Елена Сергеева – Любовницы (страница 5)
А что потом?
Он выслушает и выставит нас с дочерью за дверь?
Скорее всего. Вряд ли кто-то сможет смириться с новостью, что жена наградила его рогами!
Дорого мне обойдется мое легкомыслие.
Вспоминаю о Танюше: она любит своего отца, а я совсем не подумала о дочери. Я вообще ни о чем не думала или думала другим местом…
Понимаю: возвращаться в таком состоянии домой, под прицел недружественного взгляда свекрови не могу, надо хоть немного прийти в себя, и, найдя табличку с названием улицы и номером строения, возле которого стою, вызываю такси из приложения, указывая пунктом прибытия адрес Ульяны.
Подруга открывает дверь и смотрит заспанными глазами.
– Думала, уже не придешь, – бормочет она и, зевая, отходит в сторону, пропуская меня в квартиру.
Вхожу, скидываю туфли и обрушиваю на нее вопрос, пробуравивший во мне огромную дыру отчаянья.
– И что теперь делать?
– Кофе пить.
– Что?!
– Пойдем на кухню, – кидает девушка и идет в нужном направлении.
Послушно плетусь за ней и, плюхнувшись на стул, тяну:
– Уля…
Та поворачивается и выдает:
– Ты с Денисом и дальше трахаться собираешься или так, единовременно?
Выпячиваю глаза.
– Ты с ума сошла!
– Понятно. Единовременно, – констатирует Ульяна и продолжает:
– Мика, ты как маленькая. Ну изменила ты своему малахольному, с кем не бывает. Забыла и живешь дальше.
– Но ведь это неправильно.
– Тебе хорошо было?
Становлюсь такой же пунцовой как чашка, которую поставила передо мной подруга, и отвожу глаза, пристроив их на замысловато разрисованной сахарнице. Я не привыкла обсуждать интимные вещи тем более так запросто, как Ульяна, словно разговор идет о погоде или о просмотренном фильме.
– Хорошо, – резюмирует она. – Тогда забей. Считай, что это тебе подарочный бонус свыше за твою пятилетку заключения.
Вздыхаю. У нее все так просто, но мне не воспринять случившееся также.
Я росла в семье, в которой подобные вещи не могли произойти априори!
Подобные поступки могли совершить только падшие женщины!
Видимо, я паршивая овца в стаде.
– Почему ты не остановила меня?
Глаза подруги округляются.
– Как ты себе это представляешь?! Я должна была отдирать тебя от него?
Неопределенно пожимаю плечами.
– Напомнила бы мне о Жене.
Она усмехается.
– Мика, вчера никакая бы сила не оторвала тебя от Корнеева!
Допив кофе и посидев еще минут пятнадцать, собираюсь домой, так ничего и не решив. Скажи Ульяна, что да надо сознаться, я бы, получив подтверждение своим дальнейшим действиям, смирилась и ждала, когда смогу осуществить их, но она высказала противоположную позицию, и моя вечно сомневающаяся натура заколебалась в нерешительности.
В такси мне удается отключить в себе функцию размышления и зависнуть взглядом на мелькающих домах и машинах, но, едва шагнув в подъезд, чувствую, как все внутри меня сжимается.
Как я могла!
Да, я не испытываю и никогда не испытывала к Жене даже четверти подобного, что чувствую к Денису, но он мой первый мужчина, муж, отец моей дочери, а я одним поступком перечеркнула элементарное уважение к нему!
На душе становится еще противнее, и решимость все рассказать и вымолить прощение значительно перевешивает на виртуальных весах моего сознания.
– Мамочка! – слышу звонкий голосок Тани, едва вхожу в квартиру.
Улыбка расцветает сама собой в независимости от бури, бушующей внутри.
Снимаю туфли и, подхватив дочь на руки, целую ее румяные щечки.
– Как же я соскучилась, тыквочка.
Девочка смотрит на меня своими теплыми глазками и произносит слова, согревающие изнутри:
– И я по тебе тоже.
– Не стоило тогда уезжать и болтаться весь вечер и всю ночь неизвестно где, – доносится осуждающий голос свекрови, появившейся в дверях.
Да уж! В этот раз как ни удивительно полностью согласна с ней.
Опускаю девочку на ноги и, проигнорировав ее реплику, миролюбиво произношу:
– Спасибо, что побыли с Таней.
Женщина фыркает и, развернувшись, скрывается в комнате. Скорее всего, она пошла за вещами. Я не слишком ей нравлюсь и пить чай со мной та точно не собирается, но это лучшее, что может произойти. Находиться в обществе матери Жени сейчас очень сложно.
3 глава. Регина
Припарковываю свой кашкайчик и, схватив сумку с соседнего сиденья, спешу из машины.
Как всегда, опаздываю!
Я и время – словно два фальшивящих музыканта, которые никогда не попадают в один такт.
Несусь к офису вприпрыжку с риском подвернуть ногу, но риск получить выговор и вычет из зарплаты страшит больше.
Да уж, миром правят деньги, и мне даже с окладом помощника главного бухгалтера, состоящего из шести цифр, их хватает впритык. Многие скривятся – зажралась, но у каждого свои расходы.
Влетаю в офис и продолжаю забег к лифту.
Достигнув цели, нажимаю на заветную кнопочку и смотрю на экран телефона, чтобы понять: насколько все печально, одновременно пытаясь отдышаться.
Девять ноль два. Некритично, и если мне удастся по-тихому просочиться в кабинет, то можно считать: пронесло.
Металлический монстр вальяжно распахивает свои лопасти. Так и хочется пнуть его ногой, чтобы пошевеливался, но я стою и смотрю на издевательства лифта.
Едва он раскрывает их настолько, что я могу просунуться, ныряю в серебряное нутро и давлю на цифру семь. Следом хочу нажать на кнопку, чтобы двери начали сразу закрываться, но слышу:
– Регина Леонидовна, подождите.
Вижу спешащего в моем направлении генерального и, несмотря на то что очень хочу ткнуть туда, куда уже нацелилась, прикладываю палец к другому круглешку, правее, чтобы двери не закрылись.