Елена Ронина – За зашторенными окнами (страница 44)

– Я всегда говорила, такое воспитание не доведет их до добра. Где это видано, ребенку за все деньги платить. В магазин сходила – пятьдесят рублей. Пятерку получила – сто рублей. Что это за методы? – Римма закурила сигарету. – Вон наши обормоты, попробовали бы только вякнуть про деньги.

– Ну ты, Римма, не права, карманные деньги детям нужны, – не согласилась Лариса.

– На что? Нет, ты мне объясни: на что? Вот у Нинки карманные деньги были, у нее вообще все что хочешь было. Она зачем магазин брать пошла? И главное, что украла? Шампунь «Бабушкины рецепты»? Да у Ирины все шампуни в доме французские, еще и в специальные колбы перелитые. Где она их набрала только, склянок этих?

– Купила в Париже, на блошином рынке, Римм, – ровно вставила Ольга. – Римм, сейчас не о том.

– Да понятное дело, не о том. Это я так, к слову. От безделья Нинка пухнет! Вон, мое пацанье из секции в секцию с утра до ночи. И чтоб домой на карачках приползали, как Райкин говорил. И все правильно! И все равно постоянно с Борей боимся. Что впереди? Что преподнесут? Куда их завернет? Но деньги платить за помощь родителям, за домашний труд, – это, знаешь, милая, откупаться от собственных детей.

– По-моему, ты передергиваешь. У меня Дарья, конечно, еще маленькая, да и Кирюшка пока не просит, но, думаю, вопрос это спорный.

– А по-моему, я оказалась права. И не разубеждайте меня. Сами знаете, Ирина много собой занималась. Там кожа повисла – ах, ох, скорее к массажисту, тут животик – скорее жир откачивает. Тут морщинки – где наши золотые нити? Не знаю я.

– Ну это да, на себя денег не жалела; ни на себя, ни на люстры, – поддакнула Лариса.

– Девчонки, прекратите, забыли, в чьем вы доме? И не наше это дело. Значит, всех все в этой семье устраивало. И потом, почему всегда, чуть что, осуждаем мать?! А Илья?

21

Илья нашел Ирину в ансамбле «Березка». Ну не на выступлении, конечно. Он о таком ансамбле и знать не знал. Позвонил как-то Аркаша:

– Илюх, чем занимаешься? Тут такие девочки в гостях. Бери пузырь и к нам.

Девочки действительно были что надо. Все высокие, худые, с огромными глазами и без всяких модных челок.

– Манекенщицы?

– Нет, в ансамбле «Березка» пляшут. Слыхал про такой?

– Вроде. Что-то там народное.

– Блатное-хороводное, – заржал Аркаша. – Единственная проблема – все на одно лицо. Я их пока только по платьям различаю.

– Да нет, вроде вон та, в зеленом, отличается. Лицо, что ли, у нее вытянутое?

– Точно! Ирка. У остальных лица, как луна. Это ты правильно заметил. А видал, как сидят прямо? Как кол проглотили. Слушай, и не пьют. Правда, разговоры все про шмотки. Кто сколько чего из-за бугра привез. Да на сколько продал. Они же выездные. Постоянные гастроли. Вот и подзарабатывают мелкой спекуляцией.

– А так вроде на спекулянток и не похожи.

– Так и я говорю! Друг на друга они похожи. Вот поэтому тебя позвал. Утомили они меня своими разговорами.

Да, Илья сразу приметил Ирину. И в тот же день пошел ее провожать до дома. Что говорить, им вслед оглядывались, и такой красивой девушки у него не было никогда. Высокая, тоненькая, как та самая березка, волоокая, походка плавная. Даже как голову повернет – и то глаз не оторвать.

Илья сразу сделал вывод: нужно жениться, такой шанс упускать нельзя. Это ж все ребята с факультета опухнут от зависти.

– Господи, о чем ты с ней разговаривать-то будешь? – Аркаша был откровенно поражен. – Она же только про шмотки да про маски может. В смысле, для лица. Чтоб всю жизнь вот так выглядеть, как сегодня!

Аркаша оказался прав. Тогда Илья этого не знал. Да и Ирина начала хвостом вилять. Она прекрасно понимала: выбор у нее огромный, и почему он должен выпасть на Илью? Чем он лучше остальных? Нет, она еще посмотрит по сторонам. Может, если бы сразу кинулась ему на шею, он бы присмотрелся повнимательнее и разглядел бы еще что-нибудь, кроме внешности. А так – запретный плод, он всегда слаще. И когда видишь, что дотянуться никак не получается.

И так она держала парня на коротком поводке несколько лет. Уже окончил институт, уже создал свой бизнес. А Ирина все примерялась. Тот – не тот, а ну как прогадает. Да и шанс еще существовал в недалекой европейской стране. Шанс был не совсем Ирининым или даже совсем не ее. У «шанса» имелись жена и двое детей. Но Ирина не сомневалась – дело времени. Она выйдет из этой схватки победительницей. В какой-то момент действительно все срослось настолько, что она рассказала про «шанс» даже Илье. Потом поняла, что этот шаг был абсолютной и идеальной глупостью. Но как же? Ведь наш иностранец плакал, умолял подождать, и все обязательно решится, а она – одна-единственная.

Ирина настолько поверила в успех, что решила не морочить голову Илье и оставить того в друзьях. В конце концов, скоро она станет европейской гражданкой, и ей с мужем нужны будут приличные связи в России среди новых и молодых бизнесменов. Для Ильи новость стала шоком, он с трудом сумел сохранить лицо и не дать Ирине пощечину. Хотя руки чесались. Но тогда, неожиданно для себя, решил – не отступит: «Рано или поздно Ирина станет моей!»

А через два месяца заграничный принц опять плакал и опять рассказывал, что Ирина, конечно, единственная, а та просто жена. Только женой и останется. Потому что на досуге «шанс» все обдумал и понял степень своей вины перед женой. Ирина потом, размазывая слезы, зло рассказывала подруге:

– Урод! Настоящий урод! «Как я могу ее бросить, – говорит, – если я с ней даже в магазин ни разу не сходил, платья ей ни одного не купил». Нет ему-де прощения.

– Опять добиваться своего станешь?

– Нет. – Ирина решительно затушила сигарету. – За Илью замуж выйду. Сколько мужик меня ждет. Лет пять уж, поди. Пора. А то остынет.

– Так небось уж остыл.

– Еще тлеет. Но огонь разжечь можно.

Жениться на Ирине для Ильи уже стало делом чести. Про любовь уже не задумывался. Просто им овладел пунктик: «Она станет моей».

– Илюх, зачем тебе? – уговаривал Аркаша. – Потом, она баба не для жизни, а для выставки. Выставочный экземпляр. Так ты статуэтку фарфоровую купи. Вон в витрину поставишь.

– Эх, Аркашка, ты не понимаешь, много ли чего в этой жизни я мог себе позволить? Вон даже железной дороги игрушечной, и то у меня не было. Сам знаешь, родители мне таких игрушек не покупали. А сейчас я могу. Комнату в доме под эту дорогу выделю. Пусть себе паровозики катаются. Так зачем же мне статуэтка фарфоровая, если я могу себе живую купить. А?

– Вот, Илюха, самое важное ты и сказал. Купить. Ты ее покупаешь. А она продается. А если кто дороже заплатит?

– Не заплатит, – усмехнулся Илья. – Денег не хватит.

– А самому не противно?

– Нет, и прекратим этот разговор, – жестко оборвал Илья. – Да, про любовь я не думаю. Да и была ли любовь к Ирине? Не знаю. А неважно. Сам знаешь, сколько у нас дел да забот. А жена красивая – это круто!

22

Новый светильник в стиле Тиффани над двенадцатифутовым столом правильно рассеивал свет.

Огромное значение имеет освещение игровой поверхности бильярдного стола. Именно правильно подобранные и установленные в нужном количестве светильники обеспечивают максимальное удобство и минимальный вред зрению при игре на бильярде.

При неправильно выбранных светильниках игровая поверхность освещается неравномерно, появляются блики на шарах, и все это, понятное дело, сбивает прицел игрока.

Ирина прочитала немало специальной литературы, прежде чем заказать красивую лампу. Вон их сколько в магазине. Но какая подходит? Оказалось, все зависит от размера стола.

Для семи-восьмифутового стола нужен светильник из двух-трех плафонов, на девятифутовый стол достаточно трех-четырех плафонов, на десяти-одиннадцатифутовый – четыре плафона, а на двенадцатифутовый стол не больше четырех-шести плафонов.

Так что над столом в бильярдной Сидельниковых красовался светильник из шести плафонов. Естественно, ручной работы, из муранского стекла, сделанный в стиле Тиффани. Такие же бра висели по периметру всей комнаты.

Целая проблема была – светильник над столом повесить. Высота тоже имеет определенное значение. В идеале она равняется 80–100 см от игровой поверхности стола. Но не надо забывать о новичках, которые, пытаясь ударить посильнее, задевают плафоны или сами лампы соскочившим с руки кием. Очищать сукно от осколков – занятие не из приятных; потом, Ирина и не скрывала, – заказанная ею лампа совсем даже не из дешевых. Также нужно помнить и о высоких людях, которым при малой высоте подвешивания светильников будет очень неудобно нагибаться над бильярдным столом. А Илья как раз-таки высокий!

– Борис, вы с женой сегодня сделали всех. – Феликс поставил кий на место.

– Подожди, еще не вечер. Я еще играть и не начинал. – Илья стал разминать руки. – Сейчас мы все сделаем по науке. Да, Борь?

– Пойду поищу Семена. И девушки наши все же сбежали.

– Феликс, давайте сюда и вино с собой захватите.

– Сейчас, глядишь, кого найду. Понастроили, понимаешь, хором, вот где теперь кого найдешь.

Друзья сначала, как всегда, немного погоняли шары.

– Устал, Борька, устал, просто передать тебе не могу.

– Понятное дело, малыш в доме. Я как вспомню этот период, до сих пор в дрожь бросает.

– Да даже не это. Ирина такая дерганая, ты не представляешь. Сам знаешь, досталось ей с Ниной сначала, теперь вот Тарас.