки, я немного знаю Сергея, мы виделись на бизнес-форуме в Москве, еще когда Вероника была жива. Поверьте, этот человек не способен на… такое. Он честный и не стал бы скрываться, если бы подобное случайно произошло.

Елизавета тихонько хихикнула.

– Все новые и новые подробности ваших знакомств, дорогие. Кто следующий? Может, маленькая Рина знает губернатора?

Все повернулись к ней, кто с улыбкой, а кто в напряжении, но Рина не нашла ничего иного, кроме как тихо ответить:

– Нет.

Елизавета вскинула брови и отвернулась, а Лариса поспешила сменить тему:

– Все вы о мрачном да о мрачном. Давайте лучше прогуляемся и посмотрим природу! Я до сих пор не видела беседку, а там ведь есть бинокль, тем более сегодня солнечно, долина будет во всей красе.

Возражений не поступило. Похоже, прогулку планировали заранее.

Рина первая управилась со своим обедом и, дожидаясь остальных, откинулась в кресле, ощущая, как тепло от горячего супа расходится по телу.

На улицу Рина вышла раньше всех и сразу пошла за угол, чтобы перекурить. Но не успела. Вышли Лариса с Натальей, а следом и Елизавета. Поймав презрительный взгляд Елизаветы, Рина поспешила затушить сигарету, хотя и не чувствовала за собой никакой вины.

– Ну что, к беседке? – Лариса потерла руки в пушистых шерстяных варежках.

Она выглядела забавно: чисто йогиня «на выгуле» – толстые узорчатые лосины, дутая пастельно-зеленая куртка, полосатая шапка с помпоном и огромный белый шарф. Однако все вместе это выглядело очень стильно, чего Рина не могла не отметить про себя. В отличие от Ларисы Наталья выглядела максимально изящно и лаконично: светло-серый лыжный костюм, легкая розовая шапочка и розовые же перчатки. Ну а Елизавета надела клетчатое зимнее пальто, заменив шапку капюшоном, – как казалось Рине, совсем не по погоде.

Наталья вдохнула полной грудью морозный воздух, раскинув руки в стороны, прежде чем ответить:

– К беседке!.. Девочки, какой чистый воздух!

Рина задышала глубже, постепенно расплываясь в улыбке. Она подняла лицо кверху и, зажмурившись от ослепительного солнца, чихнула.

– Будь здорова! – сказали ей хором.

И она не смогла удержаться, чтобы не засмеяться, почувствовав, что именно этого ей не хватало уже очень давно – солнца и морозного, чистого свежего воздуха.

Удивительно, но тут, хотя это и горный регион, снега оказалось намного меньше, чем в ее родном городе. Из фильмов Рина запомнила, что в горах всегда снежно, ветрено и туманно. Здесь же все было иначе – светло, просторно и чисто. Даже во время снегопада ничего не менялось, разве что солнце пряталось за тучами.

Горы внушали трепет и ощущение постоянства, доверия: все в них было неизменно. Несмотря на непрекращающееся течение жизни, это были все те же горы, что и сто лет назад, и двести. И где-то там, поодаль от человеческого жилья, они жили обычной жизнью, хранили тайны – свои и тех, кто осмелился им довериться.

По пути к беседке почти не говорили, что понравилось Рине. Она не совсем понимала, как общаться с этими женщинами, и ей было легче молчать.

Раньше, когда она еще была в порядке, ей нравилось болтать без умолку. Но потом все переменилось. Говорят, характер не меняется, но вот Рина стала совсем другой.

– Девочки, – голос Елизаветы разрезал прозрачный воздух; все повернулись к ней, – а вы в курсе, что с нами в отеле живет еще одна знаменитость?

У Рины появилось нехорошее предчувствие.

– Я прочитала на woman.ru, – Елизавета лукаво прищурилась, – что с нами здесь поселился знаменитый певец какой-то рок-группы. Якобы это должно оставаться в тайне, но его узнали и выдали. Надо найти!

Наталья усмехнулась и покачала головой.

– Зачем? – спросила она. – Он наверняка тебя лет на десять моложе.

Елизавета хихикнула.

– Вот не надо этого! Мне всего тридцать. А ему двадцать семь, так что все законно…

– А ты, милочка, не забыла, зачем сюда приехала? – по-доброму спросила Лариса. – Кто-то недавно твердил о переизбытке мужчин на квадратный сантиметр сердца.

Наталья засмеялась, а Елизавета заметно покраснела. Рина же изо всех сил прятала улыбку, но все равно поймала на себе недовольный взгляд и постаралась быть сдержаннее.

Безусловно, ей тоже стало интересно, что за певец такой. В их группе мужчин нет. Значит, он в одной группе с Антоном. Но спрашивать неудобно. Да и надо ли? С другой стороны…

Рина вспомнила, как заметила в соседнем номере гитару, но ведь это не показатель. Внешний вид…

Если все так, то ей стоило бы трепетать от восторга, но почему-то не получалось.

– Лизок, – Наталья потрепала подругу по плечу, – я за тебя. Хоть ты и нимфоманка, но рок-звезда того стоит. Крайст потом тебя подлатает, не зря же такие деньги отданы.

Елизавета открыла было рот, чтобы ответить, но захлопнула его, и Рина обрадовалась: они собрались любоваться природой, а не мужиков обсуждать.

Наконец дошли до беседки. Лариса настойчиво подхватила Рину под руку и потянула к большому биноклю.

Беседка располагалась у крутого спуска с горы, больше похожего на обрыв. Правее, в сторону домиков, склон становился более пологим, и вниз, петляя меж деревьев, уходила дорожка из следов снегоходов. Снег искрился и совсем слепил бы глаза, но темно-зеленые кроны сосен позволяли глазам отдыхать и любоваться изрезанной коньками и досками кайтсерферов гладью озера, где мелькали черные точки – люди, снегоходы, парашюты, именуемые кайтами.

Наверняка там были и недавние знакомые Рины – веселая активная троица, любящая вечерами пить вино у печки. Они просто веселились, наслаждались жизнью и были счастливы.

Рина хотела бы оказаться среди них, но она больше не может заниматься рискованными видами спорта: голова повреждена. И из-за чего? Из-за кого?

Лариса молча стояла рядом, ожидая своей очереди у бинокля. Она проследила за взглядом Рины и легко потрепала ее по плечу, отчего та вынырнула из своих мыслей.

– Неужели я оторвала тебя от друзей? – спросила она, поджимая губы. – Могла бы и догадаться. Видела, как ты вчера уходила с лыжниками.

– Они не лыжники, – коротко ответила Рина, – и не друзья мне.

Лариса вскинула брови.

– Прости, я всего лишь предположила. И ты знаешь этого рокера, да? Он ведь твой сосед.

Рина удивленно посмотрела на женщину.

– Ну, милая! – Лариса покачала головой. – Мне хоть уже давно не тридцать, но я могу отличить знаменитость от обычного человека. К тому же моя племянница постоянно сохраняет его фото у себя в телефоне.

Рина хмыкнула и хмуро посмотрела себе под ноги. Она была благодарна Антону за помощь ночью, но теперь ведь не сможет даже нормально с ним поговорить. Одно дело – говорить с соседом, бывшим наркоманом на реабилитации, и совсем другое – с певцом, чьи фото девочки сохраняют себе в телефоны.

– Вы уверены? – переспросила она недоверчиво.

Лариса пожала плечами.

– Вчера я взяла у него автограф, так что…

– Охренеть!

Лариса засмеялась.

– Что, прости?

Рина, выставляя вперед ладони в извиняющемся жесте, улыбнулась.

– Я с ним разговаривала… – у нее невольно вырвался смешок, – утром. С виду обычный парень.

Когда Лариса улыбалась, на ее лице появлялось множество тонких морщинок. Рина поймала себя на мысли, что они совсем не портят ее, а даже красят, особенно в сочетании с яркой шевелюрой.

– Эй! – Елизавета бесцеремонно вторглась в разговор. – Кто-нибудь хочет кофе? Можем взять в отеле и продолжить.

Рина еще раз взглянула на долину, где мельтешили точки-люди, и сказала:

– Пожалуй, я пойду.

Елизавета закатила глаза и подбоченилась.