Елена Ручей – Измена – билет в новую жизнь (страница 25)

Внизу хлопнула дверь и послышались быстрые шаги по лестнице. Я отреагировала тем, что опустила ноги в шлёпанцы и выглянула в распахнутую дверь. На верхней площадке показался шеф, собственной персоной. Он направлялся в мою комнату, но заметил меня и сменил траекторию.

— Ива, нам надо поговорить, — начал он с порога.

— Да, Альберт Станиславович, — я, выпрямив спину, закинула ногу на ногу. — слушаю вас.

— Ива, да сколько ж можно? — он поджав губы разглядывал стену высоко над моей головой. — Мы же договорились дома не выкать.

— Я так не могу.

— Как так? Я что слишком стар?

— Нет. Вы слишком женат… И я не хочу, чтобы в вашей семье из-за меня были проблемы. Я здесь на правах кормилицы, то есть — наёмный работник. Не хочу нарушать субординацию и компрометировать вас и себя.

Он сунул руки в карманы брюк и прошёлся по комнате. Вернулся и встал напротив.

— В моей семье не может быть из-за тебя проблем, — он смотрел в упор, и я, не выдержав, отвела взгляд. — По той причине, что семьи давно нет. Я уже через год после свадьбы понял, что совершил ошибку женившись на Ларисе, и хотел расстаться с ней. Но она сказала, что беременна. Я надеялся, что ребёнок изменит её и улучшит наши отношения. Но у Ларисы случился выкидыш, а меня тогда не было рядом. Она долго добиралась в больницу, и, видимо, ничего не смогли сделать. Врач сказал, что детей у неё не будет… Я чувствовал свою вину, поэтому не разводился. Весной я, наконец, подал документы на развод. Но Лариса, как бы тебе сказать, — он снова начал ходить по комнате, — она потребовала слишком большую сумму… И я тогда приостановил бракоразводный процесс: мне необходимо было утрясти некоторые дела. В ноябре я снова подал заявление. Вчера она приехала, потому что получила уведомление о судебном заседании.

— Но я видела обручальное кольцо у вас на пальце… Если бы вам не были важны отношения с женой, вряд ли вы стали бы носить его, — проговорила я то, что смущало больше всего.

Но Альберт неожиданно рассмеялся.

— Не понимаю, что я такого смешного сказала? — я закусила губу. Мне неприятен был весь этот разговор. Он совсем не должен был передо мной оправдываться. А я — задавать слишком личные вопросы.

— Кольцо — это униформа, — подавил он смех.

— "Уни" что? — с недоумением посмотрела я на него.

— Рабочий атрибут, — он старательно сдерживал улыбку, но глаза улыбались. — Знаешь как сложно неженатому мужчине управлять коллективом, в котором работает множество незамужних женщин?

— Нет, откуда… — пожала я плечами, хотя это было не совсем правдиво. Ведь я тоже обратила внимание на кольцо во время собеседования. И Ритка…

— А я знаю. Поэтому когда еду в офис, надеваю кольцо, чтобы женская аудитория видела во мне начальника, а не героя романа.

— Вы так неотразимы? — я посмотрела на него прищурившись, стараясь держать марку.

— А ты так не считаешь?

Блин! Он легко сбил с меня напускную спесь и я не ответила.

— На самом деле им неважно какой я, их интересуют мои деньги.

Я не знала, что сказать ему на это и молчала.

— Ива, можешь мне дома не выкать? А то я чувствую себя как на работе. Когда слышу твоё "вы", беспокоюсь, что без галстука.

Его улыбка снова была такой, как тогда, когда он на собеседовании вспоминал годы учёбы в университете, и я не смогла сдержать свою в ответ.

— Вот и договорились, — счёл он её за согласие и перевёл тему. — Татьяна Михайловна сказала, что требуется прикорм детворе, напиши Дамиру в заявку какая смесь нужна, пусть купит в запас, чтобы в праздники не беспокоиться. Завтра я уеду. Приеду через неделю. Вы с Натюшей справитесь?

— Не волнуйтесь…

— Ива! — укоризненно посмотрел он на меня.

— Всё будет нормально, — продолжила я. — Если что, я позвоню.

— Договорились. И про тренировки не забывай. Завтра возможно тело поболит, но будешь чередовать нагрузку и мышцы адаптируются. И пить не забывай. Только воды ты должна выпивать…

— Знаю, — перебила я его наставления. — Я пью.

— Молодец тогда. Ещё. Обсудите с Дамиром меню на праздничные дни, чтобы он закупил всё, что надо заранее. И что необходимо детям — тоже. Натюша хозяйством заведует, но мало ли что, подскажи.

— Хорошо, — протянула я растерянно. — Подскажу.

— Ну и ладненько, — он посмотрел на наручные часы, — пойду. Мне ещё поработать сегодня надо. За ужином, если что вспомню, ещё проговорим.

— Альберт, — окликнула я его и замялась. Мне хотелось понять, почему он не обмолвился про корпоратив, но не знала как он к этому отнесётся.

— Я слушаю, Ива… Что ты хотела?

— Мне сказали, что двадцать восьмого корпоратив будет в Летнем?

— Да, — он молча ждал, глядя на меня.

— А… Если получится… Я могу съездить на пару часов?

— Устала в четырёх стенах или кто-то пригласил?

— И то, и другое.

Он смерил меня взглядом и, выходя из комнаты, бросил через плечо:

— Поступай как знаешь.

Я про себя чертыхнулась, что спросила. Не знаю, что он подумал, но видела как упала в его глазах.

К ужину он не вышел. Дамир отнёс поднос с едой ему в кабинет. А утром за ним приехал Костя. Я видела в окно как они сели в служебную машину и уехали.

Остался неприятный осадок. Я несколько раз в мыслях возвращалась к вчерашнему разговору и не могла в толк взять, что его разозлило. Оставалось только догадываться.

Но постепенно, за заботами, я отвлеклась.

Днём включила малышам сборник детских песенок. Под задорное сопровождение начала подпевать сама, и ребята, лёжа на полу на игровом коврике, во все глаза следили за театром одного актёра. Я под музыку кружилась перед ними, взмахивая полами халата. Егорка, понаблюдав за моим движением, рассмеялся, заливаясь глухим грудничковым голоском. Это было так неожиданно, что я затаив дыхание, повторила движение вновь и вновь, провоцируя его.

Элина от моих взмахов сначала жмурилась, а потом, наблюдая за мной и Егоркой, рассмеялась тоже. У моей дочурки, в отличие от Егора, смех был похож на журчание ручейка, слыша который я пережила настоящий экстаз умиления.

— Ой, не могу! Ты глянь на этих смешариков… Вот так концерт! — в дверях стояла Натюша и колыхалась от смеха. — Не выдержала, поднялась посмотреть на вашу дискотеку.

— Натюша, присоединяйся к нам! — развела я руки по сторонам, изображая "Барыню".

— Ой, не. Лучше я в зрительном зале останусь. Мои топалки уже не пляшут, — Натюша, прихлопывая ладонями в такт мелодии, присела на диванчик. — Так что танцуй за всех! У тебя здорово получается, Ива. Ты никак танцами занималась? Вроде дурачишься, а двигаешься красиво.

— Было дело! Даже выступала…

— А что потом?

— А потом замуж вышла, — я сделала музыку потише. — теперь всё в прошлом.

— Нечего себя хоронить! Всё у тебя ещё впереди.

— Да какое там, Натюша. Не до танцев теперь. Дочку растить надо.

— Тюуу… Одно другому не мешает! Правда? — подмигнула она Элине. — Мама у тебя умница и красавица. Да? И чтобы доче было хорошо, мама должна улыбаться. А для этого, надо, чтобы папка достойный с ней рядом был…

— Натюша, её папка, недостойный, не надо ей такого.

— Так и я не о том… Кстати, Дамир поедет закупать продукты на днях, поезжай ка с ним. Договорись по времени, да пробегись по магазинам. Купи обновку какую к новому году, безделушки для души… И настроение себе праздничное создашь. Мне вот, нравишься ты с такой, как сейчас улыбкой. То ли дело! А то вчера за ужином — сидела такая кислая, что прям аппетит попортился…

— Скажешь тоже, Натюша.

— А я не шучу. Съезди в город, порадуй себя. А за детей не переживай. Покормишь перед дорогой, а следующее кормление я смесь им дам.

— Спасибо, Натюша. Посмотрим…

Глава 32. Предвкушение

Каждый день, с утра, я теперь находила время, чтобы позаниматься на тренажёрах. Первичная дрожь в ногах и боль в мышцах прошла, и я почувствовала себя более энергичной. Появилось предвкушение праздника.

Поинтересовалась у Натюши, как они обычно отмечают Новый год, ставят ли ёлку. Но та ответила, что Альберт обычно отмечает с друзьями в ресторане, а она не любит ночные посиделки, поэтому они с Дамиром выпивают по бокалу шампанского и расходятся.