Елена Рид – Заповеди речи. Книга стихов (страница 1)

Шрифт

Заповеди речи

Книга стихов

Елена Рид

Елена Константиновна Кузнецова Иллюстратор

ISBN 978-5-4485-1762-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Добрый день, дорогой читатель. Меня зовут. Книга, которую вы держите в руках – часть меня, искренняя и настоящая. Недаром говорят, что книги – это дети: мне и страшно отпускать эту часть от себя, и чувствую, что пора. Стихотворения, помещенные в этот сборник, написаны с 2011 по 2017 год. Какие-то из них публиковались в альманахах «Ликбез» и «Зима-2016», но значительное их число видит свет в первый раз (паблики вконтакте и интернет-ресурсы типа Стихи.ру я не считаю, хотя для многих авторов это верное средство быть узнанными). Сборник разбит на три главы. В первую из них – – вошли стихотворения преимущественно о любви (влюбленности, страсти) несчастной, невзаимной и даже жестокой. Как говорят создатели креативных питерских антикафе и коворкинг-пространств, «творите там, где вас вдохновляет». Так получилось, что существенный кусок моей жизни и творчества был вдохновлен такими чувствами. Вторая глава дала название всему сборнику. Возможно, именно там вы найдете стихотворения, которые понравятся вам уравновешенностью и философичностью. Третья – – включает стихотворения, которые либо были написаны недавно, либо, по моему субъективному мнению, универсально хороши и достойны завершать этот «парад тщеславия». Я долго не решалась издать свою книгу: мне препятствовали как натренированная скромность, так и объективная самооценка – мои творения талантливы, но не гениальны. Но если вас, читатель, что-то «зацепит», что-то вам запомнится, покажется близким, может быть, поможет лучше осознать собственные чувства и переживания – это будет для меня радостно и ценно. Елена Рид «Любимые не чувствуют любви» «Заповеди речи» «Весна в крови» Спасибо!

Любимые не чувствуют любви

«Мы в черно-белой гамме. Я тебя…»

Мы в черно-белой гамме. Я тебя не чувствую какой сегодня лунный наступит день, и меряю, скорбя, грудную клетку инструментом струнным, наполненным прозрачной пустотой. Водой дышу и воду выдыхаю я инструмент, пожалуй, духовой, совсем простой. И ничего не знаю о лестничной площадке узкой той, где встречи не бывают судьбоносны. В судьбу не веришь, встретишься с судьбой как и у всех, костлявой и безносой, так лучше верь. Не веером отбив удар судьбы – чужим влюбленным телом — ты самурай, но как же ты труслив, и бледностью тягаться можешь с мелом. Но я терплю, не буду в дураках, ни в дурах, ни в шутах, ни в королевах, не карта я, не про меня рукав, зазор в стихах и поворот налево. Смешно подумать – я ли эта я, что так в плечо твое стремилась вжаться, туристка, испугалась, там змея! — как будто больше нечего пугаться. Я знаю, ничего не обещал ни рот красивый, ни шальные пальцы, но мне, покуда лед не затрещал, так не хотелось снова превращаться в форель и уходить на глубину… я только-только разучила ноты, но я себя никак не обману — я полюбила, точно зная, кто ты.

«Тот интересен, кто делает первый шаг…»

Тот интересен, кто делает первый шаг. Он же первым утрачивает интерес. Я отвернулась, и это дурной знак. Я отвернулась раньше, чем ты исчез.

«Пускай не камень у тебя в груди…»

Пускай не камень у тебя в груди, Но вряд ли разорвется от испуга. Не можешь уберечь – не заводи Любовницу, собаку или друга. А ты не можешь. Так не выходи Из намертво очерченного круга.

Ванильный Тристан

Сумрак сгустился, и к берегу лодка пристала. Я извлекаю раненого Тристана. Он некрасив и покрыт чешуей драконьей, запах из лодки далекий от благовоний. Порасторопней рабы, порезвей кони, и я бы спасла его от боли и от погони, для королевского трона, для новой бойни; раны сочатся гноем, глаза – слезами исходят, и по щеке моей она пальцем бредовым водит, и жалуется, что не может от льва и вепря меня защитить, принимающим форму ветра

1 2 3 4 Вперед