Елена Счастная – Отравленный исток (страница 61)

Млада помолчала и ткнулась лбом в его плечо. Хальвдан обнял воительницу, вдохнул запах её волос, вобравший в себя весеннее солнце и дорожную пыль, но оттого не менее сладкий и дурманящий. Зашелестела трава под шагами Рогла. Мальчишка встал за спиной как будто чуть смущённо: до сих пор ещё не привык к тому, что происходило между ними. Млада нехотя отстранилась.

После короткого отдыха и обедни все снова погрузились на коней. А к вечеру вырос впереди исполинский холм, увенчанный зубчатой короной города. Дорога отдалилась от русла Нейры и устремилась к мосту.

Горожане крутились в вечерней суете, спеша завершить все дела, которые негоже оставлять на потом. Знакомо пахнуло торгом и мокрыми брёвнами мостовой. Хальвдан озирался, стараясь разглядеть черты города, которые, казалось бы, успел позабыть. Рогл тоже вовсю вертел головой. Лишь Млада ехала, накинув капюшон и разглядывая дорогу под копытами мерина. Вдругорядь царапнула тревога: неладное что-то с ней. И чем дальше, тем хуже.

В детинце же смутно пахло гарью и оказалось до странности много люда, среди которого Хальвдан узнавал смутно знакомых. А в какой-то миг ему померещился посадник Лерги Вако, который скрылся в арке. Любопытно, по какому поводу собралось столько гостей? Стражники, завидев приехавших беглецов, тут же встрепенулись и, едва не обгоняя друг друга, поспешили сообщить весть князю. Ничуть не тушуясь, словно вернулся с обычной прогулки, Хальвдан спешился и бросил поводья славно послужившего ему в дороге пегого мерина подбежавшему конюшонку. Парнишка уже развернулся было уходить, но остановился, услышав вопрос:

— Откуда тут все эти люди?

— Дык… Ты не знаешь, воевода. Свадьба у князя… Должна была быть.

Он почему-то замялся да и поспешил прочь, уводя коня.

Вот те раз. Подошедшие Рогл и Млада, видно, тоже услышали весть и удивлённо переглянулись. Свадьба свадьбой — оно и хорошо, коль Кириллу внезапно довелось справную девицу встретить. Но почему должна была быть? Не случилась? Что тут вообще творится?

Ни один из верегов не вышел встретить Хальвдана. Да и во дворе, среди дружинников, что уже заметили прибывших, никого из них не оказалось. Ладно хоть Виген стражу пока не натравил, значит, надежда есть на спокойный разговор.

Лёгок на помине на крыльце показался скрытник. А за ним вышел и Бажан. Словно не веря своим глазам, они пару мгновений смотрели в сторону нашедшихся беглецов, и поспешили навстречу.

Молча и крепко воевода обнял Хальвдана и жахнул ладонью по спине так, что, показалось, хрустнули рёбра. Заключил в объятья он и растерянно ответившую на его порыв Младу. А Рогла только по макушке потрепал, но тот и от столь небрежно жеста засиял, как начищенный латунный ковш. Виген ограничился пожатием запястья. Его волчьи глаза въедливо пробежались по всем.

— Ты вовремя, Хальвдан.

Бажан покивал на его короткое замечание.

— Воистину. Может, ещё успеешь в судьбе своих людей поучаствовать.

Хальвдан сдвинул брови. Нехорошо как-то выходит.

— Что стряслось?

Но никто отвечать ему не стал. Скрытник махнул рукой.

— Пойдём. Князь уже знает, что ты вернулся. Говорить хочет.

Воевода же взглянул на Младу с Роглом.

— А вы со мной пойдёте. Отсидитесь покамест в горнице. Там видно станет, что дальше будем делать.

Хальвдан ещё на миг задержался рядом с воительницей. Словно надолго прощаться приходится.

— Вы идите отдыхать, пока любопытствующих не набежало, — шепнул он, склонившись к ней. — А я с кнезом потолкую. Коль он мне башку сразу не срубит.

Шутка не удалась: Млада нахмурилась и коротко сжала пальцами его руку.

— Ты всё ж осторожней с ним. Мало ли.

Хальвдан легко коснулся ладонью её щеки. И хотелось бы большего, да не при всех же. И так вон поражённый взгляд Бажана упёрся в спину. А ещё больше воевода удивился, когда пришлось отдать ему снятый с седла посох.

— Вы ж его уничтожить хотели…

— Так вот. Не вышло, получается.

Бажан ругнулся, с ненавистью поглядывая на палку.

— Я тоже сейчас приду твои басни послушать. Идите. Не заставляйте Кирилла ждать.

Неизвестно, как долго просидел князь в чертоге один, но встретил Хальвдана взглядом тяжелее валуна. Показалось, что вот сейчас начнёт с нападок и обвинений. А то и наказать за своеволие пригрозит. Но Кирилл после долгого изучения только покачал головой и усмехнулся.

— Плохо тебя кормили, в чужих-то землях. Отощал.

— Ты тоже алмазом не сверкаешь, — парировал Хальвдан.

И пригляделся внимательнее. И правда, словно заволакивала Кирилла серая пелена. Потускнел он, помрачнел. Знать, не слишком-то радостные и у него луны выдались.

— Мне со свадьбой тебя поздравить, чтоль? — продолжил Хальвдан. И договорить не успел, как предупреждающие коснулась рука Вигена его локтя. Да поздно.

С лица Кирилла слетели остатки приветливости, а глаза, кажется, потемнели. Он сжал пальцами подлокотники кресла, и можно было поклясться, что те начали опаляться под ними. Но толком не разглядишь. Однако князь взял себя в руки и натянуто улыбнулся.

— Рано поздравлять. Или поздно. Даже и не знаю.

Виген стиснул руку Хальвдана крепче, удерживая от других расспросов. Да он и не собирался. И так понятно, что дело то чем-то скверным обернулось. Там скрытник сам расскажет.

— И что с тобой делать прикажешь? — снова заговорил Кирилл, отринув невесёлые думы, которые вызвал неосторожный вопрос.

— Так это смотря, что ты собирался.

— Отходить палками хорошенько собирался, — издевательски оскалился князь. — В темнице поквасить. Или в дыбу посадить на денёк-другой. Да только в темнице и так верегов полно. И казнь их со дня на день будет. Всё потому что они без тебя тут решили норов свой неуёмный показать.

Казнь? Хальвдан нахмурился, не веря своим ушам.

— Что они натворили?

— Да ничего особенного, — ещё пуще осклабился Кирилл. — Избу дружиную сожгли, стражников порубали. И меня, верно, хотели, да не дотянулись.

— Тут уж никак от казни не отвертишься, — добавил Виген и развёл руками, когда Хальвдан к нему обернулся. — Тяжкие дела тут деялись.

Помолчали. Хальвдан обдумывал услышанное и понимал, что вступаться за виновных нет смысла. Тяжкий проступок — бунт. И во всех землях за него грозит самое суровое наказание.

— Что же, всех казнить, кто в бою выжил? — только и спросил он.

— Нет, — изъявил милость князь. — Зачинщиков, вестимо. Остальные после казни покинут княжество. Впрочем, раз вернулся, можешь сам им наказание назначить. Или Ингвальда дождаться. Мне обещали, что он скоро пожалует.

Вот это уж и подавно оказалось неожиданностью.

— С чего бы?

— За убитую мной дочь ответа спросить, — на удивление холодно и невозмутимо пояснил Кирилл.

Вот оно что. Хальвдан не мог сказать, что ему стало жаль Гесту. Она сама долго вела к тому, что случилось: слишком на многое замахнулась, тешась неведением князя и своей мнимой безнаказанностью. И верно то, что конунг проступок Кирилла просто так не спустит. Войной, может, и не пойдёт, но и приятной встреча с ним не окажется.

— Теперь ты сказывай, зачем сбежал и что делал столько времени, — нарушил Кирилл тишину.

И Хальвдан рассказал обо всём, что случилось в пути. От самого дня побега и до обряда у миртов. Скоро в чертог вошёл и Бажан, тихо встал рядом, прислушиваясь. Мужи то хмурились, переглядываясь, то и вовсе мрачнели, но никто не перебивал. Пока не иссякли все слова до единого. Тогда-то Хальвдан и понял, как всё же устал. Вспомнил, что в животе с обедни и маковой росинки не было, а на дворе уж темнело. Он сам поразился тому, что довелось пережить за две луны вне Кирията. Словно собрал в одну большую кучу все разбросанные камни. Но ни о чём не жалел, потому как все напасти с лихвой искупало то, что он обрёл наконец Младу. Обрёл только у миртов, хоть и всё время был рядом. Но об этом он не упомянул. Зачем?

Кирилл выслушал его и ещё некоторое время смотрел неотрывно, словно не сразу понял, что сказ закончился.

— Стало быть, Млада вместе с Веданой смогут одолеть Корибута в самом Забвении? — медленно, словно пробуя на вкус каждое слово, проговорил он. — И Рогл теперь волхв большой силы?

Хальвдан не понимал, к чему он ведёт, но кивнул. Князь громко хмыкнул, и на губах его вдруг мелькнула улыбка. Нехорошая, чужая. Такая, что пришлось в тот же миг пожалеть обо всём рассказанном. А ещё захотелось схватить Младу и увезти подальше отсюда. Как можно дальше от Кирилла.

— Что ж, Хальвдан. Можешь идти, отдыхать с дороги. Мы ещё не раз потолкуем с тобой и Младой. Решим, что делать и как друг другу помочь.

Он встал и направился из чертога. Проходя мимо, похлопал Хальвдана по плечу, и его ладонь даже сквозь одежду показалась ледяной.

— Сбежала от него невеста, — послышался голос Вигена, когда за князем закрылась тяжёлая дверь. — Испугалась. Потому как Гесту убил. И Излом, говорят, он спалил.

— Последние дни сам не свой, — добавил Бажан. — Лешко казнить надумал за то, что тот боярышню по её просьбе увёз и спрятал. Погоню за ней снарядил. Коль найдёт — неведомо, что будет. А вы ещё посох этот треклятый назад притащили!

Хальвдан резко развернулся и воевода качнулся назад, но не отступил.

— Да потому что только сам Кирилл сможет его уничтожить! А ты пойди попробуй теперь его уговорить!

Он замолк и провёл ладонью по лбу, словно смахивая внезапный гнев. Всё спокойно нынче в Кирияте. Да все они теперь как по лезвию меча ходят.