Елена Саттэр – Кому дракона с крыльями и замком? (страница 33)

— Милочка, вы знаете, вышестоящие чиновники очень заинтересовались будущим соревнованием между районами и даже захотели поприсутствовать. Вы уж смотрите, в грязь лицом не ударьте, пока Серж на боевых вылетах. А то запорите такую чудную его идею.

Она подчеркнула слово «его».

Кивнула.

— Конечно. Отношусь к этому мероприятию со всей серьёзностью.

Ну не рассказывать же мне маме Рине, для каких ещё целей это всё затевалось. А она прямо прочувствовала, что эти мероприятия, могут быть проходным билетиком Сержу в столицу. Заберут за заслуги.

— Вы только сильно не акцентируйте ему, когда он прилетит, и про приезд сановников, и вообще про то, как мы все здесь стараемся. Пусть для него сюрпризом станет.

А то мне ещё за самодеятельность по шее надаёт. Потом уже – победителей не судят, главное, чтоб «до» мне всю малину не испортил.

Мама Рина задумчиво на меня посмотрела:

— Милочка, а ты права. Мальчик может испугаться такого внимания и возможного повышения. Буду молчать. И другим тоже скажу, чтоб делали вид, что не тренируемся. Кстати, в нашем ПГУ №5 такая чудная компания собралась. Я прямо рада, что офицеры меня препроводили из тюрьмы именно туда, а не к этим зазнайкам в шестёрку или к унылым курицам в девятку.

Я хихикнула про себя. Вот и разделение пошло. Только бы стенка на стенку не пошли.

— Кстати, госпожа Рина, а может нам организовать дополнительные призы за самое уютное ПГУ? Как вы на это смотрите? Организуйте призовой фонд, и пусть ваши столичные сановники выбирают.

Впервые за всё время нашего знакомства в её глазах промелькнуло уважение.

— Милочка, даже удивительно, как такая интересная идея зародилась в такой блондинистой голове. Видимо, стало сказываться моё положительное влияние на тебя. Идея прекрасная. Я сегодня же отправлюсь по моим подругам и посвящу их в эту затею.

Я серьёзно поддакнула, а когда мама Рина уставилась в свою кашу, обдумывая, как ей со своими товарками заполучить главный приз, подмигнула Санни. Та счастливо улыбнулась. И вообще, радостное выражение не сходило с её лица. Учебные тревоги, веселуха с подружками, присутствие при военных советах, а на ночь мы шептались о делах и читали сказки.

Честно сказать, я тоже была счастлива. Мне всё нравилось. И с Санни проводить время, и с горожанами я очень подружилась. Даже мама Рина меня совсем не раздражала. А ещё я соскучилась по Сержу. И часто про него думала, вспоминая наш поцелуй. И во время этого какое-то томление растекалось в моей груди, и дышалось как-то легко. К сожалению, никакие увещевания на себя саму не действовали. Да, похоже, кто-то влюбился. Жалко только, что не было будущего у моего чувства. Ну и плевать. Хоть чуточку. Я уже забыла, как это здорово – любить. И как у тебя крылья за спиной от этого чувства вырастают.

Интересно, а жабы крылатые бывают? Розовенькие такие, симпатичные. С крылышками.

Мы с Санни были великолепны. Сегодня мы позволили себе здесь более легкомысленную причёску. Я не выдержала и сделала нашу фотографию. Почему-то не любила раньше снимать себя. Не знаю почему, а сейчас мы и нахмуренные, и языки показываем. Порезвились вволю и только-только вышли, чтоб поехать на детский праздник, над нами послышался шум крыльев. Серж прилетел. Приземлился, превратился в усталого мужчину с трёхдневной щетиной, которая, надо сказать, ему очень шла. И, увидев нас, улыбнулся. Надо сказать, восхищённо. И так нам стало приятно от этого. Санни взвизгнула и помчалась к нему. Он поднял её на руки, покружил. А я стояла и улыбалась широко. Серж прилетел.

Он, не выпуская девочку из рук, подошёл:

— Девочки, вы такие у меня красавицы.

Как мне понравилась эта фраза. А ещё больше — «у меня». Санни, обхватив его за шею, счастливо жмурилась, а мы стояли молча и смотрели глаза в глаза.

— Вы куда собрались?

— На праздник, — оторвалась от обнимашек девочка, — поедем с нами, папа?

— Санни, папа устал, — начала я, но он меня перебил:

— А поеду. Я вообще на три часа прилетел, потом обратно.

В экипаже Санни журчала без умолку, рассказывая про новых подружек, про наряды для кукол. Мы улыбались. Было так тепло.

Хозяева приёма очень удивились, увидев, что с нами прибыл Серж. И ещё все отметили наши похожие с девочкой наряды.

— Надо же, как интересно смотрится, когда мама и дочка одинаково одеты, — задумчиво оглядывали нас дамы, а подружки Санни тихо говорили мамочкам:

— Мама, а можно мы в следующий раз в таких же нарядах придём?

Ну что могу сказать, и я, и Серж, и Санни были безумно горды. Серж — потому что мы были самые красивые и также были в центре приёма. Санни — из-за того, что ей все восхищались и что она была с нами. А я? Не знаю, почему я гордилась. Просто так, за компанию. У нас даже были танцы. И я танцевала с Сержем что-то похожее на вальс. И плевать было, что меня притягивали к себе чуть ближе, чем принято. Его глаза с сеткой морщинок улыбались и периодически смотрели на мои губы.

А потом на закате он улетел обратно. Шепнул мне на прощание:

— Воздуха глоток свежего глотнул, теперь можно снова назад.

В эту ночь уснула я только перед самым рассветом. Ну никак было!

Глава 44

Дни летели как секунды. Ладно ещё постоянные учебные тревоги, но и приём посетителей тоже никто не отменял. Да, и прибавились новые хлопоты у нас с Санни.

Дело в том, что на детском празднике девочка рассказала подружкам, как периодически мы готовим что-нибудь вкусное, и что, оказывается, готовка ничуть не скучнее учебных тревог. Ну и началось тогда:

— Санни, а можно мы тоже придём к тебе в гости поготовить?

Мы тогда с Сержем переглянулись, помнится. Я на него вопросительно: «Что скажешь, мол, на это?», а он кивнул и потом шепнул мне:

— У меня в кабинете в замке сейф. Шифр – день рождения Санни. Бери сколько надо денег для организации ответного приёма.

И начались у нас с Санни дополнительные хлопоты по организации праздника и преобразованию внутреннего убранства замка. Не всего, нет. Игровой и гостиной. Там, где появятся гости, а ещё у меня прямо руки чесались изменить внешний вид комнаты Санни просто так, без показушничества. Чтоб потом девочке жилось веселее. Когда меня заберут.

Старалась не думать, но, честно говоря, с брачным агентством у меня был полный швах.

Как там у классиков? «Уж полночь близится, а Германа всё нет».

Вот и у меня было так же. Я занималась всем чем угодно, кроме конкретно того, для чего меня сюда сослали.

До конца срока, того самого, когда мне надо будет ангелам предъявить пять пар, оставалось уже меньше срока. Конечно, я с ПГУ этими замутила и, чтоб драконов пристроить.

Точнее, — я вздохнула, — чтоб они сами пристраивались, но эти вертихвосты отказывались самозанятостью заниматься. Да, у меня сложилось четыре пары. И всё. Как бы я ни перемешивала составы женихов и невест в убежищах – ноль. Полный. Девушки, может, и не против были, а эти крылатые и с замками упирались четырьмя лапами, как будто их на казнь тащили на верёвке, вот ей богу!

Это меня угнетало, но я, как розовый страус, прятала голову в песок. Решила для себя так:

— Занимаюсь внутренним дизайном замка, не всего. Потом устраиваю детский праздник. Зарницу с награждением. И прямо сейчас, вот почкой своей клянусь, плотно займусь брачной практикой. Просто чтоб потрепыхаться, потому что стала ловить себя на мысли: «Да какая мне разница, как следующую жизнь проводить. Ну фламингой, ну цветком. Да хоть жабой розовой». Мне стало всё равно, потому что я понимала, что это такая мелочь по сравнению с тем, что я просто больше не увижу ни Санни, ни Сержа.

Пятая пара – это возможность, чтоб меня здесь оставили, хоть тараканом розовым.

Радовало меня то, что малышка нашла подружек, и когда я уйду, ей не будет так жутко плохо, поэтому я должна сотворить всё возможное для задела в её счастливое будущее. А Серж? Он большой мальчик – сам разберётся.

И мы радостно с Санни окунулись в мир дизайна. Максимилиан периодически подменял меня на службе, пока мы носились по магазинам и рынку.

— Санни, как тебе вот такое постельное бельё? Только вместо цветочков давай вышивку дракончиков закажем?

— Таня, а пусть они розовые будут.

— Ну почему нет. И пузатенькие.

А на рынке мы выбирали ковры на пол. Мягкие, с длинным ворсом, чтоб можно было сесть на нём с игрушками и вставать не хотелось.

С любопытством наблюдали за новым трендом. Объёмная сумка на длинной ручке. Мужской и женский вариант. Ими стали торговать все кому не лень. Разных цветов, с вышивками, вязаные, плетёные. Это были тревожные чемоданчики. Все мужчины, дамы и даже маленькие девочки постоянно ходили только с ними. «А вдруг Татьяна тревогу объявит? От неё всего можно ожидать, а мы уже во всеоружии».

Сумками хвастались. Только кто-нибудь придумал новенькое для украшения – это подхватывалось. Стоило нам с Санни закупить блёсток и расшить её сумку, на следующий день уже все девочки сверкали своими.

Ещё чем стали торговать на рынке — коврики для ПГУ и даже мебелью, простенькой, но удобной. И люди в складчину покупали, потом бегали к Максимилиану и требовали разрешения посетить убежища для благоустройства оного вне тревоги.

Он ворчал для приличия, но был счастлив. Потом, поняв, что люди стараются и для его пользы, разрешил входить, когда надо. Только посоветовавшись с командующим гарнизоном, мы всё-таки решили ставить днём дежурного около каждого. Для порядка.