Елена Романова – Наставница для наследника престола (страница 98)

Маленький Азариас — больше не ребенок. После того, как он выгрыз свое право на трон, как вошел во дворец, прорвав оборону, и поддерживал продвижение Аарона своим пламенем, прикрывал его и ни разу не осудил за жестокость, Кайл — готовый правитель. И Аарон может доверить ему все.

И вот теперь, спустя шесть дней — гребанной вечности — Аарон получает свою рыжую бестию.

В ней больше нет магии, и она пока не знает об этом, но ему плевать. На все плевать, кроме нее самой. Она в его руках — податливая и горячая — а остальное уже не так важно.

Эпилог

НЕЯЛИН ЛЕЙН

Кайл приезжает ночью.

Стража рассыпается по периметру. Их не видно, но они точно здесь и следят за каждым движением монарха.

Король с деловитой осмотрительностью выбирает участок травы, на который лично стелет покрывало и приказывает мне:

— Ложись!

В Гнемаре его не было две недели, он только вернулся и сразу пригласил меня в королевский сад.

Я вытягиваюсь на покрывале. Разве можно ослушаться короля Равендорма?

Он ложится рядом и закидывает руку за голову.

Пахнет акациями. Стрекочут насекомые. Сейчас только начало лета, но уже очень тепло.

Земля в саду слегка сырая и ароматная.

Над нами россыпью сияют звезды. Небо чистое и глубокое. Смотришь и будто проваливаешься в воронку черного смерча.

Между мною и Кайлом есть какая-то связь, неясная никому. Только мы понимаем, насколько она сильна.

— Как ты можешь его терпеть? — наконец, выдыхает Кайл. — Он снова меня отчитал. Я ведь все сделал правильно!

— Ты же его знаешь, — улыбаюсь я. — Он хочет, чтобы ты был лучшим из лучших.

— Сам бы стал таким для начала, — ворчит Кайл.

Мне смешно наблюдать за их грызней. При том, они оба дорожат друг другом. Даже больше — любят. И все равно Аарон вечно подстегивает Кайла, вынуждая становиться лучшей версией себя.

— Ты… с ним счастлива? — наконец, спрашивает Кайл. — Я его отошлю в ссылку, если он начнет…

— Не начнет, — смеюсь. — Все хорошо.

— Он сказал, что я зря оставил Элизу во дворце. Это «решение, продиктованное чувствами», представляешь? «У принцессы сильный эмпатический дар!» Как будто я не знаю! Она чувствует эмоции и способна усиливать магический дар другого человека с помощью прикосновения. Это же так полезно! А он не хочет видеть в ней члена нашей семьи. А она ведь помогла тебе, Нея. Она вернула тебя с того света, хотя об этом почти никто не знает. Ты была так истощена, что почти погибла. Элиза каждый день пробуждала твою магию по крупицам, восстанавливала ее! А он: «Не нужно с ней сближаться!» Сухарь! Нет, он просто бесчувственный чурбан!

Элиза действительно многое сделала, чтобы мой дар вернулся. Хотя я еще не могу лечить других, но медленно восстанавливаюсь.

— Я с ним поговорю.

— Не хочу, чтобы вы ругались из-за меня, — бурчит Кайл.

— Мы не будем.

И это правда. Иногда мне кажется, что у меня два дара: лечить и гасить любые недовольства собственного мужа. Стоит прикоснуться к нему, и он сразу смягчается. В его характере быть взрывным и горячим, но я умею его остужать. А еще я знаю, какой он ласковый. Иногда он бывает нежным. А еще я чувствую, что он меня любит.

— Смотри, звезда упала! — Кайл тычет в небо пальцем.

— Загадывай желание.

— Желание? Гм… — король раздумывает. — Хочу, чтобы совет утвердил новый свод законов.

— Какое-то очень уж королевское желание, — усмехаюсь я. — Мы хорошо поработали над ним. Уверена, Аарон примет наши поправки. Женщина не обязана отдавать свой дар и должна иметь право на образование.

— Зная Аарона, сложно что-то гарантировать.

— Он согласится, — говорю я. — А теперь загадай другое желание. Что ты действительно хочешь… как ты, а не король.

Кайл долго молчит.

Кажется, ему стыдно признаться.

— Хочу весь день есть сладости и ничего не делать.

Это так приземленно, что я начинаю хохотать, а Кайл дуется.

— А какое у тебя желание?

— Я бы тоже не отказалась от сладостей. И провела бы в постели целый день.

На нас надвигается тень, и Кайл вздрагивает и хочет было подняться, но жесткий мужской голос приказывает:

— Лежать!

Аарон опускается на покрывало со стороны Кайла и флегматично смотрит в небо.

— Леди Неялин, весь день в постели я вам обеспечу, — произносит он, а затем смотрит на Кайла: — А королю стоит знать меру. Впрочем утром я пришлю вам сахарных петушков.

Кайл пихает Аарона локтем под ребра.

— Ты говорил, что смотреть на звезды — это бездарно тратить время!

— И пока я все еще придерживаюсь этого мнения.

— Он никогда не изменится, — сопит Кайл.

Мне понятно отчего Аарон явился сюда среди ночи. Он только закончил работать и вернулся в наши покои, где не застал меня. Это будет стоить мне целой отповеди — ему необходимо засыпать, держа меня в объятиях.

Аарон, разумеется, не стал другим человеком, даже женившись на мне.

Он все еще достаточно жесткий человек, который ставит интересы династии и Равендорма превыше всего. Он не пощадил даже бывшую невесту, отдав ее замуж за графа средней руки. Вся его жизнь — служение короне с небольшими поправками на меня. А моя — становление иного мира в этом патриархальном государстве с большими поправками на Аарона Элгариона, ибо без своей жены он иной раз становится хуже зверя.

— Вам пора спать, ваше величество, — говорит он. — Раз у вас хватает времени смотреть на звезды, значит вы не слишком устаете от государственных дел.

— Ты не делаешь и половины моего! — рычит Кайл.

— Сплю и вижу, как переложу на тебя еще четверть.

— Он невозможен, — Кайл поворачивается ко мне. — Увидимся завтра, Нея.

Я киваю. А Аарон тянет:

— Даже не рассчитывай.

Кайл уходит, а вместе с ним и охрана.

Аарон же скрещивает руки на груди и смотрит в небо, а я облокачиваюсь на локоть и смотрю на него.

— Ты никогда не прекратишь, да?

— Ему кажется, что он может среди ночи забрать мою жену, не ставя меня в известность. Или у него приоритет на твое внимание?

— Ты ужасен.

— Это в принципе или только сейчас?

Его юмор существует лишь для того, чтобы подначивать меня. Я перебираюсь к нему ближе, приподнимаю подол и сажусь на него верхом. Склоняюсь к его лицу, наблюдая, как мои рыжие волосы падают на его черный камзол.

— Это в принципе.