Елена Рейн – Подставная невеста (страница 17)
– Его нет.
– Тогда бы ты без разговоров забрала свою сестру.
Хотела сказать про Кота, но как объяснить? Это будет выглядеть напраслиной, вроде как оговариваю.
– Вы уверены в этой семье?
– Я их давно знаю… Виноградовы все мечтали взять девочку семи лет. Когда тот раз приходили, Настя находилась в приемной семье. Сомневаться в этой семье не стоит.
– И что теперь? Как мне быть?
– Усыновление – долгий процесс. Возможно, за это время ты сможешь что-то изменить в своей жизни, чтобы тебе не смогли отказать. Конечно, я скажу свое слово, но решение зависит не от меня.
– Я поняла вас… – сказала и хотела выйти, как услышала.
– У меня просьба.
Даже догадывалась какая.
– Пока не говори сестре, кто ты. Вдруг не получится.
– Я вас поняла, – сказала и закрыла дверь, ощущая ярость.
Даже не поняла, как оказалась у двери девочек. Решила немного поиграть с ними, да отправляться домой. Сегодня у меня корпоратив в полночь, так что нужно несколько часов поспать. Только хотела дотянуться до ручки, как дверь открылась и в мои руки попала выбежавшая Настя.
В ее глазах видела страх.
Она открывала рот, но не могла сказать, только рукой показывала на комнату.
Резко бросилась в спальню, наблюдая ужасающую картину: Саша сидела на полу, бледная, в поту и не могла дышать. Она своей маленькой ручкой держалась за грудь, открывая рот, и тут же закрывая. Ее глаза, полные ужаса, молили о помощи.
– Приступ, – выдохнула и бросилась к окну, планируя открыть, удивляясь, что закупорили даже форточку. К зиме приготовились. Рванула со всей силы и вырвала вместе с бинтами всю створку, запуская свежий поток воздуха.
– Аа-а-а-а… что делать? Она умрет, да? Уже не первый раз! В тот раз сказали, что если еще раз случится, то уже не откачают, – начала кричать Галя, чем больше пугала Сашу.
За секунду выкинула женщину за дверь и рявкнула:
– Не смей заходить!
– Но… Что делать?
– Вызывай бригаду с кардиологом и соответствующим оборудованием. Скажи, что у нас сердечный приступ, предупреди про диагноз, – крикнула и бросилась к девочке, осторожно опуская ее на спину в лежачее положение.
– Ну, все, Сашенька, успокойся. Все хорошо, не бойся.
– Мама Галя сказала нам о том, что меня заберут приемные родители… – тихо призналась Настя. И когда она прошла? Когда я Галю выкидывала? Или раньше?
И тут дошел смысл слов.
Чего?!
Вот дура! Додумалась, кому сказать! Тупица.
– Куда заберут? – убедительно замахала головой перед Сашей. – Это неправда. Мы не отдадим нашу Настю. Да, Сашенька? – спросила, отмечая улыбку на бледном лице девочки, расстегивая верхние пуговицы рубашки, давящей на горло.
– Ты не переживай. Сейчас тебе станет легче… – шептала, понимая, что у Солнцевой температура. И ведь я проверяла час назад, все было хорошо.
Девочка кивнула, а в следующую секунду закрыла глаза, потеряв сознание.
Зажмурила глаза на секунду, проклиная все на свете, и проверила пульс. Не прощупывался.
Стремительно принялась расстегивать рубашку, понимая, что нужно провести сердечно-легочную реанимацию. В свое время мать учила меня всему, и в первую очередь оказывать первую помощь в любых ситуациях. Я ей сдавала настоящие экзамены, прежде чем пойти на соревнования.
– Настя, выйди.
– Но…
– Все хорошо. Выйди, пожалуйста.
Сестра с обидой в глазах вышла, а я принялась делать непрямой массаж сердца вновь и вновь, пока не почувствовала движение. Маленькая ручка дернулась.
Наклонилась и поняла, что девочка дышит.
В этот момент в комнату вбежала молодая женщина в медицинской форме. Проверив пульс, оценив состояние девочки, она спросила:
– Вы врач?
– Нет, но мама была хирургом.
– Понятно. Вы с нами, все расскажете. Документы есть?
– Да. Карточка в комнате воспитателей.
– Хорошо.
Дальше все происходило как в кошмарном сне. Мигалка до сих пор музыкой играла у меня в голове. Просидела несколько часов, и лишь после разговора с врачом меня отправили домой.
Вышла на улицу и, ощутив ледяной пронизывающий ветер, осознала, что даже куртку не взяла. Была в одной кофточке и брюках в ноябрьский вечер. Ах да, еще небольшой рюкзак на плечо. Куда без него?
Хорошо хоть телефон взяла. Прежде чем открыть приложение такси, решила глянуть, кто звонил.
Пропущенных около ста звонков.
И моя малявка звонила. Подарила ей часы, по которым можно было созваниваться.
Вероятно, уже спит.
Полилась мелодия. Абонент – Лапкина Милана Алексеевна, директор детского дома.
– Ну что там? Как Сашенька?
– Спасли.
– Ты молодец. Ох, я все это время как на иголках.
– Саше требуется пересадка сердца.
– Я знаю. Месяц назад Минздрав выдал нам направление на квоту, но ждать придется минимум полгода. И когда получим, нужно будет стучаться в клиники других стран, и если согласятся прооперировать, то вновь будем стоять в очереди на трансплантацию.
Больше не хотелось разговаривать. Услышанное не давало надежды.
– Поняла. Доброй ночи.
– Кристина, Настя не спит, ждет тебя. Она напугана. Воспитатели не смогли ее успокоить. Сейчас она с Клавдией, но до сих пор не спит, плачет. Думаю, ты сможешь ее успокоить.
– Конечно, – сказала, замечая знакомую машину у забора.
Котов Олег.
Ну, конечно, как без него в дерьмовый вечер?
Никак.
Он тоже увидел, что я заметила его, и вышел.
– Скоро буду, – сказала и направилась к Котову. Не зря же он сюда приехал. Пожалуй, сейчас, зная возможности этого человека, я готова была согласиться на любую работу, если он выполнит мои условия.
Приблизилась к нему, отмечая самодовольный вид, и сразу перешла к делу: