Елена Щуревич – Полет стрекозы (страница 15)

- Вера Николаевна, он, правда, укусил Полю. До крови. Есть у вас зеленка или пластырь?

Вера метнулась в спальню, нашла аптечку – к счастью, в ней был и бинт и зеленка.

Поля сидела на полу у дивана со слезами на глазах и держала прокушенную руку на весу:

- Да мне не очень больно, крови совсем чуть-чуть. Не наказывайте его.

Вера покачала головой, и хотела было сделать ей перевязку, но Сережа забрал бинт и зеленку у нее из рук:

- Давайте я сам.

Он сел рядом с плачущей девушкой, и она уткнулась ему в плечо:

- Все, все, сейчас зеленкой помажем, потом бинтом забинтуем. Не плачь, все пройдет.

Та еще сильнее завсхлипывала и обняла его другой рукой.

Вера вышла из комнаты, выманив за собой радостного щенка – она поняла, что дальше наблюдать эту идиллию у нее нет ни сил, ни желания.

На следующей неделе Вера снова встретила Сережу у своего подъезда, когда возвращалась с прогулки со щенком.

- О, ничего себе! На поводке, как взрослая собака! Привет, ну как ты – кусака? – Сережа присел на корточки, щенок не стесняясь, тут же заляпал его грязными лапами.

- Здравствуй, Сережа.

- Здравствуйте, Вера Николаевна!

Он еще повозился со щенком, потом встал и попытался отряхнуть замаранные джинсы. Было тепло, и Вера несла ветровку на руке. Сережа и вовсе стоял в одной футболке, на которой некрасивыми сизыми пятнами отпечатались следы собачьих лап.

- Вы меня не пригласите зайти?

Вера приподняла брови:

- Нет. У меня нет желания принимать гостей. И уже поздно. – Из подъезда вышла соседка с мусорным ведром, щенок бросился к ней, и Вера резко натянула поводок.

Сережа нахмурился, щенок затявкал в сторону уходящей соседки.

- Ясно. Извините, я не хотел вас разозлить.

- С чего ты взял? Просто я уже хочу домой и у меня нет желания долго стоять здесь. – «С тобой», чуть было не добавила Вера, но промолчала.

Сережа нахмурился еще больше.

- Кстати, как дела с Полиной рукой? Зажила?

Он странно посмотрел на Веру и, помолчав, ответил:

- Все в порядке. Больше слез было.

- Хорошо.

- А вы уже назвали щенка?

- Да, Роном.

- Из Гарри Поттера?

- Именно.

- Потому что он рыжий? – угадал Сережа и обрадовался своей догадке. Вера тоже улыбнулась:

- Потому что он тоже проказник.

В этот момент Сережа протянул ей что-то из заднего кармана – какую-то открытку.

- Что это?

- Это приглашение.

- Приглашение? Куда?

Он застенчиво улыбнулся, чувствуя, что она уже не сердится, и пояснил:

- На мероприятие. В эту субботу. По поводу моего совершеннолетия. Я бы хотел, чтобы вы пришли. Я и Андрею написал, он сказал, что если сможет – то приедет. А вы сможете?

Вера смотрела на красивую открытку, на которой были выгравированы дата и время, название ресторана и его имя.

- Так вы сможете прийти? Пожалуйста…

Вера сунула пригласительный в карман ветровки, но он выпал, она нагнулась, чтобы поднять бумагу с земли, но Сережа ее опередил – и они чуть не столкнулись лбами. Вера почувствовала его челку у себя на щеке, его запах – какой-то свежий незнакомый парфюм, и резко выпрямилась. Сережа поднял открытку и разочарованно протянул ее Вере:

- Замаралась… Давайте я вам другую принесу!

Вера молча забрала открытку, стараясь не касаться его, и так, с открыткой, и поводком в руке шагнула к двери подъезда.

- Вера Николаевна, мне очень важно, чтобы вы пришли. Правда. Придете?

Вера ответила коротко:

- Прости, я не могу ничего обещать. Если получится.

Когда она скрылась в подъезде, он еще стоял в вечерних сумерках, растерянный и грустный с пятнами грязи на белой футболке, и Вера готова была отдать все, что у нее в этот момент было, лишь бы не быть собой - одинокой женщиной с собакой, уходящей молча в свою пустую квартиру.

Вера сразу решила, что никуда не пойдет. Она боялась, что снова вот так вот столкнется с Сережей около дома или он ей что-то напишет, и она не сможет отстоять свою решимость и даст какое-то обещание, о котором затем будет жалеть. Но Сережа не появлялся, ничего не писал, и к концу недели Вере стало намного легче, но в пятницу вечером позвонила Маша.

- Верочка, здравствуй! Давно не виделись.

- Здравствуй, Маша! Все в порядке? – с нехорошим предчувствием спросила Вера.

- Да, спасибо. К празднику готовимся. Затеяли так, что теперь как на свадьбу. – Маша вздохнула.

Вера молчала.

- Меня Сережа попросил тебе позвонить, он беспокоится, что ты из ложной скромности (так и сказала – из ложной скромности) – откажешься прийти. Вера, мы тебя очень ждем. Это приглашение – далеко не формальность. Ты для него больше, чем репетитор. Он относится к тебе с огромным уважением, ты для него пример для подражания…

- Маша, Маша, стой, - Вера прервала ее, не дав продолжить ряд восхвалений. – Я вовсе не из скромности. Просто у меня в субботу ученики. Я не смогу перенести занятия, сама понимаешь, скоро ЕГЭ.

Вера почувствовала, как Маша растерянно замолчала. Видимо, ей не приходило в голову, что работа может быть причиной отказа посетить день рождения ее сына.

- Но Верочка, может быть, есть какая-то возможность? Мы будем тебе очень-очень рады. В конце-концов, наши мальчики учились столько лет вместе – хоть будет с кем вспомнить всякие истории смешные – ты же меня понимаешь? И если ты откажешься, Сережа огорчится. Кстати, Андрей приедет – ты все-таки побольше с ним пообщаешься! А то он сказал, что обратно ему утром в воскресенье.

Вера была удивлена, она, правда, не разговаривала с сыном несколько дней – все было некогда, да и не хотела обсуждать эту тему, уверенная, что Андрей тоже отказался.

- Маша, хорошо, я постараюсь. Мне все-таки кажется, что это не очень удобно. Ничего не обещаю, но постараюсь, – смягчилась Вера, ругая себя за это дурацкое качество – сдаваться под напором чужих аргументов.

Маша тут же оживилась:

- Вот и замечательно! Ты о подарке не беспокойся. Если в этом вопрос…

Машина прямолинейность была Вере неприятна, и она резко ответила:

- Маша, извини, мне сейчас некогда. Если получится, я обязательно приду. Мы придем с Андреем.

Мария тут же заторопилась и завершила разговор.

Вера набрала сыну – оказалось, что тот как раз садится в поезд:

- Мам, а я думал, что мы поговорили про это. Ну да, Серега меня пригласил – то есть нас. Ну, а что? Прикольно – все-таки совершеннолетие. Я даже подарок ему взял – перчатки для велика. Крутые такие, думаю, ему понравится. Ты меня завтра не встречай, я утром доберусь – я же налегке.