Елена Самойлова – Синяя Птица (страница 5)

– За все хорошее. – Буркнула я.

– Знаешь, честно говоря, девушка в чем-то права. Лично я, когда впервые твой плащик увидела, подумала точно так же.

– Ты – другое дело. – Улыбнулась я. – К тому же через неделю у нее волосы станут прежними, но урок она запомнит.

– Хотелось бы верить.

Наконец мы подошли к двустворчатым дубовым дверям, ведущим в Большую светлицу. Два дружинника с алебардами наперевес, завидев Вильку, встали по струнке, а молодой новобранец, кланяясь, распахнул двери.

Нам ничего не оставалось кроме того, как войти.

И первой мыслью, когда я увидела ярко освещенный зал, забитый празднично одетым народом, и мрачно глядящего на нас князя, было: «И на кой леший я сюда приперлась?».

Я честно попыталась не сбежать, хотя, по правде говоря, сильно хотелось. Но, глянув на гордо стоящую рыжеволосую Ревилиэль, взиравшую на высокое собрание со спокойствием горного тролля, я устыдилась своего недостойного ведуньи поведения и, выпрямившись, робко выглянула из-за спины подруги. Великий князь Владимир, уже раскрывший рот, чтобы публично высказать внучке все, что он думает о ее недостойном поведении и назначить соответствующее наказание, узрел мою коротко стриженую встрепанную шевелюру, и тотчас расплылся в максимально доброжелательной улыбке. Я вздохнула спокойней, и, выйдя из-за Вилькиной спины, встала рядом с подругой на широкой красной дорожке, ведущей к деревянному княжескому трону, украшенному причудливой резьбой. Владимир поманил нас рукой и мы, переглянувшись, подошли к князю, остановившись в пяти шагах от трона. Князь обвел нас суровым взглядом серых глаз, и сказал:

– Наконец-то прибыла моя внучка, княжна Ревилиэль! – И уже тише, так, чтобы слышали только мы. – Вилья, еще раз будешь так своевольничать – отправлю на год в гарнизон на северной границе, будешь ходить по плацу и драить казенные котлы.

Вилька скорчила обещанную физиономию, призванную выражать полнейшее раскаяние.

Князь некоторое время переводил взгляд с Вилькиной «раскаявшейся» физиономии на мою отрешенную и обратно, едва сдержался, чтобы не сплюнуть с досады, но решил оставить воспитательный процесс на потом и, встав во весь свой далеко не маленький рост, громогласно объявил собравшимся:

– Мы не будем более задерживать встречу родной крови.

Фигура, с головы до пят закутанная в темно-зеленый плащ с капюшоном, поднялась и сделала несколько шагов по направлению к нам. Капюшон картинно соскользнул с головы, явив нашим взорам светлые льняные волосы, серебристые глаза и узкое эльфийское лицо, которое я, к своему удивлению, узнала. Вилька страдальчески закатила глаза, а эльф уставился на нас, как на стаю голодных химер, которые алчно облизываются в его сторону. Что ж, я могла понять его – вместо робкой полукровки узреть мощную воительницу, с головы до ног обвешанную оружием, да еще и в компании печально знакомой ведуньи с буйным характером. Я хищно улыбнулась и отвесила остолбеневшему эльфу немного издевательский поклон.

– День добрый, Алин. Прости, что задержала твою сестру – у нас было одно небольшое дело. – Вилья фыркнула, а князь попытался спасти положение.

– Эалинор, позволь представить тебе младшую княжну Ревилиэль и ведунью Еванику Соловьеву. Ревилиэль, поприветствуй брата.

Вильку перекосило, но она, тем не менее, сделала шаг вперед и протянула руку для рукопожатия, которое немедленно состоялось, причем, если судить по едва слышному хрусту суставов, Вилька уже успела померяться с братцем силой. Интересно, кто кого? Я чуточку злорадно улыбнулась и подмигнула Алину, который уже наверняка пожалел о том, что вообще приехал. Наконец Вилька отпустила руку брата и спокойно шагнула назад, оставив эльфа в глубоком разочаровании от своих манер. Великий князь слегка осерчал и прикрикнул на внучку:

– Ревилиэль, что ты себе позволяешь?! – Вилька недовольно дернула плечом, но промолчала. Я же сверлила Алина неприязненным взглядом, давая ему понять, что ему здесь не рады. А князь тем временем продолжал:

– Вилья, отправляйся в свои покои, мы поговорим позже. И не возражать князю! – Подруга стиснула зубы, но сдержалась. Четко, по-солдатски развернулась и строевым шагом направилась на девичью половину терема. Я, пожав плечами, последовала за ней.

Оклик князя настиг меня уже у самых дверей.

– Ведунья Еваника! Я запрещаю вам покидать светлицу. – Я остановилась и, не оборачиваясь, тихо ответила словами старинного поэта:

– Волхвы не боятся могучих владык…

С этими словами я вышла за дверь.

Обозленная Вилька мерила шагами горницу, разнося вдребезги все, что под руку попадалось. Сенные девки давно разбежались от греха подальше от разъяренной княжны, а я скромно сидела в уголочке, держа наготове отражающее заклинание. Так, на всякий случай.

– Как он мог?! – В очередной раз возопила Вилья, швыряя в стену чудом уцелевшую расписную вазу. Осколки брызнули во все стороны, добавляя всеобщему бардаку еще больше хаоса. Дощатый пол уже был устлан хрустящим ковром, когда Вилька наконец-то остановилась и в упор уставилась на меня. Я вжалась в стену, лихорадочно перебирая в памяти все известные мне защитные заклинания, когда полуэльфийка неожиданно спокойным голосом объявила:

– Ева, уходим.

– Куда? – Резкая смена настроения подруги меня нешуточно взволновала. Теперь Вилька точно не отвяжется, пока не сделает что-нибудь такое, от чего все княжество с месяц на ушах стоять будет.

Например, как в прошлый раз, когда таинственным образом пропали все сваты, засланные к княжне с целью сосватать ее за далеко немолодого правителя восточных земель. Сваты обнаружились неделю спустя в подвале терема, когда одна из сенных девок спустилась туда чтобы принести соленых огурцов на кухню. На вопрос, кто это сделал, сваты молчали в тряпочку, только тряслись и нечленораздельно что-то мычали. На самом деле, я и не думала их так напугать, просто пригрозила, что превращу их всех в зайцев и отправлю темной ночью в лес, кишащий волками, если они еще хоть раз попытаются сосватать младшую княжну за такого старика.

– На кудыкину гору! – Рявкнула Вилька так, что я попыталась закопаться в дощатый пол. – Сейчас же сваливаем в твою хатку, а оттуда рванем куда-нибудь поближе к Гномьему Кряжу.

– Ты что, из дома сбежать хочешь? – Запоздало дошло до меня.

Подруга высокомерно вздернула бровь и твердо кивнула. Я же тяжело вздохнула и поднялась с пола – если Вильке осточертела такая жизнь, то это ее право. К тому же мне самой пора себе новое жилье подыскивать. В конце концов, какое-нибудь не слишком захудалое село у подножия Гномьего Кряжа может оказаться далеко не самым худшим вариантом.

– Ладно. Виль, собирайся. Завтра или послезавтра отправимся к Гномьему Кряжу.

Знала бы я, чем это все обернется…

Глава 2

Когда моя избушка появилась за поворотом лесной тропинки, на землю уже спустились сумерки, и густой осенний туман уже поднимался от травы, грозя в ближайшее время затопить собой все вокруг до самого утра. Я поежилась и попыталась плотнее закутаться в плащ, но сидя на спине у Вилькиного жеребца я боялась сделать любое лишнее движение, поскольку взаимная нелюбовь у нас возникла с первого взгляда. К тому же Туман, после того, как Вилька нагрузила его двумя тяжеленными сумками со своим барахлом, да еще и мной в качестве дополнительной поклажи, возмутился окончательно, и теперь мрачно косился на нас, и взгляд этот не обещал ничего хорошего. На добротном седле я сидела, как на иголках, в любой момент ожидая подвоха и когда в сгущающемся тумане замаячили створки слегка покосившейся, но такой родной калитки, я была счастлива, как никогда.

Я сползла с седла, и мы вместе с серым жеребцом одновременно облегченно вздохнули. Я потому, что наконец-то почувствовала землю под ногами, а Туман – что его поклажа стала легче. Я взмахнула рукой, снимая охранное заклинание с ворот, и они плавно раскрылись, позволяя нам войти во двор.

А во дворе нас ждал сюрприз.

На крыльце избушки, съежившись от холода, сидела босоногая невысокая девушка в легком светлом платье без рукавов. В темных волосах блестели капельки вечерней влаги, а тонкие пальцы едва заметно дрожали. Охнув, я сорвала с себя плащ и, подбежав к девушке, попыталась закутать хрупкую фигурку. Вилька оказалась рядом, как по волшебству, и подхватила девушку под руки, пока я открывала зачарованную дверь. Вместе кое-как мы втащили ее в горницу, и пока Вилька укутывала незнакомку в теплое меховое одеяло, я забила печку дровами и метнула туда небольшой сгусток огня, от которого дерево сразу же запылало, озарив темную комнату теплым оранжевым светом. Осталось усадить девушку на низкую скамеечку у печки, закутать ее в одеяло и присесть рядом в ожидании, пока она оттает и сможет нормально говорить, не стуча зубами от холода. Минут через десять девушка перестала дрожать, заерзала на скамеечке, протягивая узкие босые ступни поближе к огню и уставилась на меня огромными светло-зелеными глазами.

– Мне очень нужно поговорить с волхвом Лексеем. Скажите, он скоро придет?

Мы с Вилькой переглянулись. Похоже, кое-кого придется разочаровать.

– Волхв Лексей вернется весной.

– Весной?! – Девушка подскочила на месте, словно ужаленная. – Но мне очень нужна его помощь!