Елена Самойлова – Синяя Птица (страница 10)
Я слегка поерзала, устраиваясь поудобнее на широкой волчьей спине, и, слегка наклонившись, крепко ухватилась за густую шерсть на загривке. Если волк везет тебя добровольно, то он тебя не скинет, так что можно было не волноваться. Но вот если придется уходить от погони, то лучше распластаться на животе, обхватить его за шею руками и молиться о том, чтобы не рухнуть на землю во время очередного скачка. Потому что, когда волк уходит от погони, то он зачастую так резко меняет направление, что можно запросто свалиться…
Ой, мамочки-и-и! Не так быстро-о-о-о!
Глава 3
В слегка покосившуюся дверь «Заболоченной речки» я постучалась, когда небо уже слегка просветлело, намекая на скорый рассвет. Стучать пришлось долго и упорно, но, когда дверь наконец-то отворилась, что в нос мне уперлась арбалетная стрела. Корчмарь, злой и невыспавшийся, уставился на раннюю посетительницу, как на татя ночного.
– Ну, чаво тебе надоть, девка продажная? Проваливай отсюда, здесь приличное заведение. – Видимо, усталость и бессонная ночь сделали свое дело, потому как я безо всяких объяснений ленивым щелчком пальцев превратила хищно ощетинившийся в мою сторону арбалет в рыжую кошку. Кошка издала оглушительный мяв, царапнула корчмаря всеми четыремя лапами и, вывернувшись из ослабевших рук, сиганула за печь, где снова застыла видавшим лучшие времена армейским арбалетом старого образца.
Корчмарь несколько секунд обалдело переводил взгляд с меня на внезапно оживший арбалет, а потом его круглое лицо расплылось в заискивающей улыбке.
– Так бы сразу и сказали, уважаемая ведунья. Заходите. – Я пожала плечами и прошла в проем гостеприимно распахнутой двери. Оглядела корчмаря в распахнутом халате поверх ночной рубашки и смешном колпаке и величаво спросила:
– Комнаты свободные имеются? Переночевать бы…
– Конечно, конечно. – Заулыбался корчмарь. – Всего двадцать медяков – и она ваша.
Двадцать монет за жалкий остаток ночи! Вот хорош жук…
– Хорошо. – Я порылась в кошельке и ссыпала на услужливо подставленную ладонь требуемую сумму. Корчмарь расцвел, видимо, оттого, что сумел стребовать с пришлой ведуньи стоимость комнаты на целую ночь за полчаса до рассвета, но меня это уже мало волновало. Мне хотелось только спать. Выяснять, здесь ли уже Вилька и Хэли, сил уже не было никаких. Поэтому я, поудобнее перехватив ременную лямку сумки, направилась к лестнице, ведущей на второй этаж.
– Госпожа ведунья, ваша комната вверх по лестнице, вторая слева по коридору! – Спохватившись, добавил корчмарь. Я вяло махнула рукой в знак согласия и потопала наверх. Найдя нужную комнату, я сбросила плащ и сапоги и, зачаровав дверь, упала на кровать прямо в одежде поверх покрывала и сразу же заснула.
…Проснулась я, когда солнце уже высоко стояло над горизонтом, а коридор наполнился гамом и громкими разговорами. Я сладко потянулась и недовольно покосилась на дверь, потому как шум за ней возрастал с каждой минутой. Критически оглядев помятую одежду, в которой спала, не раздеваясь, я решила, что хуже уже не будет, и, умывшись относительно чистой водой, стоявшей в глиняном кувшине на подоконнике, пошла посмотреть, что же за ерунда там творится аккурат за моей дверью.
Я развеяла заклинание, которым заперла дверь, не надеясь на хлипкий крючок, висящий на одном гвозде, и одним толчком распахнула ее.
И тотчас узрела перед собой приличную толпу из посетителей корчмы, которая при моем появлении моментально затихла.
– Чего? – Недоуменно спросила я.
Из толпы отделился корчмарь с двумя стражниками и, поклонившись мне, смиренно вопросил:
– Как спали, уважаемая ведунья?
– Хорошо. – Ответила я, слегка раздражась. – А теперь соизвольте объяснить, что за шум под моей дверью?
– Видите ли, вас хотели ограбить, но воришка почему-то намертво приклеился к ручке двери. Обнаружили его утром, но отцепить не смогли, вот и решаем, либо так руку отрубить, либо кусок двери выпиливать.
Так вот почему дверь так плохо открывалась!
Я заглянула за распахнутую настежь дверь, и с удивлением обнаружила там намертво приклеившегося к ручке двери невысокого человечка с донельзя печальным лицом и настолько грустными глазами, что я почти поверила в его раскаяние. Человечек страдальчески смотрел на пол перед собой, а корчмарь победно потрясал над его головой набором отмычек, конфискованных у приклеившегося.
Интересно, когда это я успела наложить на дверь универсальное заклинание Антесс против воров всех мастей? Так глядишь, и научусь на постоянной основе щиты поддерживать.
Я еще раз посмотрела на незадачливого воришку и деактивировала заклинание. Пускай забирают, не хватало еще дверь с утра пораньше портить.
Стража моментально подхватила отклеившегося вора под локотки, излучающего вполне убедительную благодарность за то, что его ловкие руки все еще при нем, и поволокла на улицу. Корчмарь пошел провожать, а из толпы ко мне подскочила Вилька, уже проснувшаяся, умытая и наверняка позавтракавшая.
– Ева! Когда успела приехать?
– Под утро. А вы тут как?
– Нормально. – Подруга обернулась к народу, который не слишком торопился расходиться, бормоча что-то про то, что все-таки надо было отрубить вору руку, а не будить ведьму. – А вы что здесь забыли? Чешите по своим делам! – С этими словами Вилька подцепила меня под локоток и повела вниз, в общий зал, да так быстро, что сумку и плащ, впопыхах оставленных на кровати, пришлось левитировать через весь коридор.
– Виль, куда так торопишься-то?
– Как куда? – Удивилась та. – За едой любое дело намного приятней. Карты-то у тебя с собой?
– А как же. – Я похлопала по своей подозрительно тощей сумке. – А беглянка наше где?
– Внизу сидит. Мы там уже обед заказали…
– Обед? – Моему удивлению не было границ. – Который же сейчас час?
– Где-то два пополудни. – То-то я себя чувствую столь отдохнувшей. Полдня проспала… – Да ты не дергайся, давай, шевелись поскорее, Хэли нас уже заждалась.
Хэлириан действительно скромно сидела за столом, который разносчица уже заставляла всякой снедью, при виде которой у меня аж слюнки потекли. Вилька сделала приглашающий жест, и я, усевшись за стол, начала с видимым удовольствием поедать жареную картошку с мясом и зеленью. Вилья охотно присоединилась, а Хэли почему-то вяло ковырялась в своей тарелке, явно думая о чем-то своем.
Наконец мы более-менее наелись и, дождавшись, пока разносчица соберет с нашего стола опустевшие тарелки, разложили на нем сразу несколько карт. Рассветный пик нашелся на старой гномьей карте двухсотлетней давности и, сопоставив ее с современной картой Роси, мы пришли к выводу, что Рассветный пик – это старое название одной из самых высоких гор Гномьего Кряжа, горной цепи, протянувшейся с севера на северо-запад Роси. Именно Гномий Кряж был своего рода природной северной границей Росского княжества, причем горы там были на редкость высокие и непроходимые, так что о форпостах и охране границ можно было даже не беспокоиться.
– Итак, что мы имеем. – Подвела итог я, сверяясь с картами и путевыми заметками наставника, который когда-то был в том районе. – На Рассветный пик просто так не поднимешься, там нет ничего, напоминающего дорогу, так что придется идти в обход. Немного западнее есть еще одна гора, поменьше, причем название у нее осталось старым – Закатный пик. Так вот, на эту гору подняться можно. Сложно, но можно, наставник пишет, что там есть какая-то тропа, по которой можно подняться до самого верха, а вот от Закатного пика до Рассветного старая дорога есть, хоть ей уже лет сто не пользуются. Но это гномья вотчина, а строили они по совести и на века, так что, если доберемся, дорога от нас никуда не денется.
– И где же мы, интересно, найдем эту тропу? – Вопросила меня практичная Вилька.
– Проводника наймем. Не отвлекай меня. – Я сосредоточенно вела пальцем по карте, оставляя на промасленной бумаге ярко-красную линию маршрута. – Но тут есть загвоздка – на Рассветный пик можно попасть только через Ночной перевал, а у наставника напротив этого места только два слова крупными буквами: НЕ СОВАТЬСЯ. Просто так Лексей такие предупреждения не пишет, но у него есть несколько вариантов этого самого «не соваться», и в конкретном случае это предупреждение, но не категорический запрет под страхом смерти. Будет трудно, но не невозможно. Ладно, на месте разберемся, будем держать ухо востро и не лезть без оглядки. А все остальное более-менее понятно – доберемся до Вельги-реки, спустимся по ней с два десятка верст, а там через Белозерье и Серое Урочище к Закатному пику… Короче, без проводника нам никуда, самые короткие пути там очевидны только знающим, а длинные займут месяцы. – Подвела итоги монолога я, собирая карты со стола, и тут же услышала у себя над ухом подозрительно знакомый голос:
– Могу предложить свои услуги.
Я обернулась и столкнулась с серебряными глазами на подозрительно услужливом эльфийском лице.
Алин, чтоб тебя…
Сидевшая напротив меня Вилька страдальчески закатила глаза и едва слышно застонала…
– Нет, нет и еще раз нет! – Я встала со стула и подобрала сумку. – С ним я никуда не поеду!