Елена Руденко – Незримого Начала Тень (страница 2)

Как печально… Я ещё не успела полюбить Кравцова, а уже столь тяжело переживаю его смерть… Могу представить, как больно терять того, кого любишь… Легче, наверно, умереть самому, чем терпеть подобную пытку.

Мы с Ольгой отправились к колодцу: я – дабы выпить очередную порцию ужасной воды, Ольга – побеседовать со своими новыми знакомыми. По правде сказать, они не произвели на неё приятного впечатления, но Ольга не хотела показаться невежливой.

При виде нас скучающее водяное общество оживилось. Я отчётливо слышала перешёптывания за моей спиной, о том, что Кравцов погиб из-за того, что полюбил меня. Дамы шептались о проклятии, которое падет на голову любого, кто полюбит «эту ведьму».

Столь бесцеремонная болтовня за спиной унижала меня, но не тронула моё сердце. Откуда можно знать, полюбил ли меня поручик Кравцов? Как хочется людям придумать интересную для них историю. Я уже привыкла к подобным сплетням, и они вызывают только непреодолимую скуку. Неужели никто не может придумать нечто поинтереснее? Похоже, людская фантазия не столь безгранична, как утверждают философы.

Пока сестра беседовала с приятельницами, я вернулась к колодцу, чтобы в очередной раз зачерпнуть кружку неприятной целебной воды. Меня окликнула Нина Реброва[7], прогуливавшаяся с компаньонкой неподалёку. За недолгое время пребывания на водах она стала единственной особой, вызывавшей у меня симпатию. Её отец, хозяин богатого имения на Кавказе, построил усадьбу в Кисловодске, куда часто приезжает Нина. Алексей Федорович Ребров очень уважаемый человек, благодаря именно его стараниям мы получили очаровательный курорт у Нарзана.

Оставив сопровождающую компаньонку на скамейке в тени деревьев, Нина подошла ко мне.

– Мне очень жаль, что так случилось, – печально произнесла она, набирая воду из колодца. – Поручик Кравцов полюбил вас… Простите, если эти слова расстроят вас… я, право, не хотела…

Нина смутилась своей невольной откровенностью, поразившей меня, и я не сумела скрыть удивления.

– Почему вы решили, что Кравцов испытывал ко мне какие-то чувства? – спросила я. – Он видел меня впервые!

– Я прожила на водах несколько лет, – ответила Нина с улыбкой. – И уже с первого взгляда вижу, кто в кого влюбился всерьёз, кто кем увлёкся, а кто просто ищет приключений и морочит головы. За годы научилась безошибочно угадывать, какой роман закончится, так и не начавшись, а какой ждёт брачный союз. Уверяю вас, все эти встречи, ухаживая, взгляды – так похожи друг на друга. Если бы заключала пари, то стала бы богаче родного отца, но считаю это дело низким и недостойным, нехорошо делать ставки на чувства других…

После этих слов Нина Реброва вызвала у меня ещё большую симпатию.

– Взгляните, – Нина кивнула в сторону молодой дамы и офицера, мило беседовавших на скамье. – Как вы думаете, чем закончится их роман?

– Увы, не могу знать, – честно призналась я.

– Они всерьёз увлечены друг другом, но дама слишком любит, чтобы её развлекали, а офицер слишком прямой и немного несдержанный человек. Через пару дней они возненавидят друг друга. Довольно частая ситуация на водах.

Нина прикрыла рот рукой, скрывая зевоту.

– Поразительно, вы определили их характер! – я восхищалась.

– Все характеры представителей водяного общества одинаковы… Не придавайте моим наблюдениям большого значения… Ведь вы обладаете мистическим даром, – заметила моя новая знакомая.

– Пока, если судить по нашему разговору, мистический дар присущ вам, – улыбнулась я. – Поверьте, для меня эти томные парочки все одинаковы, а определить по взглядам и жестам, насколько кавалер увлечён дамой, – удивительный талант! Вы предсказываете судьбу без всякой мистики, а мне не дано подобного таланта.

– Скукотища, уверяю вас! – воскликнула Реброва. – Когда вы поживёте на Кислых Водах чуть больше года, вы сами начнёте предсказывать романтическую судьбу курортников…

Я с улыбкой пожала плечами.

– Вы прекрасно разбираетесь в людях, – ответила я.

– Увы, представители водяного общества и окрестных поместий настолько скучны, что их поступки предсказуемы, – повторила Нина. – Без лести замечу, что вы и ваша сестра самые интересные особы на водах из всех присутствующих дам.

– Благодарю… Думаю, вы заметили, что меня не очень жалует светское общество, – заметила я. – Поэтому ваша похвала мне особенно отрадна…

На балу я обратила внимание, что Нина всегда была окружена компаниями молодёжи. Похоже, на моём лице и голосе отразились мои мысли, что немного обидело Нину.

– Только благодаря славе папеньки я никогда не остаюсь в одиночестве на балах, – ответила Нина. – На самом же деле представители водяного общества считают меня очень скучной и чрезмерно добродетельной. Милая Аликс, от вас меня отличает лишь умение отвечать светским шутникам.

Оставалось лишь сконфуженно извиниться.

– Не стоит, – весело произнесла Нина, – вы в этих местах как глоток свежего воздуха, и мы станем добрыми друзьями… Но спешу вас предупредить, вскорости вы превратитесь в местную достопримечательность, о вас уже слагают небылицы…

– Не впервой, я привыкла, – ответила я, – шёпот за спиной совсем не задевает меня, а вот насмешка, брошенная в лицо, заставляет замереть. Я чувствую, что расплачусь, если произнесу хоть слово… Только прошу вас, не надо меня выручать, от этого мне будет больнее…

Нина быстро отвела в сторону взгляд, в котором я уловила сочувствие, ей не хотелось меня обидеть.

Мимо нас медленно прошла девушка в чёрном платье, ее гладко уложенные волосы украшала маленькая шляпка с чёрной прозрачной вуалью. Не только одежда, но и весь облик барышни выражали скорбь и траур. Не сразу в ней удалось узнать надменную племянницу генерала Северина, вежливо презиравшую меня. Помню, позавчера, когда мы ехали в открытой коляске, она обогнала нас верхом, подарив мне сочувственно-надменный взгляд. Я раньше встречала её в Петербурге. Кира Северина никогда не участвовала в нападках на меня, но и никогда не проявляла добродушия, относясь как к убогой слабоумной. Впрочем, мне совершенно безразлично ее отношение.

– Барышня Северина в трауре? – удивилась я. – Вчера на балу на ней было розовое платье…

– Вы многого не знаете, Аликс, – сказала Нина, видя моё замешательство. – Барышня безумно и безответно влюбилась в Кравцова, она весьма навязчиво преследовала его и даже приезжала к нему на квартиру. Северина донимала беднягу всю неделю, как только появилась на Кислых Водах…

Я не ожидала, что подобная особа способна на столь безумные чувства.

– Несмотря на траур Северина не отказалась от развлечений, но совсем не щадит чувства других! – укоризненно продолжала Нина. – Она явилась в усадьбу госпожи К* на празднование ее именин в черном платье, чем едва не довела именинницу до обморока, а сама даже не сподобилась понять, почему ее появлению не рады!

Понимая, насколько люди боятся всего, что связано со смертью, я разделила негодование моей собеседницы. В свете многие считают дурной приметой, если кто-то явится на радостный семейный праздник: именины или крестины в одежде черного цвета – олицетворения траура. «Жди беды» – начнут шептать.

Помню, однажды Ольга, по обыкновению отправившись делать визиты, заехала к одной из своих многочисленных приятельниц. Моя сестра тогда надела свое изумительное платье из черного бархата с белыми атласными манжетами. Встретивший ее лакей предупредил о начале празднования именин малолетней племянницы хозяйки. Ольга поторопилась вернуться, попросив лакея не докладывать о ее прерванном визите, дабы не вызвать вопросов о причине столь спешного возвращения. Зачем понапрасну пугать людей недобрыми приметами?

Не думаю, что Северина задумалась о других, барышни подобного склада, считающие себя центром мирозданья, никогда ни о ком не беспокоятся.

Признаюсь, я ужасно завидую дамам, одетым на балах в роскошные черные платья, которые придают им таинственный облик. Однажды я увидела госпожу Смирнову-Россет в черном платье. Насколько прекрасно ей подходит сей цвет! Смирнова часто надевает черное на вечера в своих салонах. Но Ольга и слышать ничего не желает о черном платье для меня, называя подобный наряд дурным тоном для юной барышни.

– Не удивлюсь, если Северина убила Кравцова, – предположила Нина. – Она сумела упросить его совершить с нею прощальную ночную прогулку… Кстати, барышня нередко хвасталась, что прекрасно стреляет и фехтует… Хотя кого сейчас этим удивишь? Многие барышни берут уроки стрельбы и фехтования, полагая тем самым выделиться среди нас – неженок. Пару раз взмахнули рапирой и вообразили себя Надеждой Дуровой, – Реброва усмехнулась, – Ладно, не стоит уподобляться светским сплетникам… Взгляните, как оживились компании на скамейках при появлении мадемуазель Киры…

Действительно, за время нашей с Ниной беседы водяному обществу наскучило обсуждать мою персону, и они сидели весьма вялые, но стоило появиться племяннице генерала, как их лица снова засияли, а разговор оживился.

Вскоре Нина оставила меня, поспешив к семейному обеду. Оставшись одна, я задумалась, чем заняться, дабы не стоять подобно статуе: побродить по парку или выпить еще одну кружку из колодца. Последнее было для меня самым неприятным.

– Я наблюдал за вами, – голос доктора Майера[8] вывел меня из раздумья. – Вы впили всего лишь две кружки! Это ничтожно мало!