Елена Сергеева – Булочка под шубой - Елена Сергеева (страница 11)
– Разбились.
Таращусь на него, не веря услышанному.
– Как?
Злится:
– Ты не знаешь, как игрушки бьются?
– Прямо все?
– Да.
Он погружается в себя, и я понимаю, что там еще остались скелеты в шкафу, которые необходимо достать и перетрясти. Может быть, он убедится, что не так страшен черт, как его малюют?
Выдыхаю. Так, не паниковать. Я обязательно что-нибудь придумаю.
Устремляюсь в кухню и беру горсть конфет и яблоки.
Михаил ошарашенно смотрит на меня.
– Ты собралась вешать на елку продукты?
Киваю.
А что?
– После Нового года можно будет потихоньку разряжать ее, съедая украшения, – подмигивая, произношу я.
Качает головой. Мол, ненормальная, а я улыбаюсь:
– Я еще в вещах игрушки найду.
– Угу, – ворчит он. – Ты еще тампоны повесь на елку.
Не теряюсь:
– А что? У них разноцветная упаковка и идут уже сразу с креплением.
Не проникшись моей идеей, Михаил, махнув на меня рукой, уходит, а я выискиваю, чем реально еще можно украсить елку.
Спустя полчаса колючая красавица креативно наряжена, не хватает только гирлянды, чтобы она заманчиво мигала в темноте, создавая атмосферу праздника, но поскольку ее нет, я не капризничаю. Мой медведь мог включить оленью функцию и упереться рогами, и ее вообще бы не было.
Желая поделиться впечатлениями и просто соскучившись по своему ворчуну, направляюсь на его поиски и, нигде не найдя, отправляюсь к его комнате.
Дойдя до нужной двери, стучу и сразу открываю, не дожидаясь приглашения, именно в тот момент, когда Михаил снимает полотенце, чтобы надеть трусы.
И?
Стою как парализованная, смотря на его… достоинство, и не могу вымолвить ни слова. Просто вросла в пол и офигеваю.
Понимая, что в таком состоянии все убежавшие мысли из моей головы назад не вернутся, а функция речи, отключенная мозгом из-за сбоя, не восстановится, разворачиваюсь и тоже линяю.
Сверкая пятками, несусь куда глаза глядят, а сама не могу отойти.
Боже, это ж надо – его так природа наградила. Я уж думала, что такие шланги бывают только у порноактеров, а это оказывается, просто мне так «везло» в жизни: попадались исключительно мальчики с пальчиком.
Щеки горят, хоть прикуривай или беги на улицу в сугроб тушить разогревшееся пламя. Побежала бы, но не рискую. Трушу. Уже темно. Вдруг другой медведь тоже удивит меня… своим появлением.
Залетаю в комнату, позабыв о елке и своих эмоциях, и прямиком отправляюсь в душ. Холодая вода – вариант в моем остром случае.
Стою и тушу пламя, клокочущее внутри и обжигающее тело, пока не начинаю дрожать, и только потом нормализирую воду и моюсь.
Приведя себя в порядок, обматываю тело каким-то маломерным полотенцем и выхожу в комнату.
Неожиданно слышу стук.
Это реально стучат, или мозг проигрывает только что прожитую эмоциональную ситуацию?
Прирастаю к полу, думая над этим, а в это время дверь открывается и… снова пикантная ситуация, которая вгоняет меня в краску.
Вот только Мише, похоже, все нипочем.
– Что ты хотела? – как ни в чем не бывало спрашивает он.
12 глава
12 глава
– Что ты хотела? – спрашиваю я и ощупываю глазами Булочку в полотенце.
Выглядит она аппетитно. Грудь просто выпрыгивает из ткани и просится в ладонь. Интересно, она в ней поместится?
Так и хочется подойти и снять скрывающую тело тряпочку, словно развернуть конфетку из фантика, и ответить на свой заданный самому себе вопрос.
– Я? – таращась на меня, спрашивает Маша.
– Ну не я же.
– Хотела спросить, что будем есть на ужин, – бормочет, вероятно, придумывая на ходу, хлопая длинными ресницами.
– То, что приготовишь, – озвучиваю в ответ.
Хмурит брови. Бьюсь об заклад, она точно не это хотела спросить и не такой ответ услышать.
– Может быть, опять вместе? – лепечет и смотрит просяще.
Черт с ней. Киваю.
– Ладно.
Лучше пусть под моим присмотром, чем приготовит то, что в рот нельзя будет взять. Чувствую, что хозяйка она еще та.
Красотка дефилирует к двери или ко мне, и я, офигевая, спрашиваю:
– В полотенце готовить будешь?
Останавливается, таращится. Думаю, понимает, что в таком случае мы вряд ли сможем приготовить что-то толковое, и жарить будем если только друг друга.
А что? Она меня уже заценила, собой красивой завлекла. А у меня длительная сексуальная голодовка. Я могу и наброситься, не удержавшись, и при неоказании сопротивления завершить желаемое.
– Ой, я сейчас, – бормочет Маша, розовея от пикантности ситуации, и разворачивается.
Выхожу из комнаты с мыслями выйти во двор остудиться, но выглянув за дверь, сразу возвращаюсь обратно. Мороз крепчает – там уже не вытрезвитель, а рефрижератор.
Маша приходит в кухню в спортивных брюках и футболке по горло, но ее богатство не может скрыть ни одна одежда.
Так, забыл все, что видел. На время хотя бы. И занялся приготовлением пиши.
Вытаскиваю филе индейки из холодильника и рис с полочки.