Елена Северная – Исцеление любовью (страница 14)

— Кати, милая, не слушай этого гада, он тебе наобещает, а потом сплавит в академию. Там полно парней и все они озабочены не только учебой.

Торен решил не отставать.

— Кати, детка, — он взял другую руку девушки, — я обещаю тебе, что в академию ты пойдешь уже подготовленная, тебе нечего бояться! А парни…Мы предупредим ректора, что хвосты всем поотрываем! Ничего не бойся! Я буду с тобой заниматься! Ты всему научишься!

Катя улыбнулась, покачала головой и написала на бумажке несколько слов.

— «Не давайте обещания, которые не сможете выполнить.» — прочитал маг и возмутился: — Я смогу тебя здесь подготовить!

Катя опять покачала головой и дописала.

— «У Вас скоро начнутся другие проблемы — подготовка к свадьбе.» — Какая свадьба? — недоуменно уставился на неё Торен. — Я, вообще-то женат! И у меня две дочери!

Вейден внимательно следил за Кати и при последнем восклицании мага захохотал:

— Торен! А девушки имеют обыкновение замуж выскакивать! И причем не всегда по плану!

В глазах мага постепенно проявилось понимание.

— У меня будет внук или внучка?

Кати кивнула. Торен постоял немного, как прибитый пыльным мешком, а потом торжествующе поднял палец.

— Что и требовалось доказать!

Он спешно засобирался.

— Вот, что, голуби, вы тут поворкуйте, — Вейден, не забывай, что Кати несовершеннолетняя! — а я быстренько к коменданту и домой! На минутку!

Он подскочил к двери.

— Я им устрою сюрприз! Сам!

Хлопнул дверью и в коридоре вскоре затихли его торопливые шаги.

Вейден с огорчением смотрел на девушку. Он понял, что скоро опять останется один. Чтобы как-то сгладить неловкость он решил сходить на кухню и принести чего-нибудь пожевать.

На кухне его ждал сюрприз в виде небольшого тортика, украшенного розами из взитых сливок — это Наяра расстаралась. Не желая слушать никаких возражений, она всучила ему свое произведение кулинарного искусства и в довесок налила целый большой термос взвара. Вейден еле донес сладкое великолепие и аккуратно поставил на стол в гостиной.

— Кати! Детка! Тебе передали сладкую бомбу!

Он по привычке сразу зашел в спальню.

Кати стояла спиной, она только что сняла голубое платье и хотела примерить другое — ведь они с Тореном вклинились в процесс примерки и не дали девушке рассмотреть все сразу, — и на ней был только черный комплект белья. Вейден понимал, что поступает, мягко сказать, некрасиво, ведь надо было бы выйти из спальни, но ничего не смог с собой поделать — стоял и пялился на юное завлекательное тело и его тело отвечало на соблазнительный вид полураздетой девушки напряжением и увеличением отдельной своей части. Кати обернулась и Вейден со страхом ожидал гнева или страха, чего угодно, но только не этого: девушка сама подошла к нему и прижалась, обняв за шею. Головка уютно устроилась у него на груди и вьющиеся волосы мазнули по подбородку. Вейден заметил, что бюстгальтер немного тесноват и виновато пробормотал:

— Я с размером верха не угадал. Пришлось на руках продавщице показывать, вот и…

Договорить не смог — Кати сама приникла к губам мужчины, неумело и робко.

— Боги, Кати! Я же не железный! — со стоном он прижал девичье тело и стал покрывать одеялом поцелуев лицо, шею, плечи, грудь. Опустился на колени и с упоением целовал теплую впадинку на животе. Кати застонала и тоже опустилась на колени. Вейден целовал её как изнывающий от жажды странник — жадно и глубоко, руки сами путешествовали по телу девушки. Она совсем не боялась, а раскрывалась навстречу, осторожно впуская в себя бешеную ласку изголодавшегося оборотня. С утробным рычанием Вейден задрожал и повалил её на пушистый ковер, подмяв под себя.

Глава 13

Катя.

Катя сняла голубое платье. Какое же оно красивое! И легкое, и мягкое! Как волшебно оно облегает фигуру и спадает крупными фалдами вниз до самого пола! Даже туфелек не видно! С сожалением Катя погладила шелковистую ткань. Очень не хотелось снимать. Но ещё больше хотелось примерить другое — алое, с золотой вышивкой по горловине и кружевной вставкой на груди. Она поправила бюстгальтер — тесноват немного, но ведь Вейден размера не знал, да и она не знала, у Агриппы она вообще такое не одевала, только хлопковые трусики. А тут кружевное, шелковое…

— Кати! Детка! Тебе передали сладкую бомбу! — бархатным голосом позвал Вейден.

Скрипнула дверь и он застыл в проеме. Катя обернулась и залюбовалась мужчиной. Ну до чего же он красив! Она буквально растворялась в нахлынувших чувствах. Но больше всего доставлял наслаждение его восхищенный жадный взгляд. Она ему нравится! Теплым цветочным медом разлилось по душе — он ею восхищается! Сладкой душистой негой наполнялось хрупкое юное тельце. И ничего, что лопатки немного торчат и позвонки можно пересчитать, и ключицы выпирают — он смотрит так, как никто не смотрел. В глазах такое море обожания, что Кати в момент захлебнулась и стало нечем дышать. Он смотрит с чистым мужским интересом, именно с чистым, его не сравнить с теми похотливыми взглядами Анжи, от которых душа уходила в пятки от страха. Сейчас душа Кати парит под потолком, и, если бы не это препятствие, взметнулась бы до самых небес. Не сравнить с теми липкими взглядами, которые сопровождали её на рынке. Глаза Вейдена окутывали теплом и нежностью. От него веяло таким…таким, что хотелось прижаться и ни о чем не думать — только ОН и больше никого! Катя не заметила, как сама потянулась с поцелуем. Робко и стеснительно, ведь она ещё ни разу не целовалась. Черные глаза мужчины вспыхнули золотым огнем.

«Почему черные? Они же у него золотые!» — промелькнуло в голове перед тем, как он резко прижал её к себе и смял рот своими губами. Сла-а-адко! Боги! Как же сладко! Мужские губы обжигали, оставляя на коже драгоценные украшения-поцелуи, а когда они дотронулись до впадинки на животе, ноги подкосились сами собой и внутри взорвались тысячи пузырьков, превращаясь в огненных бабочек, пытающихся вылететь наружу и пробивая себе дорогу внизу живота. Катя уже ничего не соображала, в мозгу стучало только одно: пусть он не останавливается! Пусть освободит её новорожденных бабочек! Отлетел куда-то в сторону тесный бюстик и обнаженную спину приятно защекотал мягкий ворс ковра. Она ощущала тяжесть мужского тела и плыла по небу блаженства. Да, Вейден! Да, любимый! Не останавливайся! Ещё поцелуй! Она выгибалась и стонала в наслаждении. Никогда ещё не было так волшебно! Она пила жаркое, рваное дыхание своего мужчины и не могла насытиться. Теплая мозолистая ладонь смяла грудь до легкой боли, но какая это сладкая боль! А когда губы Вейдена захватили в плен темную вершинку, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Трусики стали мокрыми, а тело сотрясала мелкая блаженная дрожь. Катя рванула ворот рубашки Вейдена и ощутила грудью горячее мускулистое тело. Она впилась ногтями в могучую спину, словно боялась, что он прекратит эти безумные бешенные поцелуи. Сквозь ткань белья Катя почувствовала возбужденную плоть, ей совсем не было страшно, наоборот, она готова была впустить его прямо сейчас, здесь, на этом чудесном ковре. Она обвила ногами его торс и качнулась навстречу вожделенной плоти. Вейден зарычал и рванул кружево трусиков. Наконец-то! Теперь Кате ничего не мешает слиться с ним всей своей кожей. Язык мужчины прошелся по темным кружкам груди, животу, спустился ниже и осторожно раздвинул нежные стеночки. Катя задрожала и подхватила колени руками, чтоб хоть как-то унять эту непонятную дрожь. Вейден раздвинул её бедра шире и жадно припал к девственному цветку, перебирая языком розовые лепестки и нежно исследуя маленькую щелочку. Бабочки внутри живота сплотились в единую раскаленную стрелу и с силой вылетели наружу, возносясь вверх, рассыпаясь на тысячи огненных искр и забирая с собой протяжный стон наслаждения. Тело стало воздушным, невесомым и одновременно неподъемно тяжелым. Катино сознание застыло где-то посередине между телом и небытием.

— Боги! Кати! Что я делаю… — послышался вымученный стон Вейдена.

Он уперся мокрым лбом в живот девушки и напрягся до каменного состояния. Несколько длинных затяжных вдохов и выдохов. Катю подхватили сильные руки, она проплыла в воздухе и очутилась на кровати. Двигаться не было сил и она даже не пошевелилась, когда Вейден прикрыл её тонким покрывалом, нежно поцеловал в лоб и оставил в спальне одну.

Глава 13.1

Вейден.

Вейден вывалился из спальни мокрый и тяжело дышал. Он ругал себя последними словами — дурак! Повел себя как зеленый мальчишка при виде обнаженной женской груди! Пограничник прислонился спиной к стене, немного постоял, успокаивая бешено стучащее сердце, и медленно сполз вниз. Некоторое время он сидел, опираясь локтями на колени и уронив голову на сцепленные руки. Возбужденная плоть камнем давила в паху — надо выпить настоя от Самоли. Вейден так же медленно встал, придерживая рукой дергающий член, и выпил весь трехдневный запас. Понемногу возбуждение сошло на нет и физическая боль отступила.

Но душа Вейдена металась дикой птицей в клетке. Как так получилось, что от не смог удержаться? Мужчина корил себя и только внутренний зверь урчал и облизывался: «Сладкая. Наша. Кошечка. Моя.» Вейден провел пальцами по губам — они сохранили ещё вкус сока Кати. Действительно, сладкая. Сладкая девочка. Вейден никогда не был сторонником орального секса. Да, он с удовольствием отдавался этим ласкам, но только принимал их. Кошечки старательно вылизывали ему член и яйца, иногда доводя до оргазма, и он выстреливал прямо им в рот. А вот самому попробовать женскую киску ему никогда не хотелось. Никогда, до сегодняшнего дня. Лоно Кати притягивало, оно манило своей чистотой и девственностью. И как только первые капли её сока попали ему в рот — осторожность отключилось сразу. Они подействовали на мужчину как магическое зелье. Целовать розовые складочки было удовольствием, которого Вейден никогда не испытывал. А когда язык уперся в тонкую преграду, отделяющую девушку от взрослой жизни, он готов был кончить прямо себе в штаны. Ещё немного и мужчина окончательно бы свихнулся.