Елена Рейн – Сбежавшая жена дракона (страница 10)
Мужчина подхватил женщину на руки и понес в спальню. Он положил драконицу на огромную кровать и стал помогать Ниналии, снимая с нее вещи.
Молодая женщина чувствовала себя скованно, не понимая, почему она не считает это недопустимым или неприемлемым?! Наоборот, ее все устраивало, она была уверена, что так и должно быть.
Когда мужчина и женщина оказались полностью обнажены, Жатар немедленно приступил к желанным сладким ласкам, поглаживая ее тело, даря острое неизведанное наслаждение. Мужчина не знал границ ни в чем, соблазняя и доводя до безумия возбужденную женщину.
Его губы ласкали там, где Ниналия не могла и подумать. Она не представляла того удовольствия, что может подарить мужчина в столь сокровенном и интимном месте. А когда дышать было уже невозможно, находясь в секундном мгновении от безумия, драконица закричала, крепко цепляясь в волосы Жатара, выкрикивая его имя.
Ниналия пришла в себя, почувствовав, что мужчина вновь стал ласкать ее лоно, только теперь пальцами. Его уверенные действия были непостижимы и обволакивали сознание.
Пальцы исчезли, и из ее губ тут же вырвался стон разочарования. Но не успела она вновь попросить, как большой и толстый член мужчины стал медленно входить в лоно, пытаясь не причинить ей боли.
Войдя полностью, Жатар замер, и закрыв глаза от дикого сжигающего разум животного желания, которое он едва контролировал из последних сил, спросил:
– Ниналия, ты как? Я не сделал тебе больно?
– Умоляю, двигайся. Только двигайся, – прошептала женщина, наплевав на все, лишь бы только успокоить бушующий огонь внизу живота.
Больше слов не требовалось. Мужчина сделал резкий толчок вперед, а потом вышел, и вошел вновь. Каждое его движение было восхитительным и непередаваемым. Ниналия двигалась с ним в такт, умоляя движениями бедер о большем.
Постепенно Жатар увеличил резкие выпады толчков, сходя с ума от стонов и криков своей женщины. Он врывался часто, мощно и быстро. Она закричала, достигнув вершины раньше, чем он, и продолжая вместе с ним. Это было настолько сильно, что она почти теряла сознание…
Приходя в себя от наслаждения, Ниналия посмотрела на мужчину, крепко прижимающего ее к себе, и устало, но довольно произнесла:
– Даже не представляла, что это может быть так… волшебно.
Жатар на ее слова лишь крепче обнял и, посмотрев на нее темными голодными глазами, сказал:
– Даже не рассчитывай, что на этом все закончится. Ты мучила меня невыносимо долго… Ночь длинная, и вся только наша! Теперь так будет всегда.
Ниналия улыбнулась, приходя в восторг от слов такого страстного сильного ненасытного мужчины, и произнесла:
– Как я понимаю, и в доме обоснуешься?
– Непременно, моя красавица. Уже полностью освоился, – выдохнул он, закрывая нежные губы Ниналии невероятным восхитительным поцелуем.
Глава 7
Земли Анторского приюта
6 лет спустя
Маленькая девочка с черными волосами сидела на крыше приюта и смотрела вдаль. Она любила тут прятаться, и никто к ней никогда не поднимался. Для Лузарии это был ее тайный уголок, хотя находиться здесь и было запрещено, ее это никогда не останавливало. После смерти ее любимой Нарифы малышка спала и жила вместе с остальными детьми. Уже полгода. Дети ее боялись, считая проклятой. Девочка горестно вздохнула, считая это правдой. Как только кто-то хотел обидеть, применяя свои слабые силы, в тот же миг обидчик сразу же начинал плакать и задыхаться. И вот теперь она изгой, которого все боятся. Даже преподаватели стараются не касаться ее, открыто демонстрируя свою ненависть.
Выпятив подбородок, малышка повела курносым носиком в разные стороны, почувствовав запах гари. Тут же воздух разорвал детский плач, заглушаемый издевательским хохотом. Она внимательно посмотрела по сторонам и увидела, как несколько детей толкали маленькую светловолосую девочку и прислоняли к ее платью горящую сухую ветку.
Лузария узнала бедняжку. Валенсия, проклятая Туранами, не имеющая магических даров и даже зверя. Все ее обижали, а она держалась в стороне, показывая, что ей все равно. Но ночью светлая девочка плакала, уткнувшись в подушку. Драконица знала это, потому что их кровати располагались рядом. Валенсия, проклятая богами, и она, приносящая боль, находились в стороне ото всех, отверженные детьми.
Конечно, Лузарии очень хотелось с кем-то дружить, но она не знала, как этого делать, ведь у нее никогда не было подруг.
Послышался визг, и Валенсия стала метаться, пытаясь потушить загоревшееся платье, а все стояли и громко смеялись.
Лузария быстро вскочила и побежала к лестнице, чтобы спуститься. Ей было страшно идти к взрослым девочкам, но обида за ни в чем не виноватую ниру заставляла ее идти вперед. Приближаясь, она заметила длинную толстую сухую палку и взяла ее в руки.
Темноволосая красивая магиня, Лусиинда, считавшаяся лучшей в приюте и пользовавшаяся большим авторитетом, толкала плачущую Валенсию, не способную от страха потушить свое платье.
– Проклятая! Проклятая! Гори. Гори! – радостно кричала она, то толкая, то дергая Валенсию за длинные светлые волосы.
Лузария стукнула Лусиинду по руке. Та, возмущенно вскрикнув, повернулась к своей обидчице и замерла в удивлении.
– Она – моя подруга. Тронешь, и я с тобой сделаю еще хуже, – смело выдавила Лузария, уверенно глядя магине в глаза.
Лусиинда сглотнула и, посмотрев на своих подруг, пятящихся назад от черной драконицы, прошипела:
– Ведьмы, – повернувшись в другую сторону, она побежала, а за ней и остальные.
Валенсия выла от сильной боли. На левой ноге были видны следы ожога.
– В грязь… ложись в грязь, – закричала Лузария, вспоминая случай двухнедельной давности, когда загорелся амбар, где спал пьяный рабочий, и его горящего валяли в грязи.
Валенсия тут же повалилась в грязь и, плача, вертелась в разные стороны. Когда платье перестало тлеть, а нестерпимая боль утихла, Лузария протянула ей руку и с улыбкой сказала:
– Я Лузария. Нужно идти к знахарке.
Светловолосая нира приняла ее руку и тихо прошептала:
– Валенсия.
– Сможешь идти? – с беспокойством спросила Лузария.
– Нога болит сильно, – огорченно ответила нира, шмыгая носом.
– Пойдем, я помогу, – сказала Лузария и, предложив свое плечо, повела первую и единственную подругу к знахарке, чтобы излечить сильный ожог.
Земли Анторского приюта
Прошло 3 года
Светловолосая маленькая девочка лежала на постели, изредка издавая хриплые стоны. Возле ее кровати на стульчике сидела Лузария и читала книгу. Периодически она вставала и вновь мочила тряпку в воде, чтобы положить ее на горячий лоб подруги. Потом она обмывала тело Вали и подносила ко рту кружку воды. Половина всегда выплескивалась, потому что Валенсия выплевывала воду, не желая пить.
Прошло уже девять дней с того дня, как Валенсия заболела. Вот так просто, без причины, утром не встала с постели на завтрак. Лузария попыталась разбудить подругу, но та не отозвалась. Потрогав лоб, драконица поняла, что подруга горит.
Три дня медсестра и знахарка пытались что-то сделать, чтобы помочь несчастной, но ничего не выходило. На четвертый день, к ужасу Лузарии, подругу перенесли в закрытое крыло, куда помещали будущих покойников.
К девочке ее не пускали, сказав, что это может быть заразно. Поняв весь ужас ситуации, маленькая темноволосая девочка устроила громкий скандал, разгромив игровую комнату, отчего ее повели к настоятельнице.
После того, как злая бессердечная женщина отругала ее за недостойное поведение в приюте, она приказала ей убраться с глаз и больше не сметь заикаться о подруге. Но упрямая девочка, на вид казавшаяся невозможно спокойной, резко встала и, содрав с рук перчатки, оголяя ладони, направилась к женщине.
Никогда Виете не было так страшно, как в тот момент, видя девятилетнюю девочку с зелеными глазами, в которых горела уверенность и отчаянье. Она кинулась от ребенка в сторону, найдя спасение в углу, и стала проклинать драконицу, но Лузарию это не остановило. Она подошла почти вплотную к женщине и громко произнесла:
– Я хочу быть с ней, сколько бы ей не осталось жить.
– Она, возможно, заразна, мы не знаем причины ее болезни. Она…
– Я хочу быть с ней! – уверенно произнесла драконица, упрямо задрав подбородок.
– Проклятая девчонка! Иди, иди, раз такая глупая. И если так же сляжешь, как и Валенсия, сама будешь в этом виновата.
Лузария посмотрела на нее с благодарностью и произнесла:
– Спасибо.
Женщина на секунду обомлела, а потом прошипела:
– Ты…
Но Лузария уже не слушала, она подошла к столу, забрала перчатки и побежала к двери.
– Ты умрешь, – недовольно крикнула настоятельница ей в спину, думая лишь о том, что есть риск потерять еще одну работницу.
– Тураны не допустят такой несправедливости, – искренне выдохнула Лузария и направилась в закрытое крыло, куда ее до этого не пускали.
И сейчас она до сих пор с Валенсией, но пока ничего не меняется. Девочка провела рукой по голове подруги и произнесла:
– Вали, я пойду на ужин. Надеюсь… – хрипло выдохнула, закусывая губу, и продолжила. – Надеюсь, ты будешь ждать меня, а я вновь буду читать тебе.